Николай Подосокорский (philologist) wrote,
Николай Подосокорский
philologist

Холокост в Крыму

Из сборника документальных свидетельств и методических материалов : ХОЛОКОСТ В КРЫМУ / Документальные свидетельства о геноциде евреев Крыма в период нацистской оккупации Украины (1941-1944). Материалы ко Второму научно-методическому семинару «Голокост — минуле i сучасне». — Симферополь: БЕЦ «Хесед Шимон, 2002. — 164 с.



По переписи населения 1939 г. в Крыму жили 65452 евреев (5,8% населения полуострова), среди них — более 7 тысяч крымчаков. Большая часть евреев Крыма (43583 чел.) в 1939 году проживали в городах Крымской АССР: Симферополь — 22791, Евпатория — 4249, Керчь — 5573, Севастополь — 5988, Феодосия — 2922, Ялта — 2060. В сельской местности Крыма жили 21869 евреев. Районами с наиболее многочисленным еврейским населением в 1939 г. в Крымской АССР были Джанкойский район — 2610 евреев, Колайский район (с 1944 г. — Азовский район) — 2017 евреев, Лариндорфский район (с 1944 г. — Первомайский район) — 3492 еврея, Сакский район — 2270 евреев, Тельманский район (с 1944 г. — Красногвардейский район) — 1910 евреев, Фрайдорфский район (с 1944 г. — Новоселовский район) — 2200 евреев. Значительное присутствие еврейского населения в сельской местности Крыма было вызвано с тем, что в 1924 г. между «Агро-Джойнтом» и советским правительством был заключен договор о плановом переселении на целинные земли степного Крыма евреев из различных областей Украины и Белоруссии «с целью экономического оздоровления и улучшения условий жизни еврейской бедноты путем привлечения ее к сельскохозяйственному труду». Организация еврейских сельскохозяйственных поселений, позднее преобразованных в колхозы, привела к выделению в 1930 г. Фрайдорфского еврейского национального района, а в 1935 — Лариндорфского еврейского национального района.

Эвакуация с территории полуострова в связи с угрозой захвата его оккупантами началась еще в июле 1941 г. За июль-ноябрь 1941 г. из Крыма, по данным Совнаркома КрАССР, в организованном порядке из Крыма было эвакуировано около 200 тысяч человек. Нет точных данных об эвакуации еврейского населения, предположительно можно утверждать, что эвакуироваться из Крыма смогли около 50% евреев. Советские средства массовой информации не извещали читателей о геноциде, осуществляемом против евреев захватчиками на оккупированных территориях. В статьях «Красного Крыма» — центральной на полуострове газеты — утверждалось, что все национальные группы страдают на оккупированных территориях в одинаковой степени. «Самую лютую ненависть, — значилось в перепечатанной 17 июля 1941 г. из газеты «Правда» статье, — питал и питает расовое чудовище Гитлер к славянским народам. ... Из всех рас, по мнению этого изверга, самая «низшая раса» — это славяне».

Борьба за Крымский полуостров носила ожесточенный характер, что объяснялось его военно-политическим и стратегическим значением. Овладение полуостровом позволило бы немецко-фашистскому командованию получить контроль над значительной частью Черного и Азовского морей, открыть прямой путь на Кавказ. Кроме того, во взглядах нацистского руководства на судьбу завоеванных территорий Крым занимал особое место. Так, на совещании в ставке с руководителями рейха 16 июля 1941 г. Гитлер, среди прочего, заявил: «Крым должен быть освобожден от всех чужаков и заселен немцами». 9 июня 1942 г. на совещании начальников СС и полиции Гиммлер заявил, что война не имела бы смысла, если бы после нее, в частности, Крым не был в течение 20 лет полностью колонизован немцами.

К началу ноября 1941 г. почти вся территория Крымского полуострова была оккупирована 11-й армией под командованием генерала Э. фон Манштейна — за исключением Севастополя, который продолжали оборонять до начала июля 1942 г. Фактически власть на полуострове в период оккупации находилась в руках немецкого военного командования.
Все вышеперечисленные факторы обусловили проведение в Крыму особенно жесткой оккупационной политики по отношению к мирному населению. В соответствии с реализуемой на захваченных территориях политикой «окончательного решения еврейского вопроса», в рамках «нового порядка» евреям не было места и в Крыму. Судьба ашкеназской части еврейской общины была предопределена. Так как Крым оставался в зоне боевых действий, уничтожение евреев здесь проводилось ускоренными темпами. Осуществлялось оно, в основном, силами и ресурсами приданной 11-й армии айнзатцгруппы «D» под командованием оберфюрера СС Отто Олендорфа, из пяти подразделений которой в Крыму находились айнзатцкоманда 11а и айнзатцкоманда 116, а также зондеркоманда 10б4.

В Крыму, в отличие от большинства других территорий, военная администрация потребовала от айнзатцгруппы ускорить уничтожение еврейского населения. По свидетельству Олендорфа на Нюрнбергском процессе, «в Симферополе армейское командование дало распоряжение соответствующим оперативным командам об ускорении ликвидации, обосновывалось это голодом и нехваткой жилья». «Солдат должен понимать необходимость жестоко покарать евреев, этих духовных носителей большевистского террора, и еще в зародыше подавлять все восстания, возбудителями которых, в большинстве случаев, оказываются евреи»6. Этот фрагмент из секретного циркуляра №2379/41 от 20 ноября 1941 г., подписанного командующим 11-й армией Э. фон Манштейном, свидетельствует о тех мерах, которые применялись немецким командованием для психологической обработки рядовых вермахта с тем, чтобы приучить их безнаказанно убивать мирное население, и приводит к выводу, что германская армия разделяет с СС всю ответственность за истребление евреев.
Однако у немецкого командования возник вопрос о «расовой» принадлежности крымчаков — еврейской субэтнической группы, с представителями которой нацисты не сталкивались за пределами Крыма. 5 декабря 1941 г. Олендорф принял решение временно не применять по отношению к крымчакам те меры, что применялись по отношению к евреям до тех пор, пока не последует прояснения этого вопроса. Он отправил в Берлин запрос о том, какую политику необходимо проводить по отношению к этой группе. 15 декабря 1941 г. сотрудниками Имперской комиссии по усилению германской нации был подготовлен доклад, в котором разъяснялось, что крымчаки являются евреями, которые говорят на татарском языке и состоят в смешанных браках с окружающим населением. Не установлено, в какой мере этот доклад повлиял на судьбу крымчаков — в некоторых городах Крыма ко времени его появления крымчаки уже были уничтожены.

Уничтожение евреев в крымских городах происходило, в основном, по одинаковой схеме в несколько этапов: регистрация — создание общинной структуры ~ ограбление общины — сбор — расстрел. Уже в течение ноября- декабря 1941 г. подавляющее большинство евреев и крымчаков в городах были ликвидированы. В дальнейшем не прекращался поиск и уничтожение отдельных скрывавшихся групп и одиночек.

Симферополь. 2 ноября 1941 город был занят оккупантами. В этот же день по улицам было расклеено заранее отпечатанное «Объявление населению» от Главнокомандующего германскими войсками, регламентировавшее различные стороны городской жизни про «новом порядке». Значительная часть его была посвящена еврейскому вопросу, но употреблялся при этом исключительно термин «жиды». Среди прочего, «всем жидам обоих полов» было приказано носить белую повязку на обоих рукавах с изображением шестиконечной звезды.

Через неделю немецкими властями на Фонтанной площади был создан Еврейский комитет. По воспоминаниям очевидца, председателем комитета общины был назначен скрипач из кинотеатра «Большевик» Бейлисон, членами комитета стали завхоз одной из школ Лайхтман, служащие

Зельцер, Гурвич, Рабинович. 18 ноября было объявлено о том, что все евреи обязаны пройти регистрацию в комитете. При регистрации требовались такие данные: имя, отчество, фамилия, адрес, возраст, профессия. В итоге было зарегистрировано около 14 тыс. чел., включая беженцев из других местностей.

Еврейский комитет использовался немецкой администрацией для более эффективного ограбления еврейского населения города. На него посыпались требования о предоставлении различного имущества, денег и ценностей. Спектр материальных ценностей, которые изымались у евреев, был широким — не только вещи первой необходимости, но и такие вещи, которые не имели отношения к нуждам военного времени. Конфискации проводились отнюдь не с целью обеспечения властей и армии в условиях зимнего периода, но ради наживы командного состава и администрации — очевидно, для отсылки товаров в Германию. Очевидец-нееврей сообщал: «Вывешенным приказом евреям велено доставить для немцев шесть тысяч одеял. Затем это количество по следующему приказу возросло до двенадцати тысяч. То и дело появляются приказы о доставке скатертей, полотенец, простынь, ковров, тарелок и т.п. тысячами штук. Евреи беспрекословно и немедленно выполняют эти приказы».

Помимо ограбления общины, «новые хозяева» практиковали и другой способ наживы — организация принудительных работ и использование подневольного труда. Их результатами пользовались, очевидно, сразу несколько оккупационных учреждений (военная администрация — штаб 11-й армии, комендатура, штаб айнзатцгруппы «D»), а также коллаборационистские структуры — городская управа. Очевидно также, что многие военные и чиновники оккупационных структур получали личную выгоду от труда еврейских ремесленников и специалистов.

«В общину все евреи обязаны были являться ежедневно, отсюда немцы забирали их на работу. ... Евреи выполняли самую грязную работу. Чистили картофель, уборные. Женщин возили в госпиталь, где раньше была первая советская больница, там они чистили уборные, на консервном заводе работали по очистке картофеля и нечистот» — сообщал переживший Холокост.

Последний этап «окончательного решения» еврейского вопроса в Симферополе начался с появления распоряжения нацистского командования о явке крымчаков, а затем евреев 9-10 декабря на сборные пункты с запасом продовольствия и необходимыми вещами. Сборными пунктами были студенческое общежитие на Госпитальной площади, общежитие Мединститута напротив парка Ленина и здание обкома партии по ул. Гоголя. 9-14 декабря все явившиеся были расстреляны — в основном, на 10-м километре шоссе Симферополь-Феодосия у противотанкового рва. Такая же участь постигла евреев других крымских городов. Они были уничтожены в течение конца ноября — первой половины декабря 1941-го.

Исключение составила Ялта, где евреи были перед уничтожением заключены на краткий период (около 2-х недель) в своеобразное гетто, и Севастополь, где все то же было осуществлено нацистами лишь в июле 1942 года, после падения города Евпатория. Город был оккупирован 31 октября 1941 г. Через три дня в город прибыла айнзатцкоманда 11а По воспоминаниям очевидца, еврейский комитет был образован из первых попавшихся евреев города: «5 ноября вечером на улице задержали десять евреев, в том числе моего друга Берлинерблау, и всех назначили членами Еврейского комитета»10, б ноября был издан приказ о регистрации евреев города. Были зарегистрированы 750 человек. Были также изданы приказы об обязательном ношении отличительных знаков. Вскоре последовал приказ о сдаче драгоценностей и других ценных вещей в еврейский комитет.

20 ноября 1941 г. евреев города собрали в военных домах по дороге к курортному вокзалу под предлогом переселения в другую местность. На сборный пункт явились 650 человек. Здесь их продержали два дня, а 23 ноября собравшихся евреев партиями погрузили в автомобили и увозили к противотанковому рву по направлению к товарному вокзалу, где расстреляли.

Керчь. Город был занят 16 ноября 1941 г., вскоре туда прибыл отряд зондеркоманды 106. Приказом от 24 ноября 1941 г. всех евреев обязали зарегистрироваться в трехдневный срок в помещениях гестапо и городской управы, а также носить шестиконечные звезды. Два дня спустя появилось распоряжение немецкой полиции безопасности относительно керченских крымчаков: «1. Все жители г. Керчи и ближайших местностей, у которых в паспортах в §3 значится «крымчак», должны явиться в управление немецкой полиции (К. Либкнехта, 2) 28 ноября 1941 г. от 8 часов утра до 2 часов дня для прохождения регистрации, имея при себе все документы, удостоверяющие личность. 2. Все не явившиеся в указанный срок будут привлечены к ответственности»11. «Ликвидация евреев будет ускоренно проведена из-за угрожающего продовольственного положения в городе», — значилось в отчете городской комендатуры от 27 ноября 1941 г.

28 ноября за подписью германской полиции безопасности был издан следующий приказ: «Все евреи (невзирая на возраст) с детьми должны явиться в субботу 29 ноября с 8 часов утра до 12 часов дня на Сенную площадь (базар), имея при себе питание на три дня. Примечание: лица, находящиеся в смешанном браке, явке не подлежат. За невыполнение настоящего приказа публично будут расстреляны». Собрались, по документам керченского отделения ЧГК, около 7000 человек разного возраста14 (по другим данным — 2500 человек15). Всех отправили в городскую тюрьму. В течение нескольких дней все евреи были расстреляны у противотанкового рва близ поселка Багерово в 4-х километрах от Керчи.
Спустя несколько дней после расстрела в Багеровском рву немецкой полицией безопасности в Керчи был издан очередной приказ, обязывавший всех евреев, еще не явившихся на место сбора, явиться в полицию, а всех остальных керчан, знавших о местонахождении евреев, заявить об этом в полицию. Невыполнение приказа каралось расстрелом16.
Благодаря внезапному для немецко-фашистских захватчиков освобождению города советским десантом в ночь на 30 декабря 1941 г., в живых остались крымчаки Керчи.

В акте керченского отделения ЧГК значится: «Как видно из документов, захваченных частями Красной армии в помещениях керченского гестапо и городской управы, фашисты готовили убийство новых тысяч неповинных людей. По плану гестапо 3 января 1942 г. должны были быть уничтожены еще несколько тысяч человек. Уничтожению подлежали крымчаки»17. 14 мая 1942 г. город был вторично оккупирован. В силу нескольких причин (несогласованность в действиях эвакуационной службы, неосведомленность о судьбе крымчакских общин в других городах Крыма, и, вероятно, консервативность мышления) значительная часть крымчаков города осталась в оккупации вторично. Акция по уничтожению крымчаков была проведена 22 июня 1942 г. «Какой тяжелый, ужасный день! ... Сколько в этот день пролито слез и крови, ведь сейчас собрали всех крымчаков и факт, что их расстреляют__Обидно, что
все это делает русский народ, все эти прихвостни... Ездят по домам, насильно берут невиновных людей и расстреливают», — записала в этот день в своем дневнике жительница Керчи18. По непроверенным данным, были расстреляны около 1500 крымчаков.

Феодосия. Город был захвачен 3 ноября 1941 г. Здесь уничтожение евреев проводилось по той же схеме, что и в Керчи, и в других городах Крыма 3 ноября 1941 г. Феодосия была оккупирована, 11 ноября появился приказ за подписью «Начальник немецкой полиции безопасности С.К.10.Б» (зондеркоманды 106 — М.Т.), обязавший евреев явиться 13 ноября на регистрацию и носить на груди шестиконечную звезду белого цвета. Невыполнение приказа каралось расстрелом. Городская управа г. Феодосии проводила регистрацию и других национальных групп города. В итоговой ведомости «Количество жителей, зарегистрировавшихся по гор. Феодосии по 10 декабря 1941 г. включительно», среди 28420 феодосийцев различных национальностей значатся 831 евреев и 449 крымчаков20. Едва ли эти цифры можно считать отражением реально остававшихся в городе евреев и крымчаков — многие на регистрацию не явились.

27 ноября по городу был расклеен приказ за той же подписью. Приказ гласил: «Все евреи города Феодосии и окрестностей обязаны явиться 1 декабря 1941 г. от 8 час. до 12 часов дня на Сенную площадь №3 (Базарная площадь №3) для переселения. Каждый еврей может иметь с собой исключительно носильные вещи и пищу на 2 дня. Все остальные вещи Должны быть оставлены в полной сохранности в квартирах. Неисполнение приказа карается смертной казнью». Из свидетельских показаний следует, что собравшиеся евреи, были расстреляны у противотанкового рва в районе завода «Механик». По этим документам, погибли 2000 человек.21. По другим данным, были расстреляны 800 человек.

Позднее такая же участь постигла феодосийских крымчаков. 10 декабря по городу был распространен приказ аналогичного содержания, на этот раз за подписью городской управы. Сбор крымчаков Феодосии «на предмет препровождения в отдельную часть города» был назначен на 12 декабря. Накануне городская управа Феодосии обратилась к военному командованию с ходатайством «не распространять на нижеупомянутых лиц приказа от 10 декабря о явке крымчаков на Сенную площадь. Эти лица являются ремесленниками и они необходимы городу»22. Далее следовал список из девяти феодосийских крымчаков. По воспоминаниям сына одного из них, девять крымчаков с семьями были действительно освобождены из здания тюрьмы, куда 12 декабря собрали всех крымчаков города. Остальные были расстреляны.

В марте 1942 г. в ходе четырех облав в Феодосии, проведенных зон- деркомандой 106 при содействии вермахта, было схвачено и расстреляно еще 30 евреев. В такой же последовательности проходила расправа с евреями в Севастополе. После прихода в город зондеркоманды 11а всем евреям б июля 1942 г. было приказано надеть шестиконечные звезды. По воспоминаниям очевидца, евреев города эксплуатировали на самых тяжелых работах: «Во дворе тюрьмы (для советских военнопленных — М. Г.) я увидел бричку с большой бочкой ~ в ней пленным привозили воду для варки баланды. В бричку были впряжены люди с шестиугольными звездами на спине — это были севастопольские евреи». Вскоре евреям приказали явиться в Еврейский комитет по ул. Херсонской — на городской стадион, имея с собой трехдневный запас продуктов. Оттуда их отправили в тюрьму. Через два-три дня, по воспоминаниям священника Бориса Пекарчука (входившего в состав севастопольского отделения ЧГК), комендант тюрьмы приказал каждому записать свой адрес на отдельной бумажке и к ней привязать ключ от своей квартиры. Затем, по воспоминаниям свидетелей, евреев вывозили партиями и расстреливали — 1500 человек на 4-м километре Балаклавского шоссе у противотанкового рва, остальных — в деревне Старые Шули Балаклавского района и деревне Балтачекрак под Бахчисараем. Некоторая часть евреев была уничтожена в «душегубках», как показывал на Нюрнбергском процессе бывший командир айнзатцко- манды 11а П. Цапп. По данным севастопольского отделения ЧГК, были уничтожены около 4200 евреев Севастополя.

В Ялте процесс ликвидации еврейской общины имел свои особенности. Город был оккупирован 8 ноября 1941 г. В деле ялтинской ЧГК содержатся сведения о том, что, оккупировав город и приказав евреям надеть шестиконечные звезды, власти создали Еврейский комитет на углу улиц Аутской и Морской, который, как следует из свидетельских показаний, немецкое командование и шеф СД Ялты фон де Рэке использовали для выколачивания денег и материальных ценностей из ялтинской общины, и для выполнения ее силами грязных работ. Затем, как следует из актов комиссии и протоколов опросов свидетелей, в конце ноября по городу был расклеен новый приказ, «предлагавший» всем евреям переселиться до 5 декабря в помещения бывших Массандровских казарм. Здесь было собрано около 1500 человек. В течение примерно двух недель в этом своеобразном гетто, созданном оккупантами вопреки их обыкновению уничтожать евреев в Крыму без предварительного переселения, у людей изъяли ценности, продовольствие, издевались над ними. Отсюда их вывозили надень на различные работы. 17 декабря всех работоспособных мужчин вывели из гетто по направлению к Никитскому Ботаническому саду, к виноградникам Массандры, где заставили выкопать на дне балки две глубокие траншеи, и расстреляли. Рано утром 18 декабря вывезли и расстреляли там же остальных мужчин и стариков, женщин, детей.

По аналогичному плану были в течение ноября-декабря 1941 г. уничтожены евреи других городов Крыма. Из примерно 17000 евреев, проживавших к июню 1941 г. в сельской местности, в еврейских колхозах, эвакуироваться смогли и успели не более 50%. Согласно «Служебному наставлению старостам и городским головам по части регистрации населения и выдачи удостоверений личностям» — инструкции, выпущенной оккупационными властями — в населенных пунктах должен был производиться учет местных жителей; «жиды» наряду с партизанами, пленными красноармейцами, уголовными элементами и членами партии должны были быть зарегистрированы по «особому списку», который не подлежал оповещению среди населения29.

В «Объявлении населению», подписанном главнокомандующим германскими войсками, «жидам» предписывалось немедленно зарегистрироваться у старшины общины последнего местопребывания и строго воспрещалось переселяться в другое место; все «жиды» обоего пола от 16 до 65 лет поступали в распоряжение старшин общины, которые назначали их на работу. Большинство из оставшихся в оккупации евреев в сельской местности были уничтожены как на местах, так и после транспортировки в районные центры. Акты районных отделений ЧГК и свидетельские показания говорят о широком участии в этих акциях коллаборационистов — старост, сельских полицаев, осуществлявших содействие не только в уничтожении, но и в поимке скрывавшихся в сельской местности евреев и передаче их в немецкие карательные органы. В некоторых еврейских колхозах Крыма реализация «окончательного решения» затянулась до июня 1942 г. По- видимому, это было вызвано хозяйственными интересами оккупантов: кроме евреев, некому было обработать и засеять землю.

В колхозах Фрайдорфского еврейского национального района евреи были уничтожены в ноябре 1941 г. Происходило это так: в деревню прибывал автомобиль с отрядом карателей, зачастую в сильном подпитии. Евреев всех возрастов собирали у административного здания деревни и сгоняли к глубоким колодцам на окраинах деревень, там же расстреливали, туда же сбрасывали трупы (детей часто бросали в колодец живыми). В деревне Перецфельд (ныне с. Зимино Раздольненского района) карательная немецкая группа в составе 9 человек согнала в помещение клуба всех евреев деревни — 92 человека. Их погнали на хутор Топчарлы в 3-х км от деревни, и здесь у безводного колодца расстеляли. Трупы были сброшены в колодец глубиной около 90 метров. Во время конвоирования на хутор колхозница Мария Бомбина родила ребенка. И мать, и младенец были расстреляны. В Лариндорфском еврейском национальном районе сразу же после прихода оккупантов все евреи были взяты на учет, у них были отобраны продукты питания. В отдельных деревнях района евреев уничтожали до лета 1942 г. Так, в деревню Калининдорф (ныне с. Калинино Первомайского района), по показаниям свидетелей, в июне 1942 г. прибыла немецкая автомашина, из нее вышли офицеры, «у которых на груди были орлы и жестяные бляхи, на бляхе — череп». Всех евреев созвали в школу, от школы погнали к колодцу, где расстреляли.

Большая часть евреев Крыма была уничтожена путем расстрелов. Однако с января 1942 г. для этих целей оккупанты стали применять, помимо расстрелов, так называемые «душегубки» — автомобили с герметическим закрывавшимся кузовом, внутрь которого была выведена выхлопная труба от двигателя автомобиля. В кузов «душегубки» загоняли людей, и спустя некоторое время они погибали от удушья. Из показаний Олендорфа на Нюрнбергском процессе следует, что два-три газовых автомобиля прибыли в Крым из Главного управления имперской безопасности в сопровождении их конструктора Бекера. Последний привез распоряжение Гиммлера о том, чтобы впредь женщины и дети уничтожались путем удушения в этих автомобилях.

В конце января 1942 года, говорится в акте ЧГК Симферопольского района, в Первомайский сельсовет прибыл отряд гестапо и СД из Симферополя. С помощью старосты деревни и его сына собрали колхозников- евреев, остальным жителям деревни под страхом смерти запретили выходить из своих домов. На домах евреев еще перед акцией были нарисованы черные кресты с надписями «юда». Вместе с отрядом карателей прибыла специальная машина с большим черным закрытым кузовом и черной дверцей сзади, закрывавшейся герметически. В эту машину через дверцу вталкивали собранных евреев, дверца наглухо закрывалась. «При каждом рейсе автомашина, отъехав полкилометра от населенного пункта, останавливалась на 20—30 минут, мотор продолжал работать, затем автомашина отъезжала к полузаброшенному полевому колодцу ..., куда сбрасывались трупами лица, загруженные в автомобиль». Опрошенный военным следователем очевидец из этого села рассказывал, что, загнав в кузов евреев, «машину закрыли, отогнали от конторы метров 25, машина остановилась. Шофер-немец включил мотор, и, став с подветренной стороны, стал прислушиваться к газовой трубе, проведенной от мотора в кузов, приложил ухо к трубе. Затем зашел с другой стороны, послушал. Машина простояла минут 15, мотор работал, и после этого они поехали по дороге на пос. Калинин». Другой случай применения «душегубок» в практике уничтожения зафиксирован в протоколах опросов свидетелей расправы с крымчаками г. Карасубазар (ныне г. Белогорск), происшедшей в середине января 1942 г. «К этой машине подводили небольшими группами крымчаков и сажали в нее через раскрытые сзади двери по спущенной лестнице. После погрузки двери закрывались, и машина уезжала... При движении выделялся газ вовнутрь, где помещались арестованные, отчего они умирали».

Кроме того, у палачей существовал еще один весьма специфический способ умервщления, применявшийся ими при расправе с детьми. Смазывание губ детям сильнодействующим ядом упоминают документы Керченской и Фрайдорфской ЧГК, воспоминания очевидцев. Волна уничтожений ноября-декабря 1941 г. в городах Крыма не коснулась тех детей, у кого лишь один из родителей был евреем. По воспоминаниям очевидцев, в июле 1942 г. оккупанты в Симферополе и других городах принялись за детей от смешанных браков. На таких детей карателям, как правило, указывали местные пособники гитлеровцев из числа русских или крымско-татарских полицейских, хорошо знавшие своих соседей. Зачастую при этом погибали их родители-неевреи (мать или отец), до последнего момента стремившиеся оставаться со своими детьми и пытавшиеся их защитить.

Помимо уничтожения евреев из числа мирных граждан, в Крыму, как и на других оккупированных территориях, немедленному истреблению подлежали красноармейцы-евреи, попавшие в немецкий плен. За декабрь 1941 — август 1942 гг. 11-я армия передала в ведение полиции безопасности 3311 военнопленных38. Можно предположить, что большинство из них были евреями и были казнены. Многие из воспоминаний бывших участников боев за Крым, обороны Севастополя, подпольщиков содержат эпизоды о немедленных расправах с командным составом, комиссарами и евреями непосредственно после падения Севастополя или в пересыльных лагерях для военнопленных (в Бахчисарае, Симферополе). «В этих лагерях, кого опознавали как коммунистов, комиссаров или евреев, тут же и расстреливали», — сообщает севастопольская подпольщица. «...Нашлись среди нас и предатели. Они доносили полицаям, что в лагере скрываются евреи и комиссары. Полицаи приходили, раздевали догола — искали евреев...», — вспоминал бывший военнопленный. «Здесь (в Бахчисарае — М. Т.) начали отбирать комиссаров и евреев. Мы старались их скрыть, но это не всегда удавалось. ... Из Бахчисарая нас погнали в Симферополь... Снова перебрали всех нас, отделили командиров, комиссаров и евреев и куда-то увели от нас», — рассказывал бывший артиллерист. Чтобы выявить всех евреев, захватчики пытались привлечь к этому самих пленных: «Пленных красноармейцев-евреев забирали и расстреливали, также немцы предлагали: кто укажет пленного еврея, тот будет получать сверх пайка еще 200 г. хлеба», — вспоминал переживший плен очевидец. Попавшая в плен под Севастополем русская женщина-врач была заподозрена в еврейском происхождении. Позднее она так описывала селекцию: «Вид у меня был страшный — худое почерневшее лицо с ввалившимися глазами... Недаром, по приходу в Бахчисарай, где происходил отбор евреев, меня тотчас же забрали в гестапо и учинили допрос. Задавали много вопросов, заставляли произносить слова с буквой «р», запутывали ответами. И, наконец, потребовали рассказать свою биографию. Я поняла, что меня считают еврейкой. Надо было доказать противное. ... Вскоре из лагеря привели человек до двадцати мужчин, уроженцев моей обрасти.... Но вот один из моих земляков спросил: «Как ее фамилия?» Я ответила. Тогда он заявил: «Со мной в классе учился Харламов. Он был русский». Видимо, это показание и окончание моей фамилии на «ова» оказались достаточными, чтобы отменить смертный приговор. Меня отвели в лагерь».

Несмотря на то, что подавляющее большинство евреев Крыма были уничтожены в первые же месяцы оккупации, нацисты в течение всего оккупационного периода, до апреля 1944 г., проводили оголтелую антисемитскую пропаганду. Осуществлялась она на страницах периодических изданий (выходили 9 газет и 2 журнала на русском, немецком и крымско- татарском языках), посредством плакатов, листовок и брошюр, в радиопередачах проводного вещания и в кинопрокате. Информация о реальных событиях Холокоста в прессе не давалась, однако регулярно, с использованием различных антисемитских мифов, аудиторию извещали о вреде, который евреи наносят всему миру и, в частности, русскому или крымско- татарскому народам в религиозном, политическом, экономическом и культурном планах. В прессе использовались как материалы, присланные из Берлина, так и сочинения местных журналистов, сотрудничавших с новой властью. Несомненно, эту деятельность можно рассматривать как один из инструментов Холокоста, способствовавшего созданию нетерпимого отношения к тем евреям, которые еще скрывались на полуострове; антисемитская пропаганда не могла не укорениться в сознании некоторой части гражданского населения, оставшегося в оккупации.

И все же, несмотря на пропагандистский прессинг, несмотря на угрозу жестокой расправы, находились люди, готовые пожертвовать собой во имя спасения евреев. В детском доме, находившемся в поселке Мамак под Симферополем (ныне пос. Строгановка) заведующая этого учреждения Мария Станиславовна Прусс и персонал детдома спасли пятнадцать еврейских детей, обеспечив их поддельными документами и «легендами». По свидетельствам очевидцев, один из православных священников в Симферополе также укрывал у себя еврейских детей. Среди спасавших евреев — представители многих национальностей, живущих в Крыму: русские, украинцы, крымские татары, караимы. К июлю 2002 г. известны имена сорока шести человек, протянувших в Крыму руку помощи обреченным — всем этим людям институтом «Яд Вашем» было присвоено звание Праведник народов мира. Новые сведения о спасителях продолжают поступать. В разных городах и селах полуострова различными способами — предоставлением укрытия, передачей собственных или изготовлением фальшивых документов, выкупом у властей, свидетельством о нееврейском происхождении и др. — были спасены около 500 евреев и крымчаков. В результате целенаправленного тотального геноцида за период нацистской оккупации Крымского полуострова были уничтожены около 40 тысяч евреев, среди них — около 6 тысяч крымчаков.

М.И. Тяглый, сотрудник музейной программы БЕЦ "Хесед Ши мои”

Tags: Вторая мировая война, Крым, Холокост, иудаизм
Buy for 500 tokens
Новые требования к контрольно-кассовой технике (ККТ) не обходят стороной учреждения культуры и массово-зрелищных мероприятий. Обусловлено это тем, что новый Федеральный закон №54 уже вступил в силу – с 1 июня 2017 года. Естественно, под его действие попадают все юридические лица (включая…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments