Николай Подосокорский (philologist) wrote,
Николай Подосокорский
philologist

Ефим Курганов. "Иван Крылов - мастер анекдота"

Устное наследие И.А. Крылова практически никогда не собиралось. Коллекцию анекдотов и острот, с ним связанных, можно найти лишь в антологии «Русский исторический анекдот от Петра Первого до Александра Третьего» (СПб., 2017 г., изд. «Пушкинский фонд»).

Ефим Курганов - доцент кафедры русской литературы Хельсинкского университета. Автор следующих книг: “Литературный анекдот пушкинской эпохи” (Хельсинки , 1995), “Анекдот как жанр” (СПб., 1997), “Опояз и Арзамас” (СПб., 1998), “Сравнительные жизнеописания. Попытка истории русской литературы” (2 тома; Таллин, 1999), “Василий Розанов и евреи” (СПб., 2000),и “Лолита и Ада” (СПб., 2001), “Похвальное слово анекдоту” (СПб., 2001), “Роман Достоевского “Идиот”. Опыт прочтения” (СПб., 2001), “Анекдот-символ-миф” (СПб., 2002) и др.




И.А. КРЫЛОВ – МАСТЕР АНЕКДОТА

Об этом почему-то не очень принято писать, но И.А. Крылов был виртуозным, неподражаемым рассказчиком. Данного обстоятельства по каким-то причинам просто не замечают, игнорируют начисто. Вначале Крылов активно приобщился к созданию коллективного анекдотического эпоса, в центре которого находилась фигура баснописца-графомана графа Д.И. Хвостова. Крылов тут внес весьма значительную лепту. Целый слой анекдотов о Хвостове самым непосредственным образом связан именно с Крыловым, и подчас крыловские истории о Хвостове вырастали в развернутые устные новеллы; см., например:

Щедрость обоих, и мужа, и жены <Д. И. и Т. И. Хвостовых. – Е. К.> нисколько не умаляла этой четы добрых, хотя и карикатурных Филимона и Бавкиды Сергиевской улицы. Однако ж иногда они нуждались в деньгах, когда управители замедляли высылку доходов. Такую невзгоду старосветские старички переносили шутя; огорчало их только то, что в такой момент им приходилось несколько затягивать шнурки кошелька (Тогда о портмоне еще понятия не имели) и отказывать себе в удовольствии помогать беднякам и оказывать дружеские услуги приятелям, к числу которых, предпочтительно перед многими, принадлежал Ив. Андр. Крылов. Он раз обратился к графу именно в минутку «затяжки шнурков».

Страдая безденежьем, граф Дмитрий Иванович предложил Ивану Андреевичу вместо денег, на лицо не имевшихся, только что изготовленные для продажи 500 полных экземпляров своего собрания стихотворений в пяти томах, 1830 года.

– Возьмите, Иван Андреевич, все это добро на ломового извозчика, – говорил хвостов, – и отвезите Смирдину. С которым вы находитесь в хороших отношениях. Я продаю экземпляр по 20 р. ассигн.; но, куда ни шло, для милого дружка – сережка из ушка, отдайте все это Александру Филипову сыну (т. е. Смирдину, которого так иногда в шутку называли), для скорости, по 5 р. ; даже по 4 р. за экземпляр, и вы будете иметь от 2 до 2500 рублей, т. е. более, чем сколько вам нужно.

Крылов, думая, что за эту массу книг, роскошно изданных, дадут ели не по 4, то, по крайней мере, по 2 р., соображая при том, что даже рассчитывая на вес, наберется почти сотня пудов, не принимая, конечно, в соображение водянистости и тяжеловесности стихов, добыл, чрез графскую прислугу, ломового извозчика и, несмотря на свою обычную лень, препроводил весь этот транспорт на ломовике к Смирдину, конвоируя сам этот литературный обоз от Сергиевской до дома у Петропавловской церкви, на углу Невского проспекта и Большой Конюшенной улицы.

Но каково было удивление и разочарование Крылова, когда Смирдин наотрез отказал ему в принятии этого, как он нецеремонно и вульгарно выразился, хлама, которым, по словам русского Ладвока, без того уже завалены все кладовые у Сленина. В задумчивости, но не расставаясь со своею флегмой, вышел из магазина Иван Андреевич на Невский проспект, где ломовой извозчик пристал к нему с вопросом: «Куда прикажет его милость таскать все эти книги?»
– Никуда не таскай, друг любезный, – сказал Крылов. – никуда, а свали-ка здесь на улице около тротуара, кто-нибудь да подберет.

И все эти 500 книг творения Хвостова были громадною массой свалены у тротуара против подъезда в книжный магазин. Им бы, этим экземплярам книг с «хвостовщиной», пришлось лежать тут долго, если бы вскоре не проскакал по Невскому проспекту на своей лихой паре рыженьких вяток с пристяжной отлете обер-полицмейстер Сергей Александрович Кокошкин. Подлетев к груде книг, он подозвал вертевшегося тут квартального, удостоверился\. Что все это творения знаменитого творца Кубры и велел разузнать от Смирдина, в чем суть. Когда Кокошкин проезжал обратно, книг графа Хвостова тут уже не было: все оне, по распоряжению частного пристава, отвезены были, по принадлежности, обратно к графу Хвостову, о чем, с пальцами у кокарды треуголки, частный отрапортовал генералу, пояснив с полицейским юмором происхождение этой истории, автором которой был Иван Андреевич Крылов (1).


Однако одним участием в хвостовиане («хвостовщине») Крылов отнюдь не ограничился, – напротив. Он создал еще и свою устную анекдотическую автобиографию, и, кстати, одним из центральных мотивов этой автобиографии явилась тема крыловского обжорства. Она породила, можно сказать, самый настоящий цикл анекдотов. И в рамках этой «обжорной» серии, имевшей огромную популярность в литературном кругу, да и вообще в петербургском обществе, Крылов создал истинный литературный шедевр, образец высококомического творчества. Это была развернутая устная новелла об обедах и ужинах в Зимнем дворце:

Царская семья благоволила к Крылову, и одно время он получал приглашения на маленькие обеды к императрице и великим князьям.
Прощаясь с Крыловым после одного обеда у себя, дедушка (А. М. Тургенев) пошутил: «Боюсь, Иван Андреевич, что плохо мы вас накормили – избаловали ас царские повара…»
Крылов, оглядываясь и убедившись, что никого нет вблизи. Ответил:

«Что царские повара! С обедов этих никогда сытым не возвращался. А я также прежде так думал – закормят во дворце. Первый раз поехал я и соображаю: какой уж тут ужин – и прислугу отпустил. А вышло что? Убранство, сервировка – одна краса. Сели – суп подают: на донышке зелень какая-то, морковки фестонами вырезаны, да все так на мели и стоит, потому что супу-то самого только лужица. Ей-богу. пять ложек всего набрал. Сомнение взяло: быть может, нашего брата-писателя лакеи обносят? Смотрю – нет, у всех такое же мелководье. А пирожки? – не больше грецкого ореха. Захватил я два, а камер-лакей уже удирать норовит. Попридержал я его за пуговицу и еще парочку снял. Тут вырвался он и двух рядом со мною обнес. Верно, отставать лакеям возбраняется. Рыба хорошая – форели; ведь гатчинские. Свои. А такую мелюзгу подают, – куда меньше порционного! Да что тут удивительного, когда все, что покрупней, торговцам спускают. Я сам у Каменного моста покупал. За рыбою пошли французские финтифлюшки. Как б горшочек опрокиутый, студнем облицованный, а внутри и зелень, и дичи кусочки, и трюфелей обрезочки – всякие остаточки. На вкус недурно. Хочу второй горшочек взять, а блюдо-то уж далеко. Что же это, думаю такое? Здесь только пробовать дают?!

Добрались до индейки. Не плошай, Иван Андреевич, здесь мы отыграемся. Подносят. Хотите верьте или нет – только ножки и крылушки, на маленькие кусочки обкромленные, рядушком лежат, а самая-то птица под ними припрятана и нерезаная пребывает. Хороши молодчики! Взял я ножку, обглодал е и положил на тарелку. Смотрю кругом. У всех по косточке на тарелке. Пустыня пустыней. Припомнился Пушкин покойный: «О поле, поле, кто тебя усеял мертвыми костями?» И стало мне грустно. Грустно, чуть слеза не прошибла. А тут вижу: царица-матушка печаль мою подметила и что-то главному лакею говорит и на меня указывает… И что же? Второй раз мне идейку поднесли. Низкий поклон я царице отвесил – ведь жалованная. Хочу брать, а птица так неразрезанная и лежит. Нет, брат, шалишь – мня не проведешь: вот так нарежь и сюда принеси, говорю камер-лакею. Так вот фунтик питательного и заполучил. А все кругом смотрят – завидуют. А индейка-то совсем захудалая, благородной дородности никакой, жарили спозаранку и к обеду, изверги подогрели!

А сладкое! Стыдно сказать… Пол-апельсина! Нутро природное вынуто, а взамен желе с вареньем набито. Со злости с кожей я его и съел. Плохо царей наших кормят, – надувательство кругом. А вина льют без конца. Только что выпьешь, – смотришь, рюмка опять стоит полная. А почему? Потому что придворная челядь потом их распивает.

Вернулся я домой голодный-преголодный. Как быть? Прислугу отпустил, ничего не припасено… Пришлось в ресторацию ехать. А теперь, когда там обедать приходится, – ждет меня дома всегда ужин. Приедешь, выпьешь рюмочку водки, как будто вовсе и не обедал».
– Ох, боюсь я, боюсь, – прервал его дедушка, – ждет не дождется вас ужин дома…
Крылов божился, что сыт до отвала, что Александра Егоровна его по горло накормила, а Федосеич совсем в полон взял.
– Ну, по совести, – не отставал дедушка, – неужели вы, Иван Андреевич, так натощак и спать ляжете?
– По совести, натощак не лягу. Ужинать не буду, но тарелочку кислой капусты и квасу кувшинчик на сон грядущий приму, чтоб в горле не пересохло (2).


Приведенный рассказ есть подлинная литература, есть пример живого, сочного мемуара, просто устного по форме, однако при этом безукоризненного по исполнению. Запись эта была сделана в свое время А.М. Тургеневым (1772 – 1863). Он занимал разные военные и чиновничьи должности (был адъютантом московского генерал-губернатора, возглавлял брест-литовскую и астраханскую таможни, медицинский департамент.

Но для менян сейчас важно то, что в квартире А.М. Тургенева на Миллионной улице, когда он же был в отставке, собирались литераторы и читали свои произведения, и среди них были И.С. Тургенев, Л.Н. Толстой, И.А. Гончаров и др. И особо он принимал у себя И. А. Крылова и записывал его анекдоты. Подробнейшим образом А.М. Тургенев записал рассказ И. А. Крылова об обедах в Зимнем дворце и сделал этим великое дело, сохранив для истории великолепную устную новеллу великого баснописца.

__________________

(1) Бурнашев В.П. Наши чудодеи. СПб., 1875. С. 21–24.
(2) И.А. Крылов в воспоминаниях современников. М., 1982. С. 275–276.


Вы также можете подписаться на мои страницы:
- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy

- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky
- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy
- в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/
- в телеграм: http://telegram.me/podosokorsky
- в одноклассниках: https://ok.ru/podosokorsky

Tags: Дмитрий Хвостов, Ефим Курганов, Иван Крылов, анекдоты, литература
Subscribe

Posts from This Journal “Ефим Курганов” Tag

promo philologist june 1, 02:32 10
Buy for 100 tokens
С февраля 2018 года я ежемесячно публикую в своем блоге такие дайджесты - на основе той информации, которая попадает в поле моего внимания. В них включены ссылки на публикации о нарушениях прав человека, давлении на журналистов, проявлениях цензуры в интернете и СМИ и другие новости и материалы,…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments