Николай Подосокорский (philologist) wrote,
Николай Подосокорский
philologist

Ренэ Герра. "Николай Калмаков - «Ангел бездны»"

Ренэ Герра (род. 1946) — французский филолог-славист и коллекционер. Магистерскую (а впоследствии, в 1981 году и докторскую) диссертацию посвятил творчеству русского прозаика Бориса Зайцева, в 1967—1972 годах служил у него литературным секретарём. Преподавал в Университете Ниццы и Институте восточных языков, а также в Центре Языков и Иностранных Военных Исследований при Парижской Военной Школе, работал переводчиком-синхронистом. Богатейший архив Герра содержит множество материалов из личных архивов Ивана Бунина, Ирины Одоевцевой, Юрия Анненкова, Георгия Адамовича и других крупнейших культурных деятелей эмиграции, со многими из которых Герра был хорошо знаком. Основал и возглавил Ассоциацию по сохранению русского культурного наследия во Франции. Почётный член Российской академии художеств.

Текст статьи Р. Герры о Николае Калмакове приводится по изданию: Герра Р. «Когда мы в Россию вернемся...». — СПб.: ООО «Издательство “Росток”», 2010.




НИКОЛАЙ КАЛМАКОВ -
 «АНГЕЛ БЕЗДНЫ»

Николай Калмаков — художник-провидец, влюбленный во
 все странное и фантастичное, — занимает свое место в блистательной плеяде неоспоримых мастеров русского искусства дореволюционной России. Творчество Калмакова является оригинальным свидетельством одного из малоизвестных направлений
 русского авангарда начала XX в. Художник, проклятый советской критикой так же, как ею были прокляты вдохновители и главные участники «Мира искусства», имена которых появились в трудах по истории
 искусства лишь в шестидесятых годах. Творчество Калмакова как бы
 затемнялось историками русской живописи, зато громко прозвучало
 в истории живописи мировой. Действительно, это имя лишь изредка, начиная с середины семидесятых годов, проскальзывало на страницах советских изданий, посвя¬щенных русскому дореволюционному искусству, да и те по большей
 части являлись книгами воспоминаний (А. Остроумовой-Лебедевой,
 К. Сомова и А. Бенуа).

В сочинениях же о «Мире искусства» имя Кал¬макова не упоминалось вообще, и это при том, что он являлся одним
 из участников этой группы, связанным с ней своим творчеством. Чтобы оценить художественный феномен творчества Калмакова,
 необходимо рассматривать его в том времени, когда кипение артистической жизни нашло свое яркое отражение в «Мире искусства» — художественном движении, игравшем в России большую роль и распространявшемся на все сферы культуры. В рамках данного очерка нет
 возможности рассказать об истории развития этого движения или подвести итоги его вклада в различные сферы русского искусства, такие
 как пластическое, прикладное, опера, танец и художественная критика. Это движение отвечало необходимости отказа от академизма и желанию независимого творчества, жажде обновления. В начале XX в. этот,
 по выражению А. Остроумовой-Лебедевой, «гениальный коллектив»
 первым осмелился вступить в идейную борьбу и пробить брешь в художественной программе всемогущего в то время «Товарищества художественных передвижных выставок», создав условия, необходимые для
 обновления русского искусства.

Идеологическая и художественная программа передвижников провозглашала целью искусства точное отражение жизни, и они не могли
 принять художников нового поколения, выступивших против деградации искусства, отданного на служение общественному прогрессу и став¬шего инструментом политической пропаганды. Члены «Мира искусства» — художники-«сектанты», зачастую пренебрегающие техникой,
 требовательные и утонченные, открыто выступили против передвижников, выразив свое нежелание подчиняться академическим канонам
 и не чуждаясь никакого источника вдохновения, национального или
 зарубежного, принадлежащего прошлому или настоящему. Они провозглашали независимость духа и свободу творчества. По их мнению,
 искусство само по себе уже является целью и должно служить лишь
 красоте. Они реабилитировали доктрину «искусство ради искусства»,
 отмежевавшись от социальной программы демократического реализма
 передвижников.

Открытые любому влиянию и прошлых течений, и новых веяний Западной Европы — Англии, Германии (Мюнхен и Берлин),
 Австрии (Вена) и затем Парижу, за эту широту взгляда, за своего рода
 эклектизм они были названы космополитами-декадентами. На стыке
 двух борющихся друг с другом миров «Мир искусства» оказался как бы
 предвестником того культурного и художественного взрыва, который
 теперь принято называть Серебряным веком русской дореволюционной культуры. Ни один другой период русской истории не может сравниться с этими десятилетиями напряженностью культурной и художественной
 жизни. Ни одна эпоха не рождала столько литературных журналов,
 альманахов, разнообразных изданий, посвященных искусству, и никогда еще не был столь силен интерес к изящным искусствам как со стороны интеллектуальной элиты, так и со стороны широкой и просвещенной публики.

Таким образом, словосочетание «Мир искусства» является одновременно названием и группы художников, восставших против академизма и демократического реализма, и журнала, который с ноября
 1898 по 1904 г. служил им трибуной. «Мир искусства» стоял у самых
 истоков значительного художественного обновления, создавшего ту особую и благоприятную атмосферу, без которой в 1909 г. не могло бы
 возникнуть это чудо — «Русские балеты», впоследствии названные
 «Дягилевскими сезонами в Париже». И, наконец, не стоит забывать о
той огромной роли, которую сыграли организованные под эгидой этого журнала выставки.

«Мир искусства», русское воплощение «L’Art Nouveau européen»,
 можно сравнить с английским «Modern Style», французским «l’Art
 Nouveau», немецким «Jugendstil» или венским «Secessionstill». Калмаков, как и все художники этой группы, увлекался театральными декорациями, графикой, иллюстрированием литературных произведений; творчество всех этих художников объединяет некоторый
 эстетизм, стилизация и особая манера письма, заключавшаяся в разнообразии текстур, яркости красок, декоративности стиля. И творчество
 Калмакова, имея, безусловно, и свои собственные специфические черты, не избежало этого влияния и общего для всех художников Нового
 европейского искусства источника вдохновения: демонического символизма и болезненного увлечения магией и эзотерикой. В этом отношении встреча Калмакова с поэтом и писателем-символистом Федором Сологубом определила дальнейшее развитие художественных взглядов Калмакова, как и его дружба с театральным постановщиком и драматургом Евреиновым.

Подобно Баксту, Бенуа, Добужинскому и Рериху, Калмаков работал
 для сцены и как театральный художник очень скоро добился известности. В 1908 г. Евреинов представил Калмакова Вере Комиссаржевской,
 и художник создал декорации для ее постановки «Саломея» по пьесе
 Оскара Уайльда. Декорации к «Черным маскам» Леонида Андреева и «Юдифи» Ф. Геббеля тоже принадлежат Калмакову. Позднее Калмаков был приглашен
 работать на второй сезон Старинного театра (1910—1911), посвященный испанскому Возрождению (спектакль по пьесе Лопе де Вега). В 1915 г. Калмаков создал костюмы для спектакля по пьесе Тирсо
 де Молина, поставленного на сцене первого Санкт-Петербургского театра марионеток.

Наконец, Общество Святой Евгении заказало Калмакову создать
 серию почтовых литографических открыток, средства от продажи которых должны были пойти в пользу Красного Креста. Эти открытки
 являются драгоценным свидетельством творчества Калмакова в тот
 момент, когда его искусство и слава достигли своей высшей точки. Основатель и редактор журнала «Аполлон» критик Сергей Маковский упрекал Калмакова в стремлении стать «русским Бердслеем», а его
 загадочные и чарующие творения считал безвкусными. Но чтобы понять суть вдохновения этого «уайльдовского», как назвал его Евреинов,
 художника, необходимо вспомнить картины Врубеля: в манере письма
 и яркости красок Калмакова, а также в выборе некоторых тем и сюжетов угадывается влияние Врубеля. Как и Врубель, Калмаков остался не
 понят своими современниками, осужден критикой и частично отвергнут публикой, но его творчество неразрывно связано с той эпохой, когда он творил, и превосходит ее выразительностью, искусством, оказавшимися пророческими фантазиями художника.

Вы также можете подписаться на мои страницы:
- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy

- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky
- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy
- в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/
- в телеграм: http://telegram.me/podosokorsky
- в одноклассниках: https://ok.ru/podosokorsky

Tags: Калмаков, Ренэ Герра, искусство
Subscribe

Posts from This Journal “искусство” Tag

promo philologist june 19, 15:59 3
Buy for 100 tokens
С разрешения издательства "Кучково поле" публикую фрагмент из книги: Берхгольц Ф.В. Дневник камер-юнкера Фридриха Вильгельма Берхгольца. 1721–1726 / вступ. ст. И.В. Курукина; коммент. К.А. Залесского, В.Е. Климанова, И.В. Курукина. — М.: Кучково поле; Ретроспектива, 2018.…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment