Николай Подосокорский (philologist) wrote,
Николай Подосокорский
philologist

Семейные традиции японцев

Текст приводится по изданию: Востокова А. Страна Восходящего Солнца. От древности до наших дней. — Серия «Золотой фонд». — Ростов-н/Д: «Феникс», 2005.


Photo: Toshihide Kajihara. Kyoto Women's University, Lifestyle Design Laboratory

Традиции японцев

Обычаями пропитана история нации и жизнь любого индивида, они проявляются внутри японского образа жизни, в праздники и в будни и накладывают печать на все стороны жизни японцев. Чтобы описать все японские обычаи, нужна отдельная книга. Наша задача — показать обычай в качестве одной из социальных норм поведения японцев. Например, процедура визитов в Японии имеет существенные особенности. Дверь в японский дом открывается в гэнкан (парадный вход, специальная пристройка, холл, вестибюль). Здесь гости всегда выражают извинения по поводу того, что своим визитом побеспокоили хозяйку, а та, в свою очередь, сожалеет, что принимает гостей так скромно. Затем следуют всякого рода ритуальные высказывания, имеющие слабое отношение к цели визита, но представляющие в Японии обязательную норму приветствия. И только после такой продолжительной подготовки хозяйка говорит: «О-агари кудасай» («Заходите, пожалуйста!»).

Тут происходит еще одно действие — все приходящие снимают обувь и надевают мягкие домашние шлепанцы суриппа. Это простое, казалось бы, действие превращено в Японии в своеобразный психологический и эстетический акт. Сама процедура переживается японцами как преодоление психологической границы (японцы называют это кэдзимэ) между внешним миром и интимной атмосферой домашнего очага. Переступив этот барьер, гости как бы забывают о прошлом, о том, что было за этим барьером, и вовлекаются в совершенно иную атмосферу. Оставленная в гэнкане обувь может многое рассказать о своих владельцах. Обувь в Японии довольно практична, она хорошо выглядит и, можно сказать, вполне гармонирует со всем, что окружает японца в его повседневной жизни. Столетие назад японская обувь была, как правило, деревянной с матерчатыми ремешками (гэта). Несмотря на явную стандартизацию, она и тогда имела свои различия. И сегодня обувь может указывать на социальное положение или род занятий владельца. Внимательный глаз заметит различие между строго четырехугольными гэта (каку гэта), которые надевают, как правило, мужчины средних лет, и тэта с закругленными углами, используемыми престарелыми мужчинами или священнослужителями. Некоторые даже могут отличить номэри тэта (тэта с наклоном вперед), которые пользуются популярностью у актеров. Женские гэта четко указывают на возраст их обладательницы. Правда, сейчас с деловой одеждой женщины носят обычную европейскую обувь.

Японская обувь имеет и определенную регулирующую функцию. Например, владельцы уютных японских гостиниц тщательно рассматривают обувь гостя, чтобы определить, какая комната в гостинице будет наиболее полно соответствовать его наклонностям. Люди нигде так часто не меняют обувь, как в Японии: на улице, например, японец носит обувь европейского стиля, когда входит в дом, надевает мягкие суриппа, а если он направляется в туалет, то пользуется специальными шлепанцами. Непременным атрибутом японского образа жизни является обмен подарками. Это весьма своеобразный ритуал. Обычно обмениваются чем-то осязаемо-материальным — продуктами, напитками, деньгами, иногда — визитными карточками. При этом обычно то, что дается, возвращается в том же эквиваленте, но не обязательно в той же форме. Бывает так, что тарелка, на которой однажды был преподнесен кусок пирожного, может быть возвращена владельцу с другими сладостями или с листами писчей бумаги (ханси).

Перерыв на обед наступает по всей Японии в полдень, и этот час можно легко определить и без часов — по толпам служащих, устремляющихся в близлежащие небольшие столовые; по мотоциклистам и велосипедистам, которые развозят заказы, сделанные по телефону, прямо к рабочим местам. У людей одиноких в обеденное время пользуются успехом простые блюда из риса. Несколько иначе питаются в обеденный перерыв люди семейные. Самая плотная за день еда с рисом и супом ждет их вечером дома, поэтому на работе женатые служащие предпочитают просто перекусить. Лучшим, легко усвояемым обеденным блюдом у старшего поколения считается лапша: пшеничная удон, в виде клецек и затем преображенная в толстые белые «макароны»; собственно китайская — яичная мэн. Конец обеда в наши дни обычно отмечается неторопливым питьем кофе, который широко распространился в Японии после войны. Сейчас японцы пьют этот западный напиток почти в таких же количествах, как традиционный чай. Заказав одну-единственную чашку кофе, можно сколько угодно сидеть за уютными столиками, слушать тихую музыку, беседовать со знакомыми и даже вздремнуть.

Особые традиции в Японии связаны с уличной торговлей. Продавцы съестного съезжаются к любым местам массовых гуляний и устанавливают там свои ларьки, украшенные короткими занавесками норэн и традиционными краснобелыми полосатыми тентами. Зимой у покупателей пользуются успехом горячие блюда. На металлических листах, вмонтированных в ларьки, разжаривают самое распространенное в наши дни уличное блюдо — лапшу китайского типа с нашинкованной капустой и острым соусом, которая называется якисоба. В особо людные места съезжаются также продавцы любимых детьми сластей: сахарной ваты, больших разноцветных леденцов, бананов в шоколаде, кукурузных хлопьев в американском духе, маленьких красных яблок в сахаре — их натыкают на палочки и держат в круглых углублениях на больших кусках льда. Особый колорит современному Токио придают те уличные торговцы, которые продают свой товар ночью, толкая с места на место деревянные ларьки на колесах — ятай, снабженные иногда скамейками для покупателей.

Вообще, торговля едой с передвижных ларьков разрешена только на праздниках и спортивных мероприятиях, и полиция ежегодно арестовывает многих уличных торговцев за нарушение правил. Страдают владельцы передвижных ларьков от притеснений гангстеров. И тем не менее, в надежде заработать свой хлеб насущный сотни уличных торговцев ежедневно выходят на токийские улицы и поджидают ночных покупателей с вечера и до раннего утра — в любую погоду, зимой и летом. Каждый вечер зажигаются свечи в бумажных фонарях, установленных на столах токийских гадальщиков. Таинственное выражение неподвижного лица, темная одежда, черные шапочки — многочисленные прорицатели усаживаются на людных местах и предсказывают судьбу. Заглядывают в астрологические справочники. Изучают черты лица и линии руки. Используют особые знаки-символы — гексаграммы древней китайской гадательной книги «Ицзин», которые представляют собой разные сочетания линий.

Большинство жителей Японии, этой высокоразвитой технической державы, скажут вам, что они не суеверны. И тем не менее, свадьбы японцы справляют только в «счастливые» дни, а в «несчастливые», несмотря на предлагаемые скидки, залы бракосочетаний пустуют. На неблагоприятные даты нельзя назначать и похороны. В больницах, как и в гостиницах не бывает комнаты номер четыре, поскольку заимствованные китайские чтения иероглифов «четыре» и «смерть» звучат одинаково. Около храмов обычно торгуют всевозможными амулетами. Суеверий — как своих собственных, так и заимствованных — в Японии множество. И хотя похоже, что большая часть японцев не столько верит в приметы, сколько отдает дань традициям, тем не менее у японских гадальщиков и гадальщиц клиентов вполне достаточно. А к самым популярным постоянно выстраиваются очереди.

СВАДЕБНЫЕ ТРАДИЦИИ В ЯПОНИИ

В Японии есть два основных вида браков — браки по договоренности и по любви. В эпоху Эдо (с XVII по XIX вв.) обе формы брака сосуществовали одновременно. Часто браки, как правило, заключались семьями без участия жениха и невесты. Люди незнатного происхождения в основном выходили замуж по любви. С началом эпохи Мэйдзи (вторая половина XIX в.) браки по договоренности распространились среди всех классов японского общества. При браках по договоренности в эпоху Мэйдзи сначала обменивались фотографиями, биографиями, подробными историями семей. Если обе стороны согласны, мужчину и женщину официально представляли друг другу за трапезой в присутствии накодо (иногда его называли тюнин). Данная церемония юино делает помолвку официальной. Если мужчина намеревается соблюдать все формальности, он дарит будущей невесте в ходе церемонии девять обручальных подарков, а если нет, то может подарить пять или семь.

Хотя обычаи и отличаются друг от друга по регионам, принято, чтобы семья будущего жениха давала деньги и такие символические знаки удачи как съедобные морские водоросли комбу (символ процветания будущих поколений) и морское ушко (знак пожелания долгой жизни). В ответ семья будущей невесты преподносит примерно половину стоимости даров. Этот обмен обозначает желание пары вступить в брак и согласие семей с их выбором партнера. В последнее время этот ритуал не соблюдают, его сменяет другой обычай: мужчина дает будущей невесте обручальное кольцо, а она ему в ответ подарки. Наконец, наступает день свадьбы. С XIX в. распространена церемония бракосочетания в синтоистском храме с объявлением о союзе, обращенном к божеству храма, как это с незапамятных времен делала императорская семья. Синтоистская свадьба начинается с церемонии, назначение которой — очистить супружескую пару и защитить ее от зла в будущем. Затем богов просят дать им долгую жизнь и много счастья. Потом жених и невеста несколько раз из одного сосуда пьют священное рисовое вино. Обмен кольцами, обычай, заимствованный с Запада, совершается под аккомпанемент старинной японской арфы.

В последнее время все более распространенными становятся браки по-христиански. При «христианском» венчании жених и невеста дают брачный обет, обращаясь не к Богу, а к собравшимся гостям. Жених становится к алтарю, а потом под руку с отцом входит невеста. После пения гимнов и чтения отрывков из Библии жених и невеста произносят брачные клятвы перед алтарем. Потом они обмениваются кольцами. По окончании свадебной церемонии, как правило, наступает время продуманного до деталей свадебного приема в зале бракосочетаний, шикарном отеле или ресторане. Среди гостей — родственники, друзья и начальство фирмы. Во время пира новобрачные сидят во главе стола и согласно ритуалу объявляют о том, что стали супружеской парой. Когда новобрачная появится в приемной, на ней будет либо изысканное белое кимоно, либо свадебное платье в западном стиле. В ходе приема она ненадолго покинет зет и вернется в цветном кимоно или платье.

Это обычай, зародившийся в XIV или XV вв. в эпоху Муромати, означает, что теперь, после брачного обета, супруга возвращается к повседневной жизни и готова начать новую жизнь со своим мужем. Еще один ритуал связан со свадебным пирогом. Новобрачные берут большой нож и совершают свое первое действие в качестве супружеской пары — разрезают пирог. Гости отвечают громкими аплодисментами, пожеланиями долгой и счастливой супружеской жизни. Поздравляя новобрачных, гостям следует избегать употребления определенных слов, таких, например, как «резать» (что подразумевает разрыв уз), «разделять», и «возвращать». На японском празднестве самое лучшее — слова и подарки, обозначающие счастье. Гости, приглашенные на прием, приносят деньги в декоративном конверте.

В конце приема в знак благодарности новобрачные дарят букеты родителям, а потом молодой супруг (или один из отцов) благодарит гостей. По японскому обычаю молодожены дают гостям на свадьбе подарки (которые называются хакидэ-моно). Дарить подарки — это не только формальность. Как правило, молодые выбирают подарки очень тщательно. Нередко каждому гостю дают что-то особенное. Традиционный свадебный убор невесты (сирому ку) полностью белый, от шелковой вуали и кимоно до длинной верхней одежды, пояса оби, носков таби и сандалий. Белый цвет символизирует чистоту и желание молодой супруги воспринять цвета ее нового дома (т.е. усвоить новые привычки). Жених облачается в традиционную японскую одежду (черное кимоно, куртку хаори, украшенную знаком семейного герба и брюки хакама). Семейные традиции все еще сильны в Японии: если юноша и девушка решают создать семью, они идут в дом своих родителей й просят их благословения. Дело в том, что влюбленные хотят быть полностью счастливы и желают, чтобы их свадебная церемония стала настоящим праздником, на который они могли бы пригласить своих родителей, братьев, сестер и других родственников.

Несмотря на то, что браков по любви стало больше, все еще часты и консервативные, традиционные браки. А если снова обратиться к прошлому, то в Японии есть старики, которые не видели своего будущего супруга и даже не знали его имени до самого дня свадебной церемонии. Другим традиционным способом вступления в брак была свадьба — «омиаи». Это японское слово означает «взгляд друг на друга» или «встреча друг друга». Не состоящие в браке молодые мужчина и женщина получают рекомендации родителей и знакомятся с их разрешения. Затем родители спрашивают своего сына или дочь, нравится ли ему или ей предложенный потенциальный спутник жизни. Омиаи — это один из популярных в современной Японии способов выбора своей второй половинки, хотя традиция родилась еще до войны. Японские родители играют огромную роль в создании семьи своего ребенка. Они берут на себя большую часть обязанностей и никогда не оставляют своего ребенка на произвол судьбы, ни в нравственном, ни в материальном смысле. «Пока у тебя не появился ребенок, ты еще не можешь называться зрелым», — говорят они. Жизнь длинна, и если перед супружеской парой встает вопрос о разводе, они вспоминают о том, сколько трудились для них родители, а также о своих собственных детях и принимают решение сохранить семью. Они чувствуют родительскую любовь и вину перед своими родителями.

ЯПОНСКАЯ СЕМЬЯ

Женщина в Японии, как и в Китае, по отношению к мужчине занимает место инь по отношению к ян, Земли по отношению к Небу. Ни о каком равноправии и речи не может быть. Мужчина в Японии — абсолютный глава дома. Добропорядочная восточная женщина должна быть незаметной, как тень. Она должна была на коленях вползать и, пятясь, выходить из любой комнаты, где находились мужчины, и даже мысль о том, чтобы пожаловаться, была для нее недопустимой. Еще Конфуций сказал: «О женщине ничего не должно быть слышно за пределами дома». Наградой добродетельной японской женщине было уважение родных, гарантии от обид и унижений, ощущение безупречности своей репутации и идеальное партнерство в достижении гармонии между инь и ян.

Традиции семейной жизни в Японии глубже всего были заложены в эпоху Камакура, когда на первый план окончательно вышло сословие самураев и самурайские семьи. А в сословии самураев неравенство между мужчиной и женщиной было гораздо сильнее, чем во всех других сословиях. Жену всегда выбирали по политическим соображениям, а не по влечению сердца. Считалось (и считается), что к такому серьезному делу как женитьба нельзя относиться необдуманно и нужно учитывать все обстоятельства. Глава семьи, клана прежде всего заботился о сохранении семейной собственности, фамилии как символа семьи, традиционной семейной профессии, осуществлял контроль над членами семьи. Отправлял культ предков и командовал своим семейным подразделением на войне. Его авторитет был непререкаем, в его решения не вмешивался даже сёгун. Личная жизнь и чувства здесь должны отходить на задний план.

От женщин всегда требовалось, чтобы они именно так себя вели. Но даже в самые строгие времена подчинение японских женщин никогда не было столь безусловным. Современные японки старшего поколения, хотя и выглядят покорными и послушными, в большинстве своем обладают сильным характером и волей. Они умеют прекрасно владеть собой и своей дипломатичностью и настойчивостью добиваются от мужей намного больше, чем энергичные европейки и американки. Что касается повседневной жизни, то все хозяйственные вопросы японки решают сами. Иногда складывается даже впечатление, что многие мужчины скрывают за маской хозяина положения нерешительность, неверие в себя, неспособность чего-либо добиться и стремление опереться на кого-либо другого, то есть те качества, которые у большинства японских женщин полностью отсутствуют. Мужчины любят делать вид, что они все понимают, женщины, наоборот, стремятся свои способности скрыть и показывают, что все, что они делают и говорят, — результат мудрости главы семьи и что их успехи — это прежде всего успехи мужа.

Символом положения хозяйки издавна считается самодзи — деревянная лопаточка, которой она раскладывает домочадцам рис. День, когда состарившаяся свекровь передает самодзи своей невестке, принято было отмечать торжественной церемонией. Да, именно на плечи женщины возложены заботы о домашнем хозяйстве. Но ей  же полностью доверены и семейные средства. О сбережениях на будущее должен думать глава семьи. Он решает, какую долю заработка потратить на текущие нужды, но деньгами, выделенными для этого, японка вправе распоряжаться по собственному усмотрению. Именно она вершит дела внутри семьи, и мужчина не должен вмешиваться сюда. Ребенок, родившийся в японской семье, начинает свою жизнь по-особому. Первенец-мальчик, например, со дня рождения пользуется особым расположением окружающих. Очень скоро он начинает ощущать свою значимость, и это формирует в его характере эгоцентризм и стремление к лидерству. В младших братьях воспитывают покорность и послушание. Что касается девочек, то очень быстро они начинают осознавать свое подчиненное положение и поистине смиряются с необходимостью прислуживать, терпеть и покоряться.

Семья в понимании японца прочно покоится на родовых устоях. Обычно японская семья в недалеком прошлом имела свиток-список своей семьи, рода, клана (своего рода генеалогическое древо), и эта реликвия передавалась от поколения к поколению. Концепция семьи в Японии подчеркивает непрерывность семейной линии, затухание которой воспринимается как страшное бедствие. Предки для японца являются неотъемлемой частью настоящего. В Японии считают, что благополучие семьи зависит от того, насколько преданно каждое поколение чтит предков. Сыновняя почтительность выступает здесь как цементирующее средство. Согласно учению Конфуция, существуют три тысячи проступков, степень тяжести которых подпадает под пять категорий, но нет более тяжкого проступка или даже преступления, чем непочтительность детей по отношению к родителям. В Японии до сих пор в ходу три вида повиновений: дочь повинуется родителям, жена — мужу, вдова — старшему сыну.

Уважительное «западное» отношение к женщине не приветствуется в Японии; в японском языке есть ходовое выражение: «дансон, дзёхи» («уважать мужчину и презирать женщину»). Вся сущность японской семьи проникнута этим духом, и он подсознательно воспитывается еще в детстве. Достаточно сказать, что для мужчин привычно при обращении к жене местоимение ты, с которым всегда обращаются к нижестоящему. В то же время жена при обращении к мужу употребляет вежливое вы, которое принято по отношению к вышестоящему. В современных семьях, особенно в городах, многие мужья, как и их жены, употребляют вежливое местоимение при обращении друг к другу, что навеяно влиянием западной культуры. Эта тенденция стала заметной после второй мировой войны, а сейчас еще более усилилась. Родители с большой ответственностью относятся к воспитанию малыша. Официально браки в Японии разрешены для мужчин с 18 лет, для женщин — с 16. Большая часть браков в Японии заключается в довольно зрелом возрасте (мужчины в возрасте 27-30 лет, женщины 24-25 лет), поэтому рождение ребенка в семье — это чаще всего тщательно обдуманное событие.

Постель японского ребенка располагается рядом с постелью матери. Как только ребенок выразит желание быть ближе к матери, она берет его к себе и начинает заниматься с ним, сколько бы он ни пожелал. И мать и отец проявляют исключительную выдержку и терпение в воспитании: они не произносят ни одного сердитого слова, не обнаруживают ни одного жеста неудовольствия. Ребенок постоянно находится в центре их внимания. Кроме того, появление новорожденного сопровождается определенными церемониями и обрядами. К числу подобных обрядов относится и такой, при котором рядом с подушкой новорожденного ставится блюдо или чашка с вареным рисом. Рис служит жертвоприношением божеству. В отдельных районах, чтобы голова младенца в будущем стала крепкой, у изголовья постельки кладут камень, который рассматривается как священное тело бога (убу-гами).

Кое-где по существующему обычаю мать в течение нескольких дней после родов не кормит ребенка грудью и просит это делать другую женщину, ее называют уба, и ребенок для этой женщины становится родственником: она вступает с ним в «молочное родство». Своеобразные родственные отношения существуют также между ребенком и акушеркой, между ребенком и родителями кормилицы или няньки и т. д. Если ребенок рождается слабым, а мать оказывается неспособной справиться с трудностями, родители могут на некоторое время передать ребенка другим людям. Тех, кто в подобном случае берет ребенка на воспитание, называют сато-оя (приемные родители), и они тоже вступают с ним в родственную связь. Впервые одежду с рукавами надевают на трехдневного ребенка. Во многих семьях такая одежда шьется заблаговременно. В прошлом для новорожденного готовили лишь одежду без рукавов, называемую окуруми (нечто схожее с ватным одеяльцем). На третий же день после рождения ребенка во многих местах совершается церемония его одевания, во время которой угощаются рисом с красной фасолью (это блюдо подается при особенно радостных событиях: при рождении ребенка, возвращении родных издалека и т. п.), в некоторых районах страны эта церемония практикуется на пятый день.

Из всех обрядов и церемоний, связанных с появлением ребенка, наиболее распространен обряд, совершаемый на седьмой день после его рождения. Этот обряд называют сития (седьмая ночь) или же надзукэ-но иваи (праздник по случаю наречения именем). Отмечается он по-разному, в зависимости от социального положения семьи. При выборе имени, как правило, принимают во внимание благозвучие и значение иероглифов, которыми оно пишется. Имя для новорожденного могут выбирать ей родители, дедушка с бабушкой или другие близкие родственники. Раньше обращались с просьбой о выборе имени к буддийским или синтоистским священникам, но сейчас это делается редко. Случается, что родители новорожденного обращаются с такой просьбой к гадалкам. Избранное имя пишется на бумаге, которую помещают у изголовья ребенка или дарят родственникам и соседям вместе с двумя рисовыми лепешками моти — белой и красной.

В некоторых семьях в этот день ребенка в первый раз выносят из дома. В ряде районов страны эти обряды справляются спустя месяц или даже более после рождения ребенка. В прошлом ребенку давали нескольких имен. В детстве человека называли детским именем (емэй, или ёмё, — имя в детстве), а по достижении совершеннолетия — фамильным. В настоящее время, за редким исключением, имя, полученное при рождении, человек носит на протяжении всей жизни. Спустя сто дней после рождения ребенка несут в ближайший храм. Когда ребенку исполняется год, перед ним раскладывают различные инструменты — серп, молоток, японские счеты, кисточку для письма и т. д. По тому, какую из разложенных вещей он возьмет первой, и предсказывают его будущее. Например, если ребенок возьмет счеты, объявляют, что он будет коммерсантом, если выберет серп — земледельцем. В этот же день родители готовят рис с красной фасолью или же рисовые лепешки и дарят родственникам и соседям. Подобные обычаи больше распространены в сельской местности. В некоторых районах Японии в первую годовщину рождения ребенка ему на спину привязывают несколько рисовых лепешек, и так он ходит весь день.

Традиционно в Японии практикуют церемонии по случаю достижения трех, пяти и семи лет (ситигосан). Мальчиков 3-5 лет и девочек 3-7 лет приводят в храм, где совершается соответствующее богослужение. В храме детям дают купленные здесь же леденцы, называемые по-японски титосэ-амэ. По возвращении домой дети могут дарить эти леденцы родственникам и соседям. Многих девочек в этот день одевают в кимоно и раскрашивают им щеки. Некоторые мальчики надевают монцу (короткое верхнее кимоно с фамильным гербом) и хакама (часть японского официального костюма в виде широких шаровар, похожих на юбку).

Большинство же мальчиков одевается в европейском стиле. Цифры три, пять и семь имеют под собой определенную основу — по китайскому поверью, нечетные числа приносят счастье. Возраст же семь лет является как бы критическим, когда боги, если их умилостивить, даруют ребенку право на существование. С этой целью и осуществляется богослужение. Раньше мальчикам, достигшим семи лет, полностью сбривали волосы (в годы, предшествовавшие эпохе Мэйдзи, японцы носили прическу в виде связанного пучка волос). Начиная с эпохи Мэйдзи он был отменен, однако церемония иногда совершается в том виде, как она практиковалась ранее, сопровождаясь религиозными обрядами. Японцы придают особое значение семилетнему возрасту, именно в этом возрасте они впервые подчеркивают различие между девочками и мальчиками. В это время тетка дарит мальчикам фундоси (набедренную повязку-плавки), а девочкам — передник, или косимаки («пояс стыдливости»).

В японской семье дети являются центром всех забот. Воспитание ведется не на основе принуждения или запретов, а на основе опеки. Японские матери в течение долгого времени присматривают за ними. Детей не наказывают. Вместо запретов детей учат размышлять над тем, как к их поступкам отнесутся другие. Дети косвенно чувствуют порицание за свои поступки. С раннего возраста им внушается, что если они совершат что-либо дурное, то будут осмеяны. Япония, поразившая за последние десятилетия мир своими достижениями во всех областях науки и техники, сохраняет свою патриархальность как неотъемлемый элемент культуры, который буквально врывается в сегодняшнюю жизнь из глубины веков. В японском языке нет даже слов «брат» или «сестра». Вместо этого находим «старший брат» и «младший брат», «старшая сестра» и «младшая сестра». Идея выше- и нижестоящего никогда не покидает сознание японского ребенка, независимо от того, имеет ли он в виду только своих братьев и сестер.

Японские жены крайне снисходительно относятся к сексуальным похождениям мужа вплоть до сегодняшнего времени. В современной Японии существует выражение: «Вернуться домой на тройке», весьма своеобразно введшее русское слово в японский обиход. Эта фраза означает, что пьяный глава семейства вваливается в дверь среди ночи, поддерживаемый под руки двумя девицами из бара. Жена в таком случае обязана пригласить спутниц в дом, угостить их чаем, осведомиться, рассчитался ли муж по всем счетам, и с благодарностью проводить их. Не забавы мужа на стороне, а проявление ревности жены в глазах японцев выглядит аморальным. Однако подобная терпимость к такого рода похождениям касается, впрочем, лишь женатых мужчин, но отнюдь не распространяется на замужних женщин. В то же время романтические (а не чисто сексуальные) отношения, не находя почвы в браке (который есть скорее брак семей, чем самих молодоженов), находят свое продолжение в «веселых кварталах», в чайных домиках и апартаментах гейш.

Вы также можете подписаться на мои страницы:
- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy

- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky
- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy
- в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/
- в телеграм: http://telegram.me/podosokorsky
- в одноклассниках: https://ok.ru/podosokorsky

Tags: Япония, обычаи, свадьба, семья, синтоизм
Subscribe

Posts from This Journal “Япония” Tag

promo philologist июнь 1, 02:32 10
Buy for 100 tokens
С февраля 2018 года я ежемесячно публикую в своем блоге такие дайджесты - на основе той информации, которая попадает в поле моего внимания. В них включены ссылки на публикации о нарушениях прав человека, давлении на журналистов, проявлениях цензуры в интернете и СМИ и другие новости и материалы,…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments