Николай Подосокорский (philologist) wrote,
Николай Подосокорский
philologist

Categories:

Историк Даниил Пузанов о летописном рассказе о хождении новгородца «в чудь» за гаданием

Даниил Викторович Пузанов (род. 1991) - кандидат исторических наук (2017), младший научный сотрудник отдела исторических исследований Удмуртского института истории, языка и литературы УдмФИЦ УрО РАН с 2018 г. Научные интересы: духовная культура и мировоззрение в Средние века, этническая история, этнопсихология, история религии, средневековые этнокультурные и этнополитические контакты. Текст приводится по изданию: Пузанов Д.В. Природные явления в сакральной картине мира народов Восточной Европы. Древняя Русь и ее соседи: IX—XIII вв. — Научное издание. — СПб.: «Издательство Олега Абышко», 2018.



Если в скандинавской традиции, несмотря на то, что переписчиками саг часто являлись монахи, все-таки сохранилась простонародная трактовка финно-угорской магии, то о других источниках Средневековья этого, к сожалению, сказать нельзя. В древнерусских летописях, например, отражен чисто христианский взгляд на магию, и потому ни обрядовая, ни этническая стороны магического воздействия на природу в них явно не выражены. Очевидно, что книжник не отделяет финно-угорской магии от славянской, считая ее также плодом «научения диавольского». В скандинавской литературе, если маг оказывается финном, на этом акцентируется особое внимание читателя, но в древнерусской книжной традиции этого нет. Есть, правда, один случай, когда летопись сообщает о хождении новгородца «в чудь» за гаданием. И описание этого случая полно немаловажных подробностей.

Итак, новгородец пришел к шаману. Колдун, как и было в его обычае, стал совершать обряды, необходимые для того, чтобы призвать в дом «бесов». Однако во время обряда волхв впал в оцепенение. Придя в себя, кудесник сказал новгородцу, что ему помешала наладить связь сдухами какая-то вещь, которая есть на новгородце. Новгородец понял, о чем идет речь, снял с себя нательный крест и оставил его за пределами дома. После этого «сеанс» удался, бесы стали трясти (или «кидать») волхва и ответили на поставленные новгородцем вопросы. Но на этом любопытство новгородца не иссякло..Он спросил у чудина, почему его боги боятся креста. Тот ответил, что это знак небесного бога, перед которым чудские духи испытывают страх. Тогда новгородец попросил колдуна поподробнее рассказать о своих богах. Оказалось, чудь поклоняется черным, крылатым и хвостатым духам, живущим в бездне. Они восходят на небо, чтобы послушать богов новгородца, т. е. ангелов. Когда новгородец умрет, его душа отправится на небо, к своим богам, а душа чуди — под землю, к своим.

В.О. Ключевский интерпретировал рассказ волхва в этническом ключе. По его мнению, деление богов на «верхних» и «нижних» — результат активных контактов славян с финно-угорским населением и своеобразного финско-славянско-христианского религиозного компромисса. «Боги обоих племен поделились между собой полюбовно: финские боги сели пониже, в бездне, русские повыше, на небе, и так поделившись, они долго жили дружно между собой, не мешая одни другим, даже умея ценить друг друга». После принятия христианства, по мысли В. О. Ключевского, финские боги, в представлении славян, заняли положение бесов, а славянские — ангелов. Так исследователь объясняет то, что летописец не делает различий между финской и славянской магией. По мнению Ключевского, включенные в «русско- христианский культ» финские боги «обрусели, потеряли в глазах Руси свой иноплеменный финский характер».

Такие выводы в настоящий момент кажутся наивными. Вряд ли столь карикатурное изображение чудских богов на деле исходило из уст шамана. Славянские боги в Древней Руси, как и в других средневековых христианских государствах, сопоставлялись в книжной традиции с бесами или правителями, но никак не с ангелами. Простое же население могло сопоставлять своих бывших богов и с ангелами, и с бесами. Описанный В.О. Ключевским этнодуализм не находит подтверждения ни в письменных источниках, ни в фольклоре славянских и финно-угорских народов.

Из текста летописи предельно ясно, что «небесный бог» — это Иисус Христос (Его знак—крест), а «боги» христианина-новгородца—ангелы, по невежеству язычника принятые за небесных богов. Летописец выставляет бесами тех богов, которым служат волхвы. Соглашаясь с выводом кудесника о том, что чудь (а точнее, все язычники) отправляется к своим богам в бездну, а новгородцы — к своим на небо, книжник пишет, что так оно и есть: грешники попадают в ад, а праведники пребывают в раю с ангелами. Далее идет рассуждение о том, что бесы, являясь во сне или в наваждении «неверным», учат их волхвовать. Потом приводятся примеры активности волхвов, почерпнутые из византийских сочинений. В целом же, рассказ о походе новгородца в чудь следует за рассуждением о немощности и бессилии бесов, творящих зло по попущению Божьему, но сами ничего не ведающие.

В.В. Мильков и С.В. Милькова обнаружили, что рассказ чудского волхва о небесных и подземных богах имеет параллели с поздним апокрифом «О Соломоне и Китоврасе». По их мнению, оба произведения восходят к общему источнику. А «для развенчания веры в волхвов- предсказателей» летописец использует иудейскую легенду об Ашмодее-Китоврасе. Несмотря на явное влияние христианской религии на передачу диалога волхва, в его основе мог лежать реальный рассказ, вышедший из двоеверной среды. Еще Е.В. Аничков заметил, что оцепенение волхва напоминает подобное же состояние шаманов после пляски, а В.Я. Петрухин нашел более близкие к тексту летописного сообщения параллели. Французский путешественник XVII в. Реньяр описал камлание саамского шамана, который, как и летописный волхв, упал и оцепенел. Шаман пробыл в трансе четверть часа, после чего признался, что ему не удалось подчинить духа, так как «иноземец — больший чародей, чем шаман.. .». По мнению В.Я. Петрухина, летопись содержит «древнейшее описание камлания». В отличие от В.О. Ключевского, он полагает, что в качестве бесов книжник выставлял не финских богов, а злых подземных духов, подчинить себе которых и пробовал шаман.

Связь обрядов чудского волхва с шаманскими практиками действительно очевидна. О.В. Кутарев даже использовал данный сюжет, чтобы поставить под сомнение популярный тезис, согласно которому индоевропейцам чужд шаманизм6. Однако исследователь крайне невнимательно обошелся с источником, ведь волхв из чудской земли едва ли мог быть индоевропейцем. Детальное, беспрецедентное по подробностям описание магических действий, которое сохранилось в народной среде и попало в летопись, напротив, свидетельствует, что действия шамана были необычны для магического сознания древнерусского населения. Тем не менее, чудская магия и магия славянская, в представлении русов, все же подчинялись общим принципам.

Как отмечает В. Я. Петрухин, новгородец снимает «крест — так обычно поступали при гаданиях русские люди». На базе летописного сообщения можно также сказать, что простое славянское население Древней Руси, подобно скандинавам, не прочь было прибегать к финской магии. Новгородца, правда, заинтересовала не только внешняя сторона чужого колдовства, но и его религиозные основы. Мы, однако, не имеем возможности утверждать, была ли в действительности теологическая беседа между славянином и шаманом, или же, скорее всего, это плод творчества книжника. Во всяком случае, вполне очевидно, что содержанию данной беседы едва ли стоит доверять.

Письменные источники не позволяют говорить о конкретном положении финской магии в сакральной картине мира простого славянского населения эпохи Средневековья. Однако многочисленные этнокультурные параллели, а также поздние фольклорные сообщения свидетельствуют, что к чудской магии действительно могли прибегать как к более эффективной. Интересно, что термин «чудь» со временем превратится из этнонима в обозначение мифического народа древности, предания о котором встречались у русских, живших на территории столкновения с исторической чудью, как и некоторых финно- угорских народов. Исследователи полагают, что этноним вначале эволюционировал в обозначение всех финно-угров языческой веры, а затем стал наименованием мифологических персонажей, наделенных магическими свойствами. Подобно исторической чуди, чудь мифологическая обладает пророческой силой. В представлениях коми-зырян четко прослеживается мотив влияния чуди на природные явления: к ней обращаются при болезнях, гибели скота, неурожаях. И в среде русских, и в среде финно-угров были распространены мифы о заколдованных чудских кладах.

Эти рассказы находят определенное отражение даже в «Житии Стефана Пермского», в котором утверждается, что золото языческих капищ заколдовано. Любой мифологический народ в фольклорных представлениях должен обладать сверхъестественными способностями. К тому же в среде пермского населения представления о чуди смешиваются с представлениями о собственных языческих предках. Дня русских финно-угорское колдовство являлось особо опасным, так как было изначально чужим, но для христианизированных пермяков оно становится чужим в силу смены религии. Чудской цикл легенд свидетельствует лишь о действии общих законов восприятия иноверцев. В среде западнорусского и западнофинского населения функции мифологической чуди выполняли паны и литва.

К представлениям о влиянии финно-угорской магии на природу можно отнести и верование древних булгар, согласно которому живущие на севере народы Вису и Йура, если прибудут в Булгар летом, могут принести с собой холод, от которого погибнут посевы. Об этом сообщает арабский путешественник ал-Гарнати. Булгары были настолько преданы этому суеверию, что не пускали эти соседние народы в свою страну летом Представление о том, что этносы, живущие в холодном климате, могут и сами вызывать сильный холод, были распространены и на крайнем западе Северной Европы. Согласно «Орозию короля Альфреда», среди эстов (в данном случае, балтов) есть племя, которое способно замораживать покойника и превращать летом в лед воду и пиво. Интересно, что о схожей способности некоторых людей сохранили сведения финно-угорские сказки. В мордовской сказке «Царевич-Богатырь» Мерзляк входит в жарко натопленную баню и остужает ее. В России до сих пор сохранилось понятие «привезти с собой плохую (или хорошую) погоду». Говорят это, конечно, скорее в шутку, тем не менее, данный пример демонстрирует, насколько устойчива сама подобная логика; даже лишившись сакрального ореола, она спокойно живет и в среде цивилизации модерна.

Вы также можете подписаться на мои страницы:
- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy

- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky
- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy
- в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/
- в телеграм: http://telegram.me/podosokorsky
- в одноклассниках: https://ok.ru/podosokorsky

Tags: Великий Новгород, Даниил Пузанов, Древняя Русь, Ключевский, гадания, летописи, шаманизм
Subscribe

Posts from This Journal “Великий Новгород” Tag

promo philologist 13:42, yesterday
Buy for 100 tokens
39-летний губернатор Новгородской области Андрей Никитин (возглавляет регион с февраля 2017 года), в отличие от своего предшественника Сергея Митина, известен открытостью в общении с журналистами и новгородскими общественниками. Он активно ведет аккаунты в социальных сетях и соглашается на…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment