Николай Подосокорский (philologist) wrote,
Николай Подосокорский
philologist

Categories:

"Выключайте телевизор к чертовой матери!". Сергей Воробьев о запросе на конкуренцию

Фрагмент из программы "Полный Альбац" на радио "Эхо Москвы".

Сергей Воробьев, президент компании «Ward Howell»: "Как бизнесмен, я должен быть бесконечно лоялен к нашей власти, потому что ничего кроме государственного бизнеса у нас, по сути, и не осталось. Въехал уже в плюс 70% экономики. А как гражданин я позволю себе сказать, что я в свои плохо стриженные усы уже даже не улыбался — мне просто смешно. Я думаю, что просто изменилось целеполагание. Я вот пытался найти объяснение. Помните, в Советском Союзе у нас была такая мечта, что «нынешнее поколение будет жизнь при коммунизме»? Вот, очевидно, некоторым из нас она запала в голову. И, к сожалению, не могу называть фамилии, но некоторые высокопоставленные коллеги Олега Николаевича по власти мне подтвердили: «Да, наконец-то сбылась вековая мечта человечества. И да, некоторые из нас уже живут при коммунизме».


Фото: Дмитрий Духанин/Коммерсантъ

Другое целеполагание. Мы хотели рыночных реформ, много конкуренции, чтобы товары были дешевле, качество их росло, потому что без конкуренции никак. А ребята решили организовать себе коммунизм. Они пошли в другую сторону. Поэтому, зачем мы ломали административный барьер? У нас так всё устроено… Они нам об этом сначала не сказали, потому что такая светлая мечта, наверное, но они точно живут при коммунизме, мне кажется. Потому что все характеристики есть. Кто-то при этом ворует, кто-то нет. Но это же какая формула коммунизма? От каждого по способностям — каждому по потребностям. Ну, посмотрите: кто-то себе взял — вот ему никак без этого. А способности у него не очень большие. Вот, собственно, и получилось. В результате, всё, что они делают — они создают себе рабочие места.

У нас прекрасный инвестиционный климат, только инвестиций нету. Это вот наблюдение было товарища, с которым я возвращался с Сочинского форума в прошлом году: «Так прекрасно прошел инвестиционный форум, все там были, кроме инвесторов. А так нормально». Конечно, уходит больше, чем приходит, и все, что приходит, в основном, вьется вокруг государства, потому что только оно, как в Советском Союзе, может выдать адекватные гарантии.

А если говорить про бизнес, можно по-разному на эту историю смотреть. С точки зрения гумуса, всё, конечно не так плохо… Броуновское движение наблюдается. Но с точки зрения рекордных достижений — о чем мы говорим? У Китая хоть что-то есть в верхней сотне, а у нас что? «Сбербанк» конкурирует с «Газпромом» и с «Роснефтью». Всё, до свидания! Сколько у нас стоит крупнейшая технологическая корпорация? Вот наш с вами общий друг Толя Карачинский давеча продал свой Luxoft. Он худо-бедно был там. Толя им гордится. Он как бы не очень большой, всего два миллиарда он выручил за него, но, тем не менее, он был там, а других и такого нету. Вот это всё. Соответственно, всё, что происходит, я давно называют «опережающим отставанием».

А чего вы спрашиваете-то, конечно, проблемы траста не очень волнуют слушателей, там нечего трастить. А вот интернет волнует, влезание в медиа с ногами волнует. Везде, где можно, государство поучаствовало и дальше еще хочет. Потому что они создают себе рабочие места и кушают с этого. Поэтому всё, что остается, это сказать потребителям, слушателям: «Ребята, спрос на демократию вы не даете. О’кей? Но сообразите: если вы хотите дешевых товаров и услуг — это только через конкуренцию. А демократия худо-бедно будет поддерживать конкуренцию. Поэтому хотите, чтобы товары и услуги дешевели — обеспечивайте, как хотите, спрос на демократию.

Потому что, как ни странно — я вот хотел поделиться откровением через свою хедхантерскую деятельность (мы еще развитием занимаемся) меня тут давеча специалисты по PR, Олег Николаевич, обрадовали, что никакого пиара для крупных корпораций в стране не осталось. Я говорю: «Почему?» — «А теперь это все часть GR». То есть связи с общественностью особо никого не волнуют — волнуют связи с государством. Потому что это единственный субъект, и оно боится своих жителей, государство, слава богу, бизнеса не боится. Нет никаких отношений власти и бизнеса. Власть победила. А вот жителей боится. И, соответственно, PR — это часть GR, часть отношений с государством, потому что государство хочет, чтобы бизнес за государство делал жителям хорошо. И очень боится, когда бизнес делает плохо. Это теперь всё сомкнулось. Вот у нас есть один субъект. И вот он так себя воспринимает. Но раз он боится жителей, то жители будут говорит: «Вот это хочу, а вот это не хочу». Что-то может начать происходить.

Если бы цена на нефть упала, то мы бы увидели либо, условно, полевые кухни с гречневой кашей приготовленной — может быть, еще увидим. — либо все-таки как в 2000 году при этом президенте и при нашем активном способствовании — и РСПП вложилось — мы понизили налоги до 13%, чтобы они были разумные, что не сделали, кстати, младореформаторы. Убрали этот чертов налог на рабочие места — мощная фигня — там 30%. Нами любимый с вами Бендукидзе объяснял Кудрину, как сейчас помню, что в Библии написано, с чего тебе брать налоги. Не надо их брать с создания рабочих мест. И тогда всё что нужно бизнесу: Плодитесь и размножайтесь. Вот сегодня мне другой бизнесмен сказал: «Что-то государство хочет нас развивать. Они обалдели что ли? Условия создали — отойдите к чертовой матери. Конкуренцию дайте, и всё будет хорошо».

Тот же Михаил Маратович Фридман не обидится, если я процитирую. «Вы же нефтью больше не владеет? Сергей, ну что такое — 5 нефтяных компаний на страну? Это не конкуренция. Вот 50 ресторанов на одну улицу — это конкуренция». Если мы хотим дешевых и качественных товаров, нам нужно много конкуренции. Власть не хочет конкуренции сама себе, и она дальше клонирует это свое понимание вокруг себя. Ей не надо, потому что цены на нефть стоят довольно высоко. Эта голландская болезнь чертова — нам хватает… Я давным-давно написал, что только самая богатая в мире страна может позволить себе такое бездарное государственное управление — без-дар-ное-е — по буквам. И я это доказывал Дмитрию Анатольевичу прямом эфире, и он не спорил. За 500 лет практически ничего не изменилось.

Как была эта чертова вертикаль власти, так и остается, как они сидят на кормлении, так и сидят. Известный нам с вами Симон Кордонский говорит, что мы [провели] неправильно реформу 1861 года. Это не было освобождение крестьян от помещиков. Это было освобождение помещиков от крестьян. От с тех пор они ходят свободными. Ну, крестьяне как-то… мы с ними теперь делимся вот этими самыми типа нефтяными доходами. Ну, и всё.

Если бы не было этого шанса счастливого так вот делиться, если бы не было базы для коммунизма в виде большой на сырье, — либо бы мы получили реальный военный режим, либо опять пришлось жизнь без налогов. Не надо нам ваших… вы что, обалдели, что ли — в два раза снизить? Медведев что сказал? Мне, что было смешно? Он про омлет-то хорошо рассказал. Ребята, вы в разум-то войдите: у вас два миллиона норм, а вы сделаете миллион — это что, реформа, что ли? За это деньги собираетесь получить? Да вы какие-то ключевые показатели нормальные объявите. Что вы издеваетесь над нами?

У вас рост — 1% — 1,5% Весь мир растет на 3,5%. Знакомые нам с вами дружественные вроде, конструктивно настроенные люди… Я говорю: «Ну-ка, покажи мне, великий экономист, что 1,5% роста лучше, чем 3,5%» Прямо доказывают. Обалдели уже совершенно. Ну совсем уже типа здравый смысл людям отказывает. Почему? Да потому, что есть источник халявы. Вот на нее и гуляем. Потому что чего они боятся? Ну, давайте скажем правду. Как только они оставят малый, средний бизнес в покое, он начнет плодиться, размножаться, и вот он потребует демократии.

Единственный шанс сейчас — это предложить нашим слушателям — выключайте, ребята, телевизор, к чертовой матери. Вот я запретил себе смотреть новостные каналы все вместе с нашими ток-шоу, потому что портится настроение. И давеча я зарекся — вообще будут пытаться не включать. Слушайте радио, идите в интернет. Просто выключите к чертовой матери эти башни по Стругацким. Невозможно эта история. Я даже придумал пытку. Вот если собрать их вместе — этих Соловьевых, Киселевых, Пушковых — пусть они друг другу эти страшные сказки рассказывают. Сколько они выдержат?

Нужно радикально сменить целеполагание. Они боятся, что бизнес захочет власти. Но бизнес будет занят ближайшие пять лет... Я вам могу сейчас произвести сейчас гарвардский кейс по Китаю, но давайте договоримся, что даже Лужков понимал, что Китай — другая страна. Это не очень наш случай. Они боятся, что мы захотим. Знаете, почему? Потому что мы в среднем на порядок образованней. И поэтому у нас есть шанс захотеть. Первое, чему я научил своего ребенка — Петя, привет! — это: «Я сам». Но у нас почему-то этот патернализм чертов — ну, никак! Поэтому пока не заговорит холодильник, вряд ли что-то изменится.

Е.Альбац
― Вы говорите, мы образованней, при этом у нас нет ни одного университета даже близко подходящего к уровню Цинхуа.

С.Воробьев
― Был, но вот так вот… караван развернулся. Но рейтинги-то пошли вниз — это значит, что холодильник начал разговаривать потихонечку.

Вы также можете подписаться на мои страницы:
- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy

- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky
- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy
- в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/
- в телеграм: http://telegram.me/podosokorsky
- в одноклассниках: https://ok.ru/podosokorsky

Tags: Альбац, Сергей Воробьев, бизнес
Subscribe

Posts from This Journal “бизнес” Tag

promo philologist june 19, 15:59 3
Buy for 100 tokens
С разрешения издательства "Кучково поле" публикую фрагмент из книги: Берхгольц Ф.В. Дневник камер-юнкера Фридриха Вильгельма Берхгольца. 1721–1726 / вступ. ст. И.В. Курукина; коммент. К.А. Залесского, В.Е. Климанова, И.В. Курукина. — М.: Кучково поле; Ретроспектива, 2018.…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments