Николай Подосокорский (philologist) wrote,
Николай Подосокорский
philologist

Categories:

Как в Институте языкознания РАН борются с активистами профсоюза и неудобными учеными

Ниже размещена заметка известного лингвиста, старшего научного сотрудника Института языкознания РАН, доктора филологических наук Алексея Касьяна, которого пытаются выдавить из родного института. В октябре 2018 года на ученого было заведено дело об экстремизме за посты в ЖЖ о "чеченском общаке". В конце января 2019 года Следственный комитет прекратил уголовное дело за отсутствием состава преступления. Алексей Сергеевич Касьян - один из авторов проекта "Диссеропедия журналов" сообщества "Диссернет". Участник международного проекта «Глобальная лексикостатистическая база данных / The Global Lexicostatistical Database». Член редакционной коллегии журнала «Вопросы языкового родства» (РГГУ / Институт языкознания РАН).


Лингвисты Ольга Попова и Алексей Касьян. Фото: Роман Ронко / Facebook

Алексей Касьян. О текущей ситуации в одном лингвистическом институте РАН

Один мой коллега и соавтор, с которым у меня были дружеские отношения и который сейчас занимает серьезный пост в дирекции одного института РАН, является учеником индоевропеиста Андрея Александровича Королева. Как и я. Собственно в квартире ААК мы с коллегой и познакомились во второй половине конце 90-х и с тех пор не прекращали общение. ААК - человек исключительно порядочный и прекрасный специалист в кельтском и анатолийском языкознании, который, однако, не смог реализовать себя в извращенной советской системе. В основном ААК сидел дома, разбирая автографии хетто-лувийских табличек и транслитерируя их в тетради формата А4 (каковых тетрадей у него скопилось огромное количество). Иногда вылезал в Ленинку отреферировать новые журнальные поступления, а два присутственных дня в неделю проводил в институте.


Андрей Александрович Королёв, 1944-1999 (фото сына)

Под конец жизни ААК почти перестал появляться на людях, он тихо угасал в своей комнате в коммуналке, обложенный стопками непереплетенных ксероксов и исписанных тетрадей. Мы с коллегой часто приезжали к ААК. Конечно, не только за научными консультациями (я тогда писал диплом, коллега -- уже диссер), но и по бытовым причинам: привезти продуктов или лекарства (вентолин от астмы тогда было трудно достать в Москве). Всё это я пишу, чтобы был понятен общий контекст.

В одну из наших последних встреч с ААК, когда уже было понятно, к чему всё идет, ААК наказал нам с коллегой две вещи:

1) Никогда не ссорьтесь друг с другом.

2) Если будете в своей работе использовать мои хеттские материалы и публиковать мои текстологические находки и микро-открытия, то хотя бы иногда упоминайте мое имя в сноске.

С первым пунктом теперь, к сожалению, всё ясно. Я до последнего отказывался верить, но события последних месяцев убедили даже меня: фигурально выражаясь (а может и не совсем фигурально), коллега за должность в дирекции института продал душу дьяволу.

Обо всем, что связано с этим коллегой, рассказывать не время и не место, поэтому ограничусь только тем, что касается лично меня и относится к событиям последних месяцев.

Ну действительно, сложно подверстать под формулировку «не ссорьтесь» ситуацию, когда на меня завели вздорное и теперь уже закрытое дело по 282 ст. (причем при активном участии плагиатчика, который работает в том же институте), а этот коллега не только ничего не сделал в мою защиту (не подписал ни одного письма, ни одной характеристики), но и предпринимал нечто противоположное: ходил по институту и на расспросы сотрудников, что случилось с Алексеем, отвечал в духе «Касьян сам доигрался».

Но, к большому сожалению, это еще не всё, поскольку в конце января, т.е. за несколько дней до закрытия моего дела, дирекция (в лице директора, обсуждаемого коллеги, кадровички и юриста) предприняла несколько попыток выдавить из института меня и мою жену Ольгу Попову. Предлогом, со слов дирекции, послужил звонок в дирекцию из правоохранительных органов, не располагает ли руководство института какой-либо компрометирующей информацией обо мне (стандартная оперативно-розыскная работа).

Сначала нам с Ольгой было предложено сделать три вещи:

1) Перейти на особый контракт, который позволяет работодателю расторгнуть отношения в одностороннем порядке.

2) Выйти из профкома и профсоюза (да-да, это еще и продолжение борьбы дирекции с независимым профсоюзом, жертвой которой ранее стал бывший член профкома и бывший сотрудник института Виталий Нуриев).

3) Прекратить научный семинар по древним языкам, который проходит в институте под руководством А. Касьяна и О. Поповой. И у этого требования, возможно, тоже есть своя подоплека: ранее в институте проходил схожий по тематике семинар, председателем которого был как раз обсуждаемый коллега, но тот семинар давно заглох, а наш семинар как-то сам собой пришел ему на смену.

И это при том, что я по ФАНОшной балльной системе за предыдущий отчетный период был самым результативным ученым института (с существенным отрывом от остальных), а Ольга в прошлом году защитила PhD в Сорбонне (уж не знаю, много ли у нас в Институте сотрудников со степенью престижного зарубежного университета).

Когда мы отказались, то дирекция в вышеупомянутом составе решила нас с Ольгой попробовать уволить за прогулы. Нам был вручен приказ дирекции, который запрещал нам работать вне помещения института и требовал присутствия полную рабочую неделю (5 дней по 8 часов).



Техническое пояснение: традиционно в данном институте, как и в большинстве институтов РАН, назначены два присутственных дня в неделю, когда сотрудники должны появляться очно (хотя и это нестрого), а остальные дни ведется научная работа дома, в библиотеке и пр., поскольку и заплесневевшее помещение института, и его библиотечные фонды плохо приспособлены для полноценной научной деятельности. Чтобы обеспечить правовой порядок такого режима присутствия, в коллективный договор был заложен пункт, по которому сотрудник может получить от начальства бессрочное разрешение работать вне помещения института. Такое разрешение есть у десятков сотрудников (у всех, кто озаботился этим вопросом), но только у меня и у Ольги таковое разрешение было затем аннулировано индивидуальным приказом дирекции.
Вместе с приказом нам с Ольгой было вручено требование написать объяснительную по поводу отсутствия на рабочем месте в январе и, если мы работали в библиотеке, то приложить копию читательского билета(!).



Во время вручения этих документов состоялось несколько бесед с представителями дирекции, где нам с Ольгой было сказано, что «уволим за прогулы через два дня», «и не таких увольняли» и прочее в том же духе.

Пока ситуация подвешенная, мы с Ольгой ждем новых действий со стороны дирекции. С одной стороны, увольнять по беспределу таких ярких сотрудников -- это имиджевые издержки для института, тем более на фоне недавнего непродления контракта с активным членом профкома В.Нуриевым, а с другой стороны, дирекции уж очень хочется ликвидировать независимый институтский профсоюз, да и мой старый личный конфликт с нынешним директором никто не отменял (на чем коллега, которому посвящен текст, и решил, в частности, сыграть).

Впрочем, мы отвлеклись от завещания ААК в сторону технических деталей. Лично я всегда старался быть специалистом такого уровня, чтобы мое увольнение шло в ущерб работодателю, а не мне, и, смею надеяться, мне это удается.

Вернемся ко второму пункту ААК: просьбе упоминать его имя при использовании его данных. Сам ААК не мог похвастаться большим количеством публикаций (особенно по хетто-лувийским языкам), что совершенно не соответствовало его научному уровню и тому объему научной работы, который он за свою жизнь проделал в стол. Поэтому совершенно логичным было его желание, чтобы фамилия Королёв хоть как-то фигурировало в современной хеттологической литературе.

После смерти ААК осталось несколько десятков тетрадей А4 и А5 с рукописной транслитерацией хеттского корпуса. БОльшую часть тетрадей забрал себе коллега, которому посвящен данный текст. Мы с вдовой ААК согласились, потому что коллега уже тогда начинал заниматься корпусными исследованиями хеттского языка, так что ему эти тетради были бы полезнее, чем мне.

Сейчас у коллеги уже свой хеттский корпус в электронном виде, на базе которого коллега опубликовал немало статей и даже книгу. Но в основании его нынешнего корпуса лежит тот самый рукописный корпус Королева более чем двадцатилетней давности.

В течение последних 20 лет своих хеттских штудий коллега не мог не пользоваться текстологическими находками и микро-открытиями ААК (эмендациями, ресторациями, переводом темных мест), которые ААК щедро разбрасывал по маргиналиям своих тетрадей.

Но мне не попадалось ни в одной из статей этого коллеги упоминание фамилии Королёва. Может быть, ААК хотя бы упоминается как учитель в благодарностях в только что вышедшей хеттологической книге этого коллеги? Тоже нет, фамилия Королёв в книге не встречается.

А вот для примера как поступают с наследием ААК люди с традиционными взглядами на авторскую этику. Фрагмент из моей хеттологической статьи совместно с Ильей Якубовичем 2007 г.:



Мелочь, конечно, но как хеттологу мне данное королёвское восстановление лакуны «Пусть придут дожди» в молитве хеттского царя кажется очень проницательным, я думаю, оно правильно, или, по крайней мере, было бы очень красиво, если бы оно оказалось правильным. Поэтому мы с радостью включили его в свою публикацию и, конечно же, указали автора идеи.

Алексей Касьян, 22.02.2019

Upd 22.02.2019. Поскольку дирекция начала распространять информацию, что я поспешил и что они уже несколько дней назад начали переговоры со мной по поводу урегулирования, то я вынужден заявить, что это неправда. Между последним разговором с дирекцией (7.02.2019) и опубликованием моего текста прошло две недели. Мы с Ольгой ждали это время каких-либо примирительных шагов от дирекции. Не было ничего. Ни дирекция, ни какие-либо уполномоченные переговорщики к нам не обращались. Более того, в эти две недели дирекция начала новую спецоперацию по разгону независимого профкома (нагон людей административным рычагом, создание ситуативного большинства, требование срочных перевыборов профкома), так что тренд ясен, ни о каком изменении в политике дирекции речи не идет.

Вы также можете подписаться на мои страницы:
- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy

- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky
- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy
- в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/
- в телеграм: http://telegram.me/podosokorsky
- в одноклассниках: https://ok.ru/podosokorsky

Tags: Алексей Касьян, Ольга Попова, РАН, лингвистика, профсоюзы
Subscribe

Posts from This Journal “РАН” Tag

promo philologist июль 4, 18:41 6
Buy for 100 tokens
Дорогие друзья, я принял участие в конкурсе профессионального мастерства книжной премии «Ревизор–2020» в номинации "Блогер года". Вы можете поддержать меня и мой книжный блог в интернет-голосовании, открытом на сайте журнала "Книжная индустрия" (регистрация там…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment