Николай Подосокорский (philologist) wrote,
Николай Подосокорский
philologist

Categories:

Профессор ЕУСПб Михаил Кром: "Был ли шанс у Великого Новгорода сохранить свою независимость?"

Михаил Маркович Кром (род. 1966) — российский историк, доктор исторических наук. С 1996 года преподаёт в Европейском университете в Санкт-Петербурге, в апреле 2002 года был избран деканом факультета истории. 7 декабря 2010 года в Санкт-Петербургском Институте истории РАН защитил докторскую диссертацию на тему «Политический кризис в России 30-40-х годов XVI в. (борьба за власть и механизм управления страной)». В область научных интересов входят история России и Великого княжества Литовского XIV—XVII веков, источниковедение, методология истории, историческая антропология, микроистория, история повседневности и компаративистика; является автором более 130 научных публикаций. Ниже приведены фрагменты из его книги: Кром М.М. Рождение государства: Московская Русь XV-XVI веков. М.: Новое литературное обозрение, 2018.



Великий Новгород в конце XIV века находился в состоянии конфронтации с великим князем московским, причем порой дело доходило до вооруженного противостояния, как это случилось, например, в 1397-1398 годах, когда одна из северных провинций Новгорода, Двинская земля, попыталась «отложиться» от метрополии и перейти под власть Василия I, но новгородцы силой подавили эту вспышку сепаратизма в своих владениях и вернули непокорную область под свой контроль. Интересно, что именно в те годы появилось и затем получило широкое распространение выражение «Господин Великий Новгород» — тем самым новгородцы гордо заявляли о своей самостоятельности и намерении проводить свою собственную политику, независимо от воли великого князя.

В отличие от Великого Новгорода, Псков, испытывая в первой четверти XV века постоянное военное давление Литвы, искал помощи в Москве. Но лояльность по отношению к великому князю вовсе не мешала проведению самостоятельной внешней политики, а также интенсивному росту местных политических институтов. Оба северных города, и Новгород, и Псков, развивались по республиканскому пути: активную роль в принятии решений там играло вече. Заслуживает также внимания тот факт, что с 1420-х годов Великий Новгород и Псков начали чеканку собственной монеты, а найденные археологами многочисленные печати, которые когда-то были приложены к официальным документам этих респбулик, свидетельствуют об интенсивной работе аппарата управления.

Таким образом, тенденция к «суверенизации» в описываемое время заметна не только в Москве, где уже с конца XIV века вынашивалась мысль об освобождении от ордынской зависимости. Новгород, Псков и Тверь также вели вполне самостоятельную политику в первой половине XV века, а ростки новой государственности, если иметь в виду постепенную бюрократизацию управления, кодификацию права и т.д., были даже заметнее на Северо-Западе, чем собственно в Московской Руси. При определенном раскладе политических сил вполне можно было себе представить формирование нескольких независимых государств. Но ход истории, как мы знаем теперь, оказался иным. Многое в судьбах русских земель, да и всей Восточной Европы в целом, определилось во второй четверти XV века, когда Великое княжество Московское пережило самый тяжелый внутренний кризис за всю свою историю.

______________________________

Московский государь не терпел никаких ограничений своей власти: это пришлось понять вольнолюбивым новгородцам, когда они осенью 1477 года, накануне окончательной потери независимости, вели переговоры с Иваном III. На их попытки выторговать хоть какие-то уступки великий князь гневно ответил (его слова приводит московский летописец): «Вы нынеча сами указываете мне, а чините урок нашему государьству быти, ино то которое государьство мое?» Пришлось новгородцам отказаться от своих требований и смиренно просить объяснить им, каким хочет видеть великий князь свое «государьство» в их городе. Ответ Ивана III гласил: «ино наше государьство великых князей таково: вечю колоколу в отчине нашей в Новегороде не быти, посаднику не быти, а государьство нам свое держати». Итак, полная независимость от иных правителей и абсолютная власть в своей земле — таким был для Ивана III идеал государства.

______________________________

Присоединение Великого Новгорода (1478) стало поворотным моментом в истории Русского государства, территория которого с вхождением в его состав обширных новгородских земель увеличилась как минимум вдвое. Невольно возникает вопрос: а мог ли ход событий быть иным? Был ли шанс у Великого Новгорода сохранить свою независимость? Как известно, история не знает сослагательного наклонения. Но если бросить ретроспективный взгляд на события XV века, можно предположить, что надежды Новгорода на выживание были связаны с внутренними усобицами у его могущественных соседей — московских и литовских великих князей и с их соперничеством за господство в Восточной Европе. Недаром наиболее уверенно Господин Великий Новгород чувствовал себя в 1430-1440-х годах, когда и Литву, и Москву сотрясали внутренние смуты.

В дальнейшем ему оставалось только лавировать между этими державами, причем выжидательная тактика Казимира и активная наступательная политика Ивана III лишали вечевую республику шансов на сохранение своей самостоятельности. Более того, сама попытка новгородцев заключить союз с королем рассматривалась московским государем как «измена» и повод к войне. Мотив «отступничества» новгородцев, принявших на княжение литовского магната Михаила Олельковича и будто бы собиравшихся подчинить свою архиепископскую кафедру не московской, а киевской (униатской) митрополии, стал основным оправданием похода Ивана III на Новгород в 1471 году, завершившегося сокрушительным разгромом войск вечевой республики в битве на Шелони (14 июля). После этого военного поражения окончательное падение вольного Новгорода стало вопросом времени.

Давнее соперничество Новгорода и Пскова, выступившего в упомянутом конфликте на стороне великого князя московского, ослабляло позиции обеих русских северных республик. То, что псковичи не противились воле Ивана III, позволило им сохранить автономию своего города еще примерно на полвека, но в 1510 году, при новом великом князе, Василии III, пришел и их черед. Новгород и Псков разделили судьбу многих городских республик европейского Средневековья, потерявших независимость в начале Нового времени. По не вполне пока ясным причинам даже такие крупные и богатые города, как Флоренция, оказались хуже приспособленными к трансформации в раннемодерные государства, чем монархии того времени. Возможно, дело заключалось в характерной для них внутренней борьбе кланов и «партий», подрывавшей единство города и затруднявшей создание безличных государственных институтов.

Но решающим оказался военный фактор: города, как правило, проигрывали вооруженную борьбу растущим монархиям, которые имели возможность мобилизовать для своих целей несравненно большие материальные и людские ресурсы. В те же самые десятилетия, когда Господин Великий Новгород отчаянно боролся с Москвой за сохранение своей независимости, в Германии под натиском церковных и светских князей потеряли былые права и свободы такие города, как Майнц (1462), Кведлинбург (1477) и Эрфурт (1483). А в Италии, где синьории постепенно вытесняли городские коммуны, после 1530 года осталась, по сути, только одна республика — Венеция. Таким образом, когда Иван III в Новгороде, а позднее Василий III — в Пскове приказывали снять вечевой колокол и вводили порядки, «как на Москве», они действовали в том же духе, что и их современники — немецкие или итальянские князья.

Но в политике московских государей была и своя специфика: из покоренного города выселялась местная элита (бояре и посадники с семьями), купцы и ремесленники, а на их место переводились служилые люди и торговцы из центральных уездов страны. Эта жестокая мера, именовавшаяся «выводом», была впервые в массовом масштабе осуществлена в Новгородской земле в 1480-х годах, а затем, уже в новом столетии, повторена в Пскове (1510), Смоленске (1514) и некоторых других городах. «Выводы», сопровождавшиеся конфискацией земель и переселением сотен людей, были наиболее радикальным способом интеграции новоприсоединенных территорий в состав Русского государства. Московские власти прибегали к нему там, где встречали сопротивление, не находили опоры в местном населении или опасались заговоров. Но были и области, которые в обмен на лояльность пользовались в течение определенного времени значительной автономией. Таков, например, был статус Пскова при Иване III: в городе находился великокняжеский наместник, и внешняя политика уже с 1460-х годов полностью контролировалась центральным правительством, но при этом суд и внутреннее управление вплоть до 1510 года осуществлялись по местным законам и обычаям, известным нам из Псковской судной грамоты.

________________________

По мере роста государственной территории расширялось и дворцовое ведомство: в дополнение к Большому дворцу стали появляться областные. Первым из них возник Новгородский дворец, он располагался в покоренном Великом Новгороде. В 1504 году впервые упоминается тверской дворецкий. В 1530-х годах областных дворцов стало пять. К Новгородскому и Тверскому добавились еще Рязанский (для управления поглощенным в 1521 году одноименным княжеством), Дмитровский (после ликвидации существовавшего там удела) и Угличский. В середине XVI века существовал еще и Нижегородский дворец — ему была подчинена Казанская земля после покорения ханства войсками Ивана IV (1552).

Все областные дворцы, за исключением Новгородского, находились в Москве. Это сделало возможным, например, подчинение рязанскому дворецкому не только Рязани, но и Вологды, а тверскому — не только Твери, но и Ростова, Волоколамска, Клина и ряда других территорий. Но самый обширный круг земель контролировал «большой» дворецкий, т.е. глава Большого дворца. В его юрисдикцию входили Белозерский, Владимирский, Каширский, Коломенский, Московский, Нижегородский, Переславский, Серпуховской, Суздальский, Тульский и Ярославский уезды. Так дворцовое ведомство, по форме и названию сохраняя связь с вотчинным хозяйством, к середине XVI века, по сути, приобрело уже общегосударственные функции, став первой моделью управления разнородными территориями, вошедшими к тому времени в состав Московского царства.

_________________

В Новгороде и Пскове местный патриотизм оставался господствующим умонастроением еще в середине XV столетия, незадолго до поглощения обеих вечевых республик формирующимся Московским государством. В этом плане весьма красноречив рассказ псковского летописца о пребывании в его городе новгородского архиепископа Евфимия в конце декабря 1448 года (Псков входил в новгородскую епархию). На третий день по приезде владыка служил в Троицком соборе поминальную службу. По словам летописца,

и злыя проклинаша, которыя зла хотят дому святей Софии, и дому святей Троицы, и Великому Новуграду и Пскову, а благоверным князем, лежащим в дому святей Софии и в дому святей Троицы, тем пеша вечную память, тако же и иным добрым людем, котории положиша свои главы и кровь свою пролияша за домы Божия и за православное християнство, тем пеша вечъную память, а живущим окрест святого София в Великом Новегороде и окрест святей Троицы в Великом Пъскове, и добра хотящим Новугороду и Пскову, тем пеша многа лета.

и злых проклинали, которые зла хотят дому Святой Софии, и дому Святой Троицы, и Великому Новгороду и Пскову, а благоверным князьям, лежащим в храме Святой Софии и в храме Святой Троицы, тем пели вечную память; так же и иным добрым людям, которые сложили свои головы и кровь свою пролили за дома Божии и за православное христианство, тем пели вечную память, а живущим вокруг Святой Софии в Великом Новгороде и вокруг Святой Троицы в Великом Пскове и добра хотящим Новгороду и Пскову, тем пели многая лета.


Но даже в тех случаях, когда средневековый книжник стремился выйти за рамки местных интересов, в его распоряжении не было иного понятия для выражения общерусского единства, кроме словосочетания «Русская земля», которое обозначало страну, религиозно-культурную общность, но отнюдь не государство. В течение нескольких веков политический идеал оставался тем же, что и в эпоху «Слова о полку Игореве» (конец XII столетия), — прекращение княжеских усобиц и единение князей перед лицом внешней угрозы (будь то набеги половцев, нашествие монголов или нападение иных врагов). Сосредоточение всей власти в одних руках в эту картину мира не входило.

Вы также можете подписаться на мои страницы:
- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy

- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky
- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy
- в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/
- в телеграм: http://telegram.me/podosokorsky
- в одноклассниках: https://ok.ru/podosokorsky

Tags: XV век, XVI век, Василий III, Великий Новгород, Древняя Русь, Иван III, Михаил Кром, Новгородская республика, история
Subscribe

Posts from This Journal “Новгородская республика” Tag

promo philologist november 4, 02:34 1
Buy for 100 tokens
Боккаччо Дж. Декамерон: В 4 т. (7 кн.) (формат 70×90/16, объем 520 + 440 + 584 + 608 + 720 + 552 + 520 стр., ил.). Желающие приобрести это издание могут обратиться непосредственно в издательство. Контакты издательства: ladomirbook@gmail.com; тел.: +7 499 7179833. «Декамерон»…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments