Николай Подосокорский (philologist) wrote,
Николай Подосокорский
philologist

Categories:

Сакьонг Мипам: "Наше чувство по отношению к человечеству напрямую связано с образованием"

С разрешения издательства публикую фрагмент из книги: Мипам С. Принцип Шамбалы. Обнаружение скрытого сокровища человечества / Сакьонг Мипам. [пер. с англ.: И. Воробьёва и Э. Резникова] — М.: Ганга, 2020. — 228 с. (Самадхи).

Купить: https://www.labirint.ru/books/737881/



Образование

Как-то днём в середине семидесятых я спросил отца, куда он направляется. «Основывать школу, — ответил он. — Хочешь со мной?» Он обращался к аудитории молодых хиппи, интеллектуалов и духовных искателей в Боулдере, Колорадо, жаждущих изменить мир. Время тогда было праздничное и буйное. Они и не подозревали, что мой отец собирался создать культуру настоящего момента. К их удивлению, он говорил о том, как важно не покидать общепринятого способа жизни. Он просил их не убегать от общества, а включаться в него. Он даже просил их сменить их «варёные» рубашки, футболки и джинсы на деловые костюмы. Этим обращением мой отец положил начало школе, которая основывалась на шамбалинском принципе изначального добра. Результат его усилий сегодня — это университет Наропы, первое официально аккредитованное буддийское высшее учебное заведение в Северной Америке.

В то лето, когда он основал университет Наропы, цитировали его слова: «Когда Восток встречается с Западом, летят искры». Кому-то казалось, что искры, о которых он говорил, означали неминуемое культурное столкновение, но я чувствовал, что искры — это восточные и западные выражения одного и того же, что мой отец пытался объединить. Кстати, латинский корень слова «университет» означает «всё, сведённое в одно». В университете Наропы мой отец пытался создать систему образования, поддерживающую естественную человеческую любознательность и желание понять самих себя и мир. Это был подход к обучению, который основывался на внутренней мудрости. В Шамбале мы учим методам установления контакта с изначальным добром, но к нему ведут множество путей. Тем не менее, когда отец приехал на Запад, он обнаружил, что религии и духовности здесь недостаточно. Даже философия преподавалась как исключительно теоретическая наука, а понятие мудрости низведено до интуиции или вероятности. Однако от простого получения знания мы остаёмся с чувством незавершённости.

Основание этой школы было не попыткой моего отца добавить ещё несколько курсов духовного развития, а представить новые строительные блоки для современного ума. Он знал, что для обращения к миру и его проблемам начинать надо с самых корней, так как наше чувство по отношению к человечеству напрямую связано с образованием. Подъём университетов в XIII веке на Западе связывается как с формированием больших городов, так и с обнаружением текстов Аристотеля на арабском, которые затем перевели на европейские языки. Средневековая Европа заново открыла свои корни в Древней Греции, и это дало рождение Ренессансу. Университеты стали новым домом мудрости и знаний, постепенно вытесняя монастырские учреждения. Поэтому корни сегодняшних университетов — в идее образования для формирования совершенного человека, обучения его и знанию, и мудрости.

В Тибете, черпавшем вдохновение в традиции Древней Индии, институтами высшего образования были монастыри. Как и Древняя Греция, Индия была местом богатой культурной любознательности. Философия и метафизика были не просто теоретическими науками, это были принципы хорошей жизни человека. Интересно, кстати, что, когда Александр Великий завоевал часть Азии, Древняя Греция и Индия встретились друг с другом. Это привело к тому, что греки начали изучать индуизм и позже даже буддизм. Эти греки известны как бактрийские буддисты. Так что за века эти искры летали уже не раз. Была ли в этом задействована Древняя Греция, Индия, Тибет или Китай, каждый такой случай побуждал исследования возможностей универсального добра. Это обсуждение стало основой для цивилизаций и, как следствие, систем образования. Петрарка сказал: «Важнее желать добра, нежели знать истину». Мой отец говорил, что, в сущности, добро и истина суть одно и то же. Летящие искры — это искры добра.

Постоянный поиск смысла и истины, происходивший как на Западе, так и на Востоке, вдохновлял моего отца. Основав университет Наропы, он пытался представить миру систему образования, которая зиждется на достоинстве бытия. Он на собственном опыте знал, что система образования, в основе которой лежит акцент на человеческом достоинстве, прививает студентам естественное уважение к самим себе. Если так передаются знания, то познание мудрости начинает цениться, а это ведёт к признанию достоинства других людей. Если мы сомневаемся в собственном достоинстве, то какое бы образование мы ни получили, мы всегда будем чувствовать себя неполноценными. Образование моего отца было всесторонним и строгим. Оно основывалось не только на знании, но и на мудрости — «воспитании полноценного человека», как он часто говорил. Спустя многие годы он продолжал выражать благодарность своим наставникам и учителям, которые с самых ранних лет учили его о Великом Совершенстве, которое мы, люди, отражаем. Что если бы наши дети с раннего возраста получали образование с таким воззрением?

Прибыв на Запад, отец увидел, что образование во многом основывается на предпосылке, что есть некий врождённый изъян, который необходимо исправить. Отрицание того, что люди обладают мудростью, высасывает из жизни все соки. Мы чувствуем себя загнанными, лишёнными любознательности и способности удивляться. Аналогично, пока мы не признаем собственное достоинство, вся свобода мира не принесёт нам удовлетворения. Обретение внешнего знания становится постоянным напоминанием о незнании внутренней истины. Добро основано на признательности — признательности за то, что у нас есть. К тому же образование — это процесс развития наших внутренних качеств, которые мы можем ценить. Образование моего отца включало обретение знания, но также и обретение мудрости. Знание — это то, чему мы можем обучиться как профессиональным навыкам в литературе, науке или искусстве. А вот мудрость — это нечто исключительно человеческое, и в действительности ей невозможно научить. Здесь скорее задействуется наша способность воспринять намёк и спонтанно ухватить всё послание. Аристотель называл это «божественной разумностью». Это восторг в самой глубине нашего естества.

Нам всем нужно и знание, и мудрость. Нам необходимо добывать для себя пропитание и одежду, чтобы выжить, но в то же время в нашем естестве есть что-то такое, что стремится к некоему более глубокому, непостижимому внутреннему принципу, который поможет нам понять, кто мы такие и зачем живём. Это совершенно ясно проявляется в вопросах, которые нам задают маленькие дети. Почему у нас две руки, две ноги, два глаза и два уха? Почему небо голубое? Сочетание знания и мудрости даёт людям способность оставаться на земле и в то же время касаться неба. Когда я наблюдаю за тем, как растёт моя дочь, мне становится совершенно ясно, что мы все начинаем с врождённым любопытством, чувствительностью и удивлением по отношению к нашему странному и волшебному миру. Дети естественным образом склонны к обучению. Для большинства детей оно неразрывно связано с игривостью и радостью. Согласно принципу Шамбалы, образование питает это естественное желание учиться. К сожалению, слишком часто наша система образования придерживается взгляда, что мы изначально запутанны и безразличны. В результате система обучения, оценок и экзаменов может раздавить детское любопытство и закрыть врата к мудрости.

Занимаясь моим образованием, отец поощрял меня гордиться тем, что я человек. Его опыт показал ему, что, когда образование базируется на воззрении изначально присущего добра, тяга ученика к знаниям и мудрости усиливается. Дисциплина и структура только усиливают этот аппетит, а очередной вызов — ещё одна возможность проявить свои сильные стороны. В современной образовательной системе, ориентированной на тренировку в нашем призвании, мы прекращаем учиться, как только получаем достаточно знаний. И хотя смысл образования в том, чтобы возвысить себя и помочь реализовать свой потенциал, оно породило состояние ума, являющееся смесью тревожности и самодовольства. Знание порождает тревогу. Чем больше мы получаем знания и информации, тем больше у нас возникает забот. Наш ум заполнен бесконечными сценариями того, как всё может пойти не так, и поэтому времени на размышления о собственных сильных сторонах у нас практически не остаётся. Голос нашей мудрости становится шёпотом, низведённым до уровня теоретических, духовных или религиозных вопросов. Поэтому современная образовательная система сейчас находится на перепутье.

Как давать людям образование таким образом, чтобы они не теряли контакт с собственной чувствительностью и любознательностью? Если процесс образования не помогает пробуждать человеческое добро, часть нашего духа отмирает. Когда дети растут в атмосфере, которая не поощряет изначальное добро и самоценность, их чувство самоидентичности омрачается и становится хрупким. Этот дисбаланс ведёт к несчастью и агрессии, например, к запугиванию и травле, что естественным образом влияет на общество. Наш век характеризуется тем, что традиционные религии переживают упадок, а наука поднимается и обретает черты новой религии. Соборами этой новой веры становятся образовательные учреждения, а современный мир, в сущности, лишь слуга науки. Мы подвергаем сомнению всё, что не было доказано научно. Даже духовность должна быть научно подтверждена.

Нельзя отрицать, что наука сыграла важнейшую роль в успехе и процветании человечества. В сущности, принцип Шамбалы отстаивает постоянное исследование разумности. Однако если наука вымывает наше доверие к собственной мудрости, такое знание не идёт нам на пользу. Как различить, где мы расширяемся благодаря знанию, а где им себя ограничиваем? В Древней Греции, Индии и Тибете философия и духовность были нераздельно сплавлены с рассуждениями и логикой. Эмпирический анализ был частью духа, а в науке было заложено глубокое уважение к человечеству. Оба эти аспекта существовали бок о бок с верой. Ни Платон, ни Аристотель никогда не видели подлинного противопоставления в науке и духе. Как и Сократ, Наропа — индийский учёный Х века, именем которого мой отец назвал свою школу, — обладал блестящим умом. Он всегда интегрировал образование и жизнь.

В Тибете в любом виде полного образования ключевыми были естественные науки, и собирание знаний о теле посредством изучения медицины очень ценилось. В то же время древние признавали существование как человеческого ума, так и человеческого духа. Они видели необходимость в том, чтобы обучать обоим этим аспектам одновременно. Но в нынешние времена мы умудрились создать искусственные и неуместные разногласия. Нам кажется, будто духовность противоположна логике и доводам рассудка, а значит, противоположна науке и технологии. Совершенно ясно, что наука жизненно важна для выживания. Но управление умом и духом не менее важно. Если мы живём в мире, где духа становится всё меньше, наша система образования служит лишь одному аспекту человечества. Человеческая мудрость, сердце и дух считаются чем-то отдельным и несущественным. Наши внутренние потребности вне контекста религии или духовности игнорируются. Мы переживаем это как чувство неполноценности.

Точно так же с упадком семьи общества постепенно отказываются от культурной этики и благопристойности. И мы таким образом создали парадоксальную ситуацию. Наука и технология призваны улучшить нашу жизнь, но их энергии грозят задавить то, что приносит в жизнь настоящее удовольствие — учение о человеческом духе. Когда удовлетворены наши базовые потребности, для наслаждения жизнью необходимо удовлетворить духовные и эмоциональные потребности. Если в образовании наших детей нет места выражению этих принципов, где же они научатся с ними взаимодействовать? Если наука и технология говорят нам, что доказать человеческую мудрость, сердце и дух нельзя, к своим прозрениям и переживаниям мы начинаем относиться с подозрением. У нас нет ни слов, ни социальных условий для выражения своих чувств и мыслей. А по сути, мы, современные люди, вынуждены нанимать других людей, которые будут уделять нам внимание и слушать рассказы о нашей внутренней жизни.

Как же создать такую систему образования, которая действительно уважает тело и ум, факт и чувство, осязаемое и неуловимое? Взаимодействие между знанием и мудростью будет полезно и точным, и гуманитарным наукам. Однобокость навредит и тем, и другим. Но если взаимодействие будет сильным, они преуспеют. Чтобы выжить, человечеству необходима вера, даже если она основывается на науке. В это непростое время наука явила нам невероятный объём знаний, который можно исследовать, — понимание всего от рубежей открытого космоса до глубин океанов, от человеческого тела до окружающей природы. Можем ли мы при таком взрыве знания одновременно выпустить мудрость во Вселенную и далее? Это возможно, если мы покажем своим детям мудрость, возникающую при поощрении человеческого достоинства.

Как же создать просветлённое общество, если нам необходимы доказательства человеческого добра? В этом случае наш процесс образования будет вовлечён в неравную битву. Создавая видимость обретения знания, мы теряем мудрость. Научные открытия часто возникают благодаря интуиции или гипотезе, способности нырнуть в неизвестное и войти в контакт со знанием, позволяющим уму ещё больше расширить свои границы. Сможем ли мы соединить интеллект с мудростью, чтобы изменить вектор своего будущего? Включение самоанализа в ежедневную церемонию — идеальный способ для их встречи. Когда мы с отцом тем летним вечером возвращались домой, он посмотрел на меня и сказал: «Тебе многому предстоит научиться». Я улыбнулся и сказал: «Я знаю».

Вы также можете подписаться на мои страницы:
- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy

- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky
- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy
- в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/
- в телеграм: http://telegram.me/podosokorsky
- в одноклассниках: https://ok.ru/podosokorsky

Tags: Наропа, Шамбала, буддизм, вузы, знание, мудрость, наука, образование
Subscribe

Posts from This Journal “образование” Tag

Buy for 110 tokens
Несколько лет назад попала я на конференцию по арт-терапии. Последнюю в своей жизни. Проходила она под эгидой Союза Художников, посему открывал конференцию Церетели. При первом же взгляде на него я почувствовала, что оказалась участницей какого-то фарса. Великий скульптор был столь откровенно…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments