Николай Подосокорский (philologist) wrote,
Николай Подосокорский
philologist

Category:

Юрий Левин: "Мандельштам был как бы символом свободной души в тоталитарном государстве"

Юрий Иосифович Левин (1935-2010) — советский и российский математик, логик, семиотик, философ, лингвист, литературовед, кандидат физико-математических наук; яркий представитель Московско-тартуской семиотической школы. Автор работ по математической лингвистике, семантике, поэтике, паремиологии, анализу фольклора, логическому аспекту философии. Исследования об О. Мандельштаме, Б. Пастернаке, В. Набокове, А. С. Пушкине, А. Платонове, Х.Л. Борхесе, А. Мердок, В. Ходасевиче, Г. Иванове, Ф.И. Тютчеве, Ф.М. Достоевском, Вл. Соловьёве, Л. Шестове, Вен. Ерофееве.

Юрий Левин. Почему я не буду делать доклад о Мандельштаме. Выступление на конференции, посвященной 100-летию О. Мандельштама. Лондон, 1991 год // Дискурсы свободы в российской интеллектуальной истории. Антология. / Под ред. Н.С. Плотникова и С.В. Киршбаум. - Москва: Новое литературное обозрение, 2020. - 488 с.




Почему я не буду делать доклад о Мандельштаме

Я много – больше, нежели чем-либо другим – занимался поэзией Мандельштама. Пятнадцать лет (1964–78) я буквально жил с ним. Трудно передать тому, кто этого не пережил – по возрастным, или географическим, или иным причинам – чем был для меня Мандельштам в той совершенно ненормальной, но духовно и интеллектуально насыщенной атмосфере 60‐х. При всей нашей любви к Пастернаку или Бердяеву, Солженицыну или Вл. Соловьеву, или Набокову – в отношении к Мандельштаму было что-то особенное. Отчасти я пытался выразить это в статье о позднем Мандельштаме в иерусалимской Славике, за что – за излишний на западный слух пафос, что ли – меня журил К.Ф. Тарановский.

Ощущалась близость судеб и жизни – нашей и Мандельштама (в отличие от классиков и даже Пастернака) – со всеми должными оговорками. Его конец был как бы нашим (потенциальным) концом. Мандельштам был как бы символом, парадигмой существования свободной души в тоталитарном государстве. Он был нашим товарищем по несчастью (и по счастью тоже). Мандельштам – поэт для людей в экстремальной ситуации прежде всего. Нам были очень близки слова Мандельштама о поэзии как ворованном воздухе – совершенно буквально таким воздухом и были для нас стихи Мандельштама, и о двух родах литературы: разрешенной, которая – мразь, – и написанной без разрешения. И речь идет не о том, что запретный плод сладок: просто жизнь была такова, что действительно почти все разрешенное было мразью, а жить и дышать можно было только в запрещенной (или полузапрещенной) сфере.

И потому думалось и писалось о Мандельштаме легко и естественно – как дышалось. И, конечно, не в том дело, что хотелось показать властям фигу в кармане, публикуясь в Амстердаме или Иерусалиме, – это был естественный способ самовыражения. И так же было естественно, что когда КГБ на совершенно постороннем обыске нашел оттиски моих статей, то последовал вызов и долгая малоприятная беседа с угрозами и т. д., на которой мне, в частности, пришлось доказывать, что приводимые мной слова Мандельштама из письма Тынянову («…кое-что изменив в ее строении и составе») не имели в виду насильственного изменения существующего строя – ни со стороны Мандельштама, ни с моей. И по крайней мере две мои мандельштамовские статьи (и одна пастернаковская) были сочтены антисоветскими, а их оттиски изъяты.

И было вдохновенное домашнее (или кухонное) мандельштамоведение, лишь изредка заявлявшее о себе и полупублично (прекрасная импровизация Бродского о «Сохрани мою речь» в первый день нашей конференции – его идеальный образец). Я готов добавить: вот это была жизнь!

Разгул гласности и разрешенности, начавшийся в 1986 году, полностью изменил эту атмосферу. Мы мучаемся очередями и безденежьем – и вот, ездим в Англию: ситуация совершенно шизофреническая. Мы живем в совершенно ином, чем прежде, мире. Проблемы поэтики – и противостояния одинокого человека государственному насилию – померкли перед проблемами рынка, демократии, права, массового насилия, национализма и т. д. В этом новом мире почти нет места для стихов. «И цвет, и вкус пространство потеряло». И жить Мандельштамом и с Мандельштамом, как это было прежде, стало невозможно. Мы как бы стали его недостойны, тем более что и относительная свобода наша – дарованная, а не завоеванная (я говорю, конечно, не о таких, как Иосиф Бродский. И вообще – говорю от лица своего и тех, кто эту точку зрения разделяет).

За годы занятий поэтикой я хорошо набил руку. А объявленная тема алогического и алеаторического мне близка и интересна и сама по себе. Но я понял, что написать и сделать такой доклад я не смогу: это было бы слабое повторение делавшегося лет 20 назад. А даже если и смог бы, то это было бы насилием над собой и материалом, т. е. чем-то унизительным, особенно поскольку речь идет о таком свободном человеке и поэте, каким был Мандельштам – работать над которым можно только естественно, непринужденно, с сознанием своей внутренней правоты и чувством сопричастности. А оно – утрачено. Жизнь в России, будем надеяться, войдет когда-нибудь в свою нормальную колею. А мандельштамоведение и уже получило нормальный гражданский статус, подобно пушкиноведению. И слава Богу, это замечательно. Но я говорил о том, что при этом утрачено. И я очень рад за тех, кто может заниматься Мандельштамом – на Западе и в России – как ни в чем не бывало.

Вы также можете подписаться на мои страницы:
- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy

- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky
- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy
- в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/
- в телеграм: http://telegram.me/podosokorsky
- в одноклассниках: https://ok.ru/podosokorsky

Tags: Осип Мандельштам, Юрий Левин, свобода
Subscribe

Posts from This Journal “Осип Мандельштам” Tag

promo philologist ноябрь 15, 07:57 5
Buy for 100 tokens
С разрешения издательства публикую фрагмент из книги: Ирина Зорина. Распеленать память. СПб.: Изд-во Ивана Лимбаха, 2020. — 560 с., ил. ISBN 978-5-89059-395-5 Купить книгу: https://limbakh.ru/index.php?id=8062 Аннотация: Книга Ирины Николаевны Зориной — из разряда подлинных…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment