Николай Подосокорский (philologist) wrote,
Николай Подосокорский
philologist

Categories:

Умер диссидент Лев Краснопевцев

19 октября на 92-м году жизни умер советский историк, диссидент Лев Николаевич Краснопевцев. Он родился 17 апреля 1930 года. В 1952 году окончил исторический факультет МГУ. Преподавал историю в школе. Будучи аспирантом, секретарём комитета ВЛКСМ исторического факультета МГУ и членом КПСС, основал и возглавил подпольный марксистский кружок (в 1956—1957 годах). Автор работы «Основные моменты развития русского революционного движения» (1955—1956) и антихрущёвской листовки (1957). В 1957 году Краснопевцев и его товарищи размножили фотографию рукописной антихрущевской листовки и раскидали триста экземпляров по жилым домам. Через месяц, 14 августа 1957 года, по «университетскому делу» были арестованы все девять членов кружка, включая Льва Краснопевцева, Леонида Ренделя, Николая Покровского, Вадима Козового, Марата Чешкова, М. Гольдмана, В. Меньшикова, Н. Обушенкова, М. Семёненко. Приговорены Мосгорсудом 12 февраля 1958 года к длительным срокам заключения. Политзаключённый в 1957—1967 годах. В последние годы - главный хранитель Музея предпринимателей, меценатов и благотворителей в Москве, открытого в 1992 году. Автор книги "Записки хранителя" (2008).



В интервью журналу "Огонек" в 2012 году Лев Краснопевцев так вспоминал о "деле Московского университета": "Тогда все ждали существенных реформ. Было очевидно, что в руководстве страны есть ядро людей, которые понимают, что дальнейшее существование этого загнивающего экономически и политически режима невозможно. И хотя ХХ съезд с его разоблачением культа личности Сталина не был для нашей группы откровением, мы как историки зашли гораздо дальше его выводов, он породил у нас надежды. Но их перечеркнуло в 1956-м подавление венгерского восстания. Тогда стало ясно, что танки — все-таки основа существующего режима. Но народ у нас был серьезный, все окончили истфак МГУ, кроме двух ребят-инженеров. Двое были уже кандидатами наук, несколько человек, и я в том числе,— аспирантами. Конечно, мы были разными людьми, с разной степенью решительности и полнотой отрицания марксизма-ленинизма и советского строя, но власть идеи была для нас выше практических соображений. Об опасности мы не думали.

Изучая историю, мы пришли к выводу, что Октябрьская революция стала трагической ошибкой, прервавшей естественный ход развития страны. Такие же мысли были рассыпаны в головах тысяч людей. Университет, который я сам окончил в 1952 году, в 1955-м, когда я пришел туда в аспирантуру, бурлил. Студенты все время что-то обсуждали, не ходили на лекции, требовали реформ. Все это тоже было частью того нового потока идей, который захватил нас и уже не давал вырваться. Мы просто хотели разобраться в том, что происходит с нашей страной. Мы были принципиальными противниками всякого насилия. И в листовке, которую мы выпустили в июне 1957-го, не было даже намека на призыв к насильственным действиям. Одно из наших требований — собрать съезд "руководящей и направляющей" партии. Который дал бы наконец слово и тем, и другим, и третьим. И выяснил настроения народа.

Мы всего лишь считали необходимой общественную дискуссию о будущем страны, выступали за цивилизованные формы и нормы жизни. Чтобы у людей была возможность открыто, а не на кухнях говорить о том, что происходит в промышленности, сельском хозяйстве, культуре. Гласно обсуждать вопиющие провалы, лечить язвы. Мы сами уже отошли от марксизма, но считали, что страна, народ сделать это еще не в состоянии. Так что пусть КПСС остается, но положение в стране должна обсуждать вся партия, а не какая-то узкая группа лиц, назвавшая себя пленумом ЦК.



Судьба страны, как и во времена Сталина, решалась в закулисной схватке ключевых фигур с привлечением силовых структур, без участия народа. Почему все делалось конспиративно, в тайне? Мы считали это совершенно недопустимым и приняли решение обратиться к общественности с политическим заявлением. Как мы узнали позже из следственных материалов, 50 из 300 листовок, которые мы распространили в июне 1957 года в обычных жилых домах на Пресне и в Сокольниках, оказались в КГБ. Но большинство этих криминальных по тем временам листочков люди забрали и никуда с ними не пошли.

Диссидентство — это, увы, не только протест против авторитаризма, это внутренняя болезнь России. Но, я надеюсь, преодолимая. Те, кто не давал уничтожать Химкинский лес, те, кто ездил с белыми ленточками по Садовому, заставят всех "несогласных" объединиться. А власти — перестать искать среди думающих и активных граждан новых диссидентов. В России никогда не умели достойно спорить и выслушивать оппонентов. Нам нужно научиться договариваться".

Подписывайтесь на мой телеграм-канал: https://t.me/podosokorsky

Tags: Лев Краснопевцев, диссиденты, некролог
Subscribe

Posts from This Journal “Лев Краснопевцев” Tag

promo philologist september 12, 02:21 2
Buy for 100 tokens
Исполнилось 100 лет со дня рождения Станислава Лема (1921-2006), польского писателя-фантаста, философа, футуролога. Приведу фрагмент из его интервью, данного по случаю 150-летия со дня рождения Ф.М. Достоевского изданию "Przyjaźń" в 1971 году: "Достоевский принадлежит, на мой взгляд,…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments