Николай Подосокорский (philologist) wrote,
Николай Подосокорский
philologist

Михаил Ходорковский: "Нужно сохранить единство российского народа"

Из интервью Der Speigel, 22.09.2014



— Вы возобновляете работу вашего прежнего фонда с программным названием «Открытая Россия». Что это? Целенаправленная провокация в адрес Владимира Путина?

— О том, что я после выхода на свободу не буду вечно бездействовать, было Путину известно. Сейчас у меня на Родине – не демократия, а авторитарная система. Я хочу это исправить, даже если пространство для политической работы в России все время сужается. Россия должна вернуться на тот путь, по которому она двигалась последнюю тысячу лет – это европейский путь. Россия – часть европейской или европейско-атлантической цивилизации, даже в далеком Владивостоке.

— И теперь вы намерены в полной мере включиться в российскую политику?

— Сегодня в путинской России нет открытой и честной конкуренции, при которой это было бы возможно.

— То есть вы не допускаете мысли, что когда-нибудь еще можете стать премьер-министром или президентом России?

— Я даже не собираюсь основывать свою партию. Я не хочу участвовать в тех псевдо-выборах, которые у нас временами проходят, таких, как недавние муниципальные выборы в Москве. Я хочу участвовать в общественной жизни. А если кто-то считает это политической деятельностью – на здоровье.

— Но если такое впечатление возникнет у Путина, вам это грозит новым, третьим процессом?

— Это возможно, но это меня не беспокоит. И я не считаю Путина врагом.

— В одном интервью московскому оппозиционному изданию The New Times вы сказали, что готовы ради России в любой момент взять в руки оружие, чтобы, например, не допустить отделения Кавказа.

— Европа и мир должны понимать: если в России начнется распад, то он будет проходить не так мирно, как это было после окончания «холодной войны» с Чехией и Словакией. Мой народ достаточно пострадал после распада Советского Союза. Но что будет, если процесс распада повторится в течение жизни одного поколения и затронет еще 20-30 миллионов русских?

— Чего вы опасаетесь? Гражданской войны?

— Совершенно верно. Любой пример успешного сепаратистского движения внутри России есть еще один шаг к этой пропасти. В свое время диссидент и лауреат Нобелевской премии в области литературы Александр Солженицын описал стоящую перед нами задачу: нужно сохранить единство российского народа. И с этой точки зрения украинская политика Путина опять-таки безответственна.

— Некоторые считают, что за вашими высказываниями по вопросу о территориальной целостности России стоит всего лишь желание занять какой-то политической пост.

— Мои убеждения в этом вопросе никогда не менялись. И тот, кто считает это тактикой, должен знать: с этой тактикой я и умру.

— Эти ваши слова звучат патетично, почти как у Путина.

— Тогда давайте наконец поговорим об основных различиях между мной и Путиным. Система путинской власти основывается исключительно на его собственной воле. Он не считается ни с кем. Путин вынуждает своих сотрудников и советников к безусловной лояльности, собирая на каждого компромат. В его окружении остались одни соглашатели. В 2003 году, перед моим задержанием, я еще считал, что коррупция –проблема отдельных чиновников. Лишь позднее я понял, что для Путина она является решающим инструментом управления. Эту систему надо сломать. Путин пришел к власти, не имея соответствующего опыта управления, поэтому он пользовался такими методами.

— До своего назначения Борисом Ельциным на пост премьер-министра в 1999 году он долгие годы был заместителем мэра Санкт-Петербурга, а потом несколько месяцев возглавлял ФСБ.

— Но Путин не понимает, что ему необходима честная обратная связь с народом. До сих пор ему очень везло. Высокие цены на нефть помогали маскировать его многочисленные ошибки. Я по собственному опыту знаю, что управлять с самого верху можно, допустим, таким концерном, как ЮКОС, хотя и это нежелательно. Но для такой страны, как Россия совершенно недостаточно только спускать решения сверху вниз. Нужно подключать людей к процессу принятия решений.

— Путин и большинство его советников считают иначе - дескать, увеличение свободы и усиление регионов вместо жесткого руководства могут привести к распаду страны. Они заблуждаются?

— Модель Путина может работать в маленькой стране типа Сингапура, но для России она непригодна. Авторитарные режимы фундаментально нестабильны. Даже в условиях демократии политик, слишком долго остающийся у власти, набивает людям оскомину.

— Какой вам видится идеальная Россия?

— Вероятно, в обозримом будущем России нужен сильный, избираемый народом президент. Но он не может быть единственной фигурой на политическом поле. Нужно, чтобы многие решения могли приниматься на муниципальном уровне. Я выступаю за европейскую модель разделения властей. Ну не стоит табуретка на одной ножке, опор должно быть три, а лучше – четыре. Правительство, парламент и суды – вот три классические ветви власти. Четвертой я считаю гражданское общество со свободной прессой. Неправильно, когда мэрами даже маленьких городков «дирижируют» из Москвы. Такой мэр будет слушать не граждан, а тех, кто его назначил и кто может его снять.

— Вы верите, что Россией действительно можно управлять, как Германией?

— Любой, кто придет на смену Путину, какой бы острый кризис и какое жестокое противостояние этому ни предшествовали, должен будет согласиться с сильной оппозицией. Поэтому России нужен сильный парламент, независимые суды и свободные выборы.

— Насколько велика опасность, что в результате свободных выборов к власти придет отнюдь не политик, исповедующий европейские ценности?

— Это возможно – но только на очень короткое время. Путин сам исчерпает возможности авторитарного пути, у которого печальный конец. Тогда эта модель перестанет выполнять свои функции и с экономической точки зрения, и в глазах населения.

— То есть, в конечном итоге остается только один выход – антипутинская революция?

— К сожалению, смена власти демократическим путем маловероятна. Вопрос лишь в том, будет ли она сопряжена с малой или большой кровью. Чем дольше Путин остается у власти, тем более вероятным становится вариант с большой кровью.

— Вы боитесь нового народного восстания?

— Да. Я вижу свою задачу в том, чтобы смена власти произошла быстрее и мягче, с меньшими потерями для людей. Курс Путина за последние полгода не делает эту задачу легче. Украина – это его большая ошибка. Путин считает Украину частью русского мира и хочет во что бы то ни было предотвратить ее «уход» на Запад.

— Почему Путин в России столь популярен, если он допускает столько ошибок?

— Российское общество находится в истерическом состоянии. Но для поддержания восхищения Путиным требуются все большие дозы наркотика под названием «национал-шовинизм». История показывает, что такие вещи плохо заканчиваются. Путин поддерживает настроение, которое в любой момент может его же и снести. В этом природа любой массовой истерии.

— Вы сильно тоскуете по родине?

— Я не ощущаю себя эмигрантом. Ведь я живу жизнью своей страны, даже если не нахожусь в России. Я живу Россией и ее интересами, и, если придется, я умру за Россию и ее интересы.

Источник: http://khodorkovsky.ru/mbh/press/spiegel/


Tags: Путин, Россия, Ходорковский, революция
Subscribe
promo philologist 18:46, wednesday 1
Buy for 100 tokens
Мой муж, Виталий Шкляров, гражданин США и Беларуси уже почти 7 недель находится в белорусской тюрьме как политзаключенный. Его обвиняют в том, что 29 мая он якобы организовал в городе Гродно несанкционированный митинг в поддержку арестованного лидера белорусской оппозиции Сергея Тихановского.…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments