Николай Подосокорский (philologist) wrote,
Николай Подосокорский
philologist

Шаман Эргис

Из книги: Якутские мифы = Саха ес-номохторо / Сост. Н.А. Алексеев. - Новосибирск: Наука, 2004.

I
Наш предок по имени Эргис был белым шаманом (досл.: шаманом айыы). Он совершал камлания только на ысыахе и духу- хозяйке земли. У него шаманской одежды не было, имел только круглый бубен. Он к больным шаманить не ходил, чтобы не прикасаться к нечистому. Летом на ысыахе, когда он, находясь в помещении, произносил заклинание с упоминанием девяти светлых духов айыы, с молением Дьесегей тойону и совершал возлияние кумыса на огонь, то Дьесегей, говорят, появлялся воочию, зримо. На середину неба всплывало светлое белое облако величиною со шкуру белого медведя, снятую вместе с головой и лапами, и останавливалось поперек прямо над урасой Эргиса. С середины облака показывался до груди бело-молочный жеребец и звонко ржал, а потом исчезал, говорят. Там выпадал, говорят, снег толщиной в два пальца. Тогда год бывал урожайным, говорят.
Шаман Эргис для верховой езды имел двух чисто белых коней. Тогдашние люди все боялись его. Никто не смел пройти перед ним.



Говорят, старик Эргис имел девять сыновей. Старшего сына звали Саабырыкы, следующего Нерюнгнян, за ним был Тюекэй (Обманщик), затем Кюэрэгэй (Жаворонок). Самого младшего звали Ангыр Беппелех (Слабая Выпь). Зимнее местожительство Эргиса находилось в Ой, а летнее — в Хараанайе, покосы же он имел на острове Ынах Арыыта (букв.: на Коровьем острове). Однажды шаман Эргис во время косьбы сена на острове Ынах Арыыта неводил на озере Титтях. Он там наловил девять коробов рыбы. Говорят, увидев это, шаман произнес: «О, значит, ныне год моей смерти. Бабушка дала мне предсмертную мою еду». И правда, и в старину и теперь на озере Титтях обычно много рыбы не попадает в невод.

После окончания этих работ [на покосе] старик Эргис, живя в своем балагане в Хараанайе, сказал: «Ныне осенью я умру, поэтому устрою будущую жизнь моих детей», — и стал камлать вышним духам. Он камлал три дня и три ночи подряд до того, что борода и волосы его покрылись инеем. Прокамлав таким образом, сверху спустился с тремя пучками белых конских хвостовых волос. Это он отдал своему пятилетнему сыну, говоря: «Это предназначено моему младшему дитяте Ангыр Беппелеху». Старшие сыновья позавидовали ему: «Это значит, что отец нас ни во что не ставит. Он первым позаботился о наследстве для своего маленького и глупого сына» — и, уговорив маленькое дитя, выманили пучки волос и по одному разделили между собой. Отец их, узнав про это, сильно рассердился и проклял своих сыновей. «Не допущу, чтобы выстроили изгороди с правой стороны (своего жилища)». И правда, поэтому эргисцы до самого позднего времени не имели лошадей, говорят.

Шаман Эргис своих сыновей расселил каждого в отдельной местности. Саабырыкы поселил в Кытыле (на берегу Лены), Не- рюнгняна — в Ал аре, Тюекая — в Саадах Ыйаабыте, некоторых — на Сынгасалаахе, Бэс Кюеле и т.д. Завещал, говорят, похоронить себя в верховьях речки Хатынг Юрэх (Березовой речки) на бугре в лесу Хара Атыыр. Той осенью, когда земля стала примерзать, он умер. Как его похоронили, неизвестно, уже забыто. Существует рассказ, будто бы он оставил завещание: «Когда я умру, мои останки (досл.: мои кости) перехороните трижды, только тогда мои кут-сюр отделят в небытие (дьабын)».

II
Прошло несколько поколений (букв.: человеческих веков), а сколько, не знаю. В урочище Лох, где ныне летник, зимовал один бедный человек из эргисцев. Весной, когда снег стал пористым, когда дорога стала мягкой и топкой, пришли и постучали в коновязь того человека. В те времена, если почетный человек приезжал к бедному, то стучал в коновязь или столб у входа, тогда выходили из дома, чтоб принять повод коня, пока гость спускался с седла, отворяли дверь, вводили его в дом и усаживали, положив для него подстилку. Потому и этот человек, подумав: «Кто бы это такой важный приехал?» — выскочил во двор. И смотрит: остановив лошадь у коновязи, сидит верхом старый человек с совершенно седыми волосами, в волчьей дохе, с большими глазами, подобными витым кольцам нарядной узды.

Этот старик, не слезая с лошади, громким голосом сказал: «Парень, внимательно выслушай мои слова. Были у меня потомки, которых звали эргисцами. Эти люди, если имеют видящие глаза, пусть посмотрят, если имеют чуткие уши, пусть услышат. Меня размывает дождевая вода, заливает весной талая вода. Пусть они позаботятся обо мне. Иди и передай это эргисцам». Так сказав, старик повернул коня и по северной стороне аласа поехал шагом в сторону речки Хатынг Юрэх. Человек так и не узнал, кто был у него. Зашел в дом и стал соображать, оказалось, что такого старика поблизости не было. «Еще он эргисцев называет своими потомками, что за диво?» — так подумал. Когда он, выйдя, последовал по следам, следы коня старика спустились по дороге на речку Хатынг Юрэх, там старик повернул коня на запад, конь ступил пять-шесть раз по снегу, и следы его исчезли. Того человека осенила мысль: «Значит, был наш дедушка Эргис. И правда, говорили, что его могильный лабаз от ветхости покосился». Назавтра он пошел и заявил [о происшедшем] эргисскому князцу Никифору Чохооной.

III
Эргисцы собрались во второй раз перезахоронить останки (букв.: кости) своего дедушки. Это должно было быть сделано таким образом: сделать намогильные сооружения и поднять останки старика должны девять юношей, еще не гулявшие с носящими одежду в талию, не имевшие интимную связь с носящими шубу с фалдами (с женщинами. — Н. А.). Одежду должны шить семь невинных девушек, еще не вкушавших сырого, не ступавших по росе. При поднятии останков для угощения участников [перезахоронения] должны были зарезать девять молодых кобыл бело-молочной масти и приготовить девять симиров кумыса. Здесь белый шаман должен был совершить моления и заклинания.

Эргисцы нашли восемь молочно-белых молодых кобыл, а вместо девятой присоединили одну белоногую серую кобылу. То ли они в том году не нашли соответствующую лошадь, то ли поскупились. Хотя и были девять юношей, но старшина Ефрем, как должностное лицо, будучи женатым, дерзнул участвовать из бахвальства в поднятии останков своего деда.
Семь невинных девиц нашлись. Останки белого шамана должен был поднимать белый шаман. Но в то время белые шаманы уже вывелись, их не было, поэтому отыскали внука Эргиса Сол- колооха, считая, что он хотя и был черным шаманом, но не был пожирателем и на его совести не было грязи и нечисти. Когда травы и деревья достаточно зазеленели, ну, вот эргисцы приготовились и выехали.

Когда, приблизившись к могиле старика, остановились у бугра, на котором стоял могильный лабаз, облачили в шаманский костюм своего Солколооха и заставили произносить заклинания, тогда с могильного лабаза старика вылетели белые куропатки. Увидев это, шаман сильно испугался, язык его стянуло торчком, ноги его поджались, и, растопырив руки, он упал в обморок. Эргисцы сильно испугались, подумав: «Что-то сделали, видать, мы, эргисцы, не так в приготовлениях для перезахоронения останков тяйо/ш-дедушки».
Тогда оказавшийся тут речистый и бойкий молодой человек по имени Петр Гермогенов, сняв шапку и подвесив ее на шею, став на одно колено, стал заклинать:

Дедушка-тойон,
Что с тобою?
Если обойдя кругом, присмотришься к нам,
То мы с тобой окажемся родственниками по плоти,
Если оглянувшись, посмотришь на нас,
То мы окажемся твоими кровными родственниками,
Прекрати свой гнев,
Разгони свою злость,
Смягчи свою ярость!
Мы пришли, чтобы положить в могильный лабаз Твои медные кости.
Мы прибыли для того, чтобы поднять Твои серебряные кости.
Нашу просьбу Выслушай с одобрением,
Наши заклинания Прими и помилуй нас!

Старик принял заклинание, шаман пришел в чувство и продолжал заклинать. Когда шаман с заклинаниями поднялся на бугор, за ним последовали эргисцы и сделали новый могильный лабаз. Поставили шесть столбов, на поперечных перекладинах которых сделали настил, на которых устроили маленький амбарчик вроде сруба для лисят. Внутри амбара [поставили] гроб из долбленой вроде корыта колоды, туда положили останки старика. Подстелили рысью шкуру, под голову подложили соболя, накрыли волчьим одеялом. Когда увидели, говорят, старик лежал совсем целый, весь желтый. Гроб закрыли крышкой из досок и заколотили гвоздями, кругом обмазали черной серой. Внутри гроба положили его нож. Снаружи гроба, внутри амбарчика в головах положили его бубен, справа лук, колчан со стрелами, слева пальму. В ногах положили его седло и в котелок с дырявым дном положили семь серебряных талеров. Когда амбар покрыли, то сверху сделали двускатную крышу. Так, подняв и схоронив останки старика, зарезав и съев девять лошадей, распив кумыс в девяти симирях, устроили ысыах. Шаман же душу старика поднял в Верхний мир.

IV
Промахи и ошибки эргисцев при поднятии останков своего предка имели, говорят, плохие последствия; а может быть это случайность. В следующем году случился падеж лошадей. Это за то, что при перезахоронении останков старика девятой кобылой присоединили белоногую сивую, у эргисцев пропали все лошади. Так говорили. Через год после этого пришла эпидемия кровавого поноса. Тогда умер тот старшина Ефрем, который в предыдущем году, будучи женатым, дерзнул участвовать в поднятии останков старика. Петр Гермогенов за то, что будучи острым на язык, укротил гнев духов старика, стал, говорят, понимать язык всех тварей, бегающих и летающих. Этого дара он потом лишился по своей глупости. После женитьбы он ехал к своему тестю в Одунинский наслег и на берегу речки Суон Юрэх услышал, как ворон заговорил по-человечески. Про это он рассказал своему тестю. После того он стал совершенно глухим, человеком тупым и слабым. Говорят, если кто понимает речь тварей, летающих и бегающих, тот это никому не должен рассказывать. Только перед смертью
должен рассказать самому младшему из своих детей о том, что ему приходилось слышать.

Позднейшим людям Эргис не чинил неприятностей. Ылаар, прибывший с приисков разорившимся, однажды в пьяном виде сказал: «Возьму лук старика-дедушки и буду жить охотой». Он-то негодник, что сказал, то и выполнил. Однажды он пошел на могилу старика, забрался в амбар лабаза, взял лук и, расматривая его, стал рассуждать: «Взять мне или не взять? Если я возьму, будет ли это иметь плохие последствия?» — рассуждая так, сидя, он уснул. Когда проснулся, как сел, так и сидит, оказывается. День вечерел, тени стали длинными. Дрожь пробежала по телу. Тогда он положил лук, спустился с лабаза и пришел в свое летнее урочище Алар. Там люди спросили: «Петр, где ты пропадал в течение двух суток?»

Затем тоже было другое происшествие. В Немюгюнцах был, говорят, человек по имени Илья Сумасбродный, живущий на речке Суон Юрэх, человек неважный, волынщик. Этот человек, промотав все состояние в карты, подумал: «Передают, что у старика Эргиса есть семь серебряных талеров. Если бы взять их и поставить на кон, то ни одному двурукому не проиграл бы в карты. Однажды весной, когда снег стал садиться от тепла, Илья Сумасбродный пошел на могильный лабаз шамана Эргиса, поднялся, подтянувшись на руках, с дырявого котелка старика сгреб в ладонь монеты и, спустившись, пошел с бугра на речку Хатынг Юрэгэ. Когда он шел, сзади раздался шум. Он оглянулся: на уровне средних ветвей деревьев, не касаясь земли ногами, летит наяву сам старик. Увидев это, Илья крикнул: «Если жалко тебе, бери!» — деньги кинул назад и побежал. Это так и осталось. С Ильей Сумасбродным ничего не случилось.

V
Останки старика Эргиса должны были перезахоронить [потомки] на девятом поколении от него. При третьем перезахоронении останки старика должны были закопать в землю. Тогда должны, говорят, заставить шамана камлать, на поминки забить двух чисто-белых лошадей и одного четырехтравого черно-бурого быка- пороза. Так рассказывали старинные люди.

Со слов Ивана Гаврильевича Петрова, 64 лет, Эргисский наслег Западно-Кангаласского (ныне Орджоникидзевского) района. Записал Г.У. Гермогенов (Эргис), июль 1930 г., местность Кытыл [ИПРЯ, ч. 2, с. 255-258].

Вы также можете подписаться на мои страницы в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy
и в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky

Tags: мифология, шаманизм, эзотерика
Subscribe

Posts from This Journal “шаманизм” Tag

promo philologist december 1, 02:08 1
Buy for 100 tokens
Робин Гуд / Изд. подг. В.С. Сергеева. Пер. Н.С. Гумилева, С.Я. Маршака, Г.В. Иванова, Г.В. Адамовича и др. — М.: Наука; Ладомир, 2018. — 888 с. (Литературные памятники). Желающие приобрести это издание могут обратиться непосредственно в издательство. Контакты издательства:…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment