Николай Подосокорский (philologist) wrote,
Николай Подосокорский
philologist

Николай Подосокорский. Рецензия на книгу "Эпоха Наполеона: Русский взгляд" (2013)

Подосокорский Н.Н. Рецензия на книгу: Эпоха Наполеона: Русский взгляд. Книга первая [предисловие, составление, комментарии И. Бордаченкова, вступ. статья В. Ярошенко]. - М.: Центр книги Рудомино, 2013. - 640 стр.: илл. // "Вопросы литературы", 2015. №4. С. 402-405.
http://voplit.ru/archive/main.php?y=2015&n=4&p=i

Эпоха Наполеона: Русский взгляд. Книга первая [предисловие, составление, комментарии И. Бордаченкова, вступ. статья В. Ярошенко]. - М.: Центр книги Рудомино, 2013. - 640 стр.: илл.

Публикация первого тома материалов легендарного журнала "Вестник Европы" за 1802-1803 годы, когда им занимался писатель и историк Николай Карамзин, с добротным комментарием И.Бордаченкова и блестящей вступительной статьей продолжателя дела Карамзина, нынешнего главного редактора "Вестника Европы" В.Ярошенко, - событие отнюдь не заурядное. Эта книга - не просто переиздание первых выпусков старого журнала под одной обложкой в прекрасном качественном оформлении и удобочитаемом формате, призванное ознакомить любителей отечественной словесности с живой тканью наполеоновской эпохи, когда еще только формировался общеевропейский наполеоновский миф, знакомый всякому русскому по словам Пушкина ("Мы все глядим в Наполеоны") и Достоевского («…кто ж у нас на Руси себя Наполеоном теперь не считает?").



Значение "Вестника Европы" тех лет значительно шире, ибо это детище Карамзина, как и его "История государства Российского", является ценнейшим источником для изучения русской литературы и общественной жизни всего XIX столетия. Но, кроме того, в появлении этого сборника именно сейчас можно усмотреть некое отложенное послание к нам из далекого прошлого, отвечающее на столь остро волнующие нас сегодня вопросы и заставляющее признать, что история России вновь и вновь повторяется, вращаясь вокруг одних и тех же тем уже на протяжении многих веков. Темы эти по сей день остаются ключевыми и животрепещущими: какое значение для нашей страны имеет Европа и европейский образ жизни, что такое подлинный патриотизм, как способствовать воспитанию в наших соотечественниках хорошего вкуса, любви к чтению, всемирной отзывчивости и прямодушного человеколюбия.

В "Письме к издателю", открывающему самый первый номер журнала, Карамзин изложил свое масонское и просветительское кредо, продолжающее и развивающее идеи круга Николая Новикова: "Сколь благородно, сколь утешительно помогать нравственному образованию такого великого и сильного народа, как российский; развивать идеи, указывать новые красоты в жизни, питать душу моральными удовольствиями и сливать ее в сладких чувствах со благом других людей!" (с. 58) Излишняя пышность и некоторая приторность слога, столь чуждая циничному взгляду на мир современного человека, не должны нас смущать и отпугивать, напротив, язык "Вестника Европы" учит обходительности с мнением и словом, благородству мысли, искреннему воодушевлению, бережному отношению к человеческому достоинству, то есть вещам, необходимым во всякие времена.

Карамзин издавал "Вестник Европы" в редкий период российского и европейского мира, столь долгожданного, что во многих статьях о нем говорится исключительно в восторженных тонах, как о величайшем благе людей. Такое подчеркнутое превознесение ценностей мира на страницах журнала было связано с тем, что в разжигании войны, по мысли издателя "Вестника", во многом были повинны именно популярные журналы, заменявшие в то время газеты, телевидение, радио и интернет вместе взятые. Обличение в "Вестнике" недобросовестных журналистов, как разжигателей и проводников ненависти, чрезвычайно актуально и сегодня, когда мы все чаще слышим безответственные пропагандистские речи о необходимости и неизбежности информационной войны, в которой все средства хороши: "Всякое государство, где свирепствует война или раздор, есть богатство журналов, которые можно назвать эхом сражений, ужасов и всех грозных страстей. Кто захочет успокоить сие несчастное государство, тот вооружит против себя людей, живущих бедствиями народов, и будет, следственно, врагом журналистов" (с. 137).

В уже упомянутом "Письме к издателю" Карамзин выражает надежду, что заключенный недавно мир "по всем вероятностям будет тверд и продолжителен" (с. 57), в журнале даже цитируется миролюбивая речь первого консула Франции Бонапарта о том, что "война самая счастливейшая, самая блестящая своими успехами, стоит дорого, стоит горьких слез победителю; стоит народам того, что им всего драгоценнее и священнее: блага семейства, крови детей их" (с. 75). Но мы знаем, что уже на следующий год, после того как Карамзин оставил журнал, чтобы приступить к обязанностям историографа, в Европе разразилась новая большая война с участием Франции, России и многих других государств. Впереди было поражение русской армии под Аустерлицем, сомнительный Тильзитский мир, вторжение Великой армии Наполеона в Россию, сожжение Москвы...

Образ Наполеона на страницах карамзинского "Вестника Европы" - это образ прогрессивного европейского политика, победителя и миротворца, заботящегося о благе своего народа и подающего пример управления государством другим властителям. Гораздо позднее в российской печати появятся обидные карикатуры на прославленного полководца, принижающие и разоблачающие его личность рассказы, а также сравнения его с антихристом. Приводя различные известия, анекдоты и слухи о Наполеоне, издатель "Вестника" поначалу весьма благожелательно относился к его фигуре: "Бонапарте столько любим и столь нужен для счастия Франции, что один безумец может восстать против его благодетельной власти" (с. 81).

Понятно, что публикуя всевозможные сведения о состоянии политических, общественных, культурных и законодательных дел во Франции, Англии, Голландии, Соединенных американских областях, других регионах мира, издатель "Вестника" косвенно соотносил их с порядками внутри России, которой тогда правил молодой монарх Александр I, вселявший надежду на торжество духа просвещения в государстве и вовлеченность россиян в общую судьбу цивилизованных народов: "...уже деятельный разум во всех состояниях, во всех землях чувствует нужду в познаниях и требует новых, лучших идей. Уже все монархи в Европе считают за долг и славу быть покровителями учения. Министры стараются слогом своим угождать вкусу просвещенных людей. Придворный хочет слыть любителем литературы, судья читает и стыдится прежнего непонятного языка Фемиды, молодой светский человек желает иметь знания, чтобы говорить с приятностию в обществе м даже при случае философствовать" (с. 57). Разве не с такой же точно программой выступают и сегодня российские просветители, говорящие о том, что открытость России миру выгодна для страны и полезна для общества?! И именно этой открытости противостоит идеологический тезис, сформулированный реакционными, охранительными кругами: "Россия не Европа".

Просветительская программа русского европейца Карамзина была неотделима от его обостренного чувства патриотизма. В статье "О любви к отечеству и народной гордости" говорилось, что "патриотизм есть любовь ко благу и славе отечества и желание способствовать им во всех отношениях. Он требует рассуждения - и потому не все люди имеют его" (с. 100). Иными словами, патриотизм, в восприятии издателя "Вестника Европы", был, прежде всего, свойством людей думающих и рефлексирующих, а отнюдь не слепым орудием политики: "Самая лучшая философия есть та, которая основывает должности человека на его счастии. Она скажет нам, что мы должны любить пользу отечества ибо с нею наразлучна наша собственная; что его просвещение окружает нас самих многими удовольствиями в жизни; что его тишина и добродетели служат щитом семейственных наслаждений; что слава его есть наша слава; и если оскорбительно человеку называться сыном презренного отца, то не менее оскорбительно и гражданину называться сыном презренного отечества" (с. 100).

Патриотизм также тесно связан со справедливостью и благодеянием в отношении конкретных людей: "Патриот, любя добродетель во всех землях, обожает её в своем отечестве; она есть важнейшая услуга государству, и пример её не только утешителен, но и полезен в гражданских связях, имея спасительное влияние на общие нравы" (с. 114).

Как справедливо указал в предисловии к книге составитель сборника И.Бордаченков, ценность этого издания во многом заключается в том, что в комплексе, в хронологическом порядке статьи "Вестника Европы" начала XIX века до сих пор никогда не переиздавались, а потому как единый текст просто не существовали для читателя. Нельзя при этом не заметить, что пестрота разнообразных тем, поднимаемых в журнале, очень похожа на френдленту европейски ориентированного, хорошо образованного россиянина в сегодняшнем фейсбуке: там есть и оценки текущих политических событий, и мнения относительно новых законов, и короткие юмористические рассказы, и литературные опусы, и письма, и обзор прессы, и многое другое. Созвучность с современностью тем более поразительна, что по-прежнему в России сохраняется проблема разобщенности столицы и провинции и недостаточной зрелости гражданского общества в регионах.

Чтение номеров "Вестника Европы" будет очень полезно людям, переживающим за нравственное состояние нынешнего российского общества. Вот, к примеру, какие удивительные слова о России содержатся в 12-м номере журнала за 1802 год: "Главным, важнейшим благом в её внутреннем состоянии назову я... нынешнее общее спокойствие сердец; оно всего дороже и милее; оно есть верное доказательство мудрости начальства в гражданском порядке. С другой стороны друг людей и патриот с радостью видит, как свет ума более и более стесняет тёмную область невежества в России; как благородные, истинно человеческие идеи более и более действуют в умах; как рассудок утверждает права свои, и как дух россиян возвышается. Не только в столицах, но и в самых отдалённых губерниях находим между благородными достойных членов государства, знающих его потребности, судящих справедливо о людях и действиях" (с. 216).

Погружение в тексты журнала вызывает сложную и богатую гамму чувств и мыслей о самых разных предметах, имеющих непосредственное отношение к нашей сегодняшней жизни в ее личном и общественном выражениях, но, безусловно, главным лейтмотивом этого карамзинского проекта является вера в образование и победу света разума над тьмой невежества: "Что в самом деле священнее храма наук, сего единственного места, где человек может гордиться саном своим в мире, среди богатств разума и великих идей? Воин и судья необходимы в гражданском обществе, но сия необходимость горестна для человека. Успехи просвещения должны более и более удалять государства от кровопролития, а людей от раздоров и преступлений..." (с. 400)

Н. ПОДОСОКОРСКИЙ, г. Великий Новгород

Вы также можете подписаться на мои страницы в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy
и в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky

Tags: Вестник Европы, Карамзин, Подосокорский, журналы, рецензии
Subscribe

Posts from This Journal “Карамзин” Tag

promo philologist ноябрь 5, 19:01 8
Buy for 100 tokens
Беседа публициста, члена PEN International Николая Подосокорского с Ириной Кибиной, экспертом по эффективному сотрудничеству, разрешению конфликтов и эффективной коммуникации. В 1996-2000 гг. Ирина Кибина работала вице-мэром Великого Новгорода и заместителем председателя городской Думы, в…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment