Николай Подосокорский (philologist) wrote,
Николай Подосокорский
philologist

Category:

Рудольф Штайнер. Евангелие от Луки. 1-й доклад, часть 2

Базель, 15 сентября 1909 г.

На этот раз, как и всегда, когда мы приступаем к подобным исследованиям, мы должны вспомнить, что Евангелия не являются источниками познания для духовной науки. Только вследствие того, что что-то написано в Евангелиях, оно еще не становится истиной для того, кто строго стоит на почве духоведения. Духоиспытатель черпает не из писаных источников, а из того, что предлагает в его время само духоведческое исследование. То, что могут сказать в наше время ясновидящему и посвященному существа духовного мира, - это источники для самой духовной науки, для посвященных и ясновидящих. И в известном отношении эти источники в наше время те же, что и в те времена, которые я вам только что обрисовал. Поэтому и теперь ясновидящими можно назвать тех, которые имеют доступ в имагинативный мир, а посвященными - тех, которые могут подниматься до инспирации и интуиции. Так что для наших времен выражение "ясновидящий" не совпадает с выражением "посвященный".



Все, что мы находим в Евангелии от Иоанна, может покоиться лишь на исследовании посвященного, способного восходить до инспиративного и интуитивного познания. Все, что мы встречаем в других Евангелиях, может покоиться на сообщениях имагинативно ясновидящих, не способных самостоятельно восходить к инспиративному и интуитивному мирам. Если строго придерживаться сегодняшнего разграничения, то Евангелие от Иоанна опирается на посвящение, остальные же три, в особенности Евангелие от Луки, даже по признанию самого автора, - на ясновидение. И так как оно главным образом покоится на, ясновидении, так как там собрано все, что мог видеть наиболее тренированный ясновидящий, то оно дает нам и точную картину того, что могло быть дано нам Евангелием от Иоанна лишь в блеклых образах. И чтобы еще точнее подчеркнуть различие, хотелось бы сказать следующее.

Представьте себе человека, способного познавать имагинативный мир, но не ясновидящего, посвященного так - что вообще-то теперь едва ли возможно, - что для него был бы открыт мир инспирации и интуиции. Такой человек встречается с другим, который, может быть, вовсе и не посвящен, но перед которым благодаря каким-нибудь обстоятельствам открыт имагинативный мир так, что он может иметь полный обзор имагинаций. Такой человек мог бы много сообщить первому из того, что он видит и чего первый не видит, но может объяснить из инспирации. Люди, ясновидящие без посвящения, теперь весьма многочисленны, обратное вряд ли возможно, что какой-нибудь посвященный, хотя и обладает даром ясновидения, но в силу каких-либо причин в отдельном случае не может прийти к видению имагинативного, тогда ему многое для него еще не известное мог бы рассказать ясновидящий.

Антропософия, или духовная наука, опирается на источники посвященных, так что ни Евангелие от Иоанна, ни другие Евангелия не являются источниками ее познания, это всегда надо строго подчеркивать. То, что и теперь может быть исследовано без исторического документа, есть источник для антропософского познания. А затем уж мы переходим к документам и пытаемся сравнить с ними то, что теперь может найти духовное исследование. И то, что оно теперь может найти безо всякого документа о Событии Христа, и может найти ежечасно, это мы находим снова во всем величии в Евангелии от Иоанна. И это столь ценный документ потому, что он показывает нам, что тогда, когда он был написан, был некто, написавший его так, как его и теперь мог бы написать тот, кто посвящен в духовный мир. Те же голоса, которые можно воспринять теперь, доходят к нам из глубин столетий.
То же самое и с другими Евангелиями, и с Евангелием от Луки. Не образы, рисуемые нам автором Евангелия от Луки, являются для нас источниками познания высших миров, а то, что дает нам подъем в сверхчувственный мир. И когда мы говорим о Событии Христа, то источником для нас является также та великая панорама образов и имагинаций, которые нас окружают, когда мы обращаем взор на происшедшее в начале нашей эры. И то, что является нам самим, можно сравнить с образами и имагинациями, описываемыми нам в Евангелии от Луки. И этот цикл докладов должен показать нам, как выглядят имагинативные образы, обретаемые современным человеком, рядом с описаниями, которые нас встречают в Евангелии от Луки.

Поистине, для духовного исследования, направленного на события прошлого, есть лишь один источник - и он не во внешних документах. Ни камни, выкапываемые нами из земли, ни документы из архивов, ни то, что написали историки, под действием инспирации или нет, - все это не источники для духоведения. Наш источник это то, что мы можем прочесть в непреходящей хронике, - в Акаша-хронике. Это дает нам возможность без внешних документов познать то, что произошло. Так современный человек может выбрать два пути, чтобы получить весть о прошлом. Он может взять исторические свидетельства, если он хочет узнать что-нибудь о внешних событиях, или религиозные свидетельства, если он хочет узнать что-нибудь о духовных отношениях. Или он может спросить: "Что могут сказать те, которые сами для своего духовного ока раскрыли Акаша-хронику, в которой непреходящими письменами обозначено все, что когда-либо произошло в развитии вселенной, Земли и человека?".

Человек, поднявшийся в сверхчувственные миры, постепенно учится читать эту хронику. Это необыкновенное письмо. Представьте, что перед вашим духовным оком возникает ход событий так, как они протекли; представьте, что перед вашими глазами как в туманном образе возникает Кесарь Август со всеми его деяниями; все, что тогда случилось, является перед вашим духовным оком. Так является оно перед духоиспытателем, и ежечасно он может познать новое. Ему не надо внешних свидетельств. Ему надо лишь обратить взор на определенную точку становления мира или человечества, и перед его глазами в духовном образе встанут происшедшие события. Так может духовный взор проникать в прошлое, и то, что он там видит, обозначают как результат духовного исследования. Что же произошло в те времена, с которых начинается наша эра? Увиденое духовным взором, может быть сравнено с тем, что нам говорит, например, Евангелие от Луки. И духоиспытатель познает, что тогда жили такие духовидцы, которые видели то, что было в прошлом; и мы можем сравнить, как то, что они могут передать нам как свое настоящее, относится к тому, что может увидеть взор, обращенный на Акаша-хронику того времени.

Нам нужно все снова и снова проникаться душой, что мы черпаем не из древних памятников, а из самого духовного исследования и что почерпнутое из духовного исследования мы заново разыскиваем в древних памятниках. Благодаря этому древние памятники обретают повышенную ценность, и мы можем судить об истинности того, что в них содержится, из нашего собственного исследования. Через это они возрастают как выражение истины, ибо мы сами можем познать истину. Нельзя высказывать вещи, подобные вышеописанным, без того, чтобы одновременно не указать, что это чтение в Акаша-хронике не так легко, как созерцание событий в физическом мире. Мне хотелось бы на отдельном примере сделать вам более наглядным, в чем состоят известные трудности при чтении Акаша-хроники. Мне хотелось бы сделать это для вас нагляднее на примере самого человека
Из элементарной антропософии мы знаем, что человек состоит из физического, эфирного и астрального тел и Я. Трудности начинаются с того момента, когда человека рассматривают уже не только на физическом плане, а поднявшись в духовный мир. Имея перед собой человека физически, вы имеете перед собой единство его физического, эфирного, астрального тел и Я; так происходит при рассмотрении человека в его дневном бодрствовании. Когда же для его наблюдения по необходимости приходится подниматься в высшие миры, в этот момент и начинаются трудности. Когда мы, например, ночью, желая видеть всего человека, должны подняться в мир имагинативного, если мы хотим видеть астральное тело, которое тогда вне физического, то мы имеем существо человека разделенным на два отдельных друг от друга члена.

То, что я сейчас описал, хотя и редко случается, ибо наблюдение человека до известной степени еще легко, но из этого вы можете представить себе, в чем трудность. Представьте себе, что некто входит в помещение, где спит группа людей. Если он ясновидящий, он видит лежащие в постели физическое и эфирное тела, а восходя ясновидчески, он видит астральные тела. Но астральный мир есть мир взаимопроникновения. В нем астральные тела проходят друг сквозь друга. И хотя с опытным ясновидящим это не легко случается, но все же может случиться, что глядя на группу спящих людей, он может перепутать, какое астральное тело принадлежит какому физическому. Это случается не часто, потому что это видение до известной степени принадлежит к низшим ступеням, и человек, приходящий к нему, хорошо подготовлен, как нужно различать в данном случае. Но если в высших мирах наблюдать не человека, а другие духовные существа, то эти трудности весьма возрастают. Да, они велики уже и для человека, если его рассматривать не как современного человека, а во всем его существе.

Когда вы таким образом рассматриваете ныне живущего человека, проходящего через инкарнации, вы спрашиваете себя: "Где было его Я в предшествующей инкарнации?" К его предшествующим инкарнациям вы должны прийти через деваханический мир. Вы должны быть в состоянии установить, какое Я всегда принадлежало к прежним инкарнациям данного человека, сложным образом удерживать непреходящее Я и различные его ступени здесь, на земле. Тут уже возможна ошибка, легко впасть в заблуждение, ища пребывания Я в прежних телах. Восходя в высшие миры, не так-то легко удержать все, принадлежащее человеку, принадлежащее личности, связать с тем, что обозначено в Акаша-хронике как его прежние инкарнации. Представьте себе, что перед ясновидящим или посвященным стоит человек, например, Ганс Мюллер, и он спрашивает себя: "Каковы физические предки этого Г. Мюллера?" Предположим, что все внешние физические документы потеряны, нужно положиться лишь на Акаша-хронику, из нее он должен установить предков, дабы посмотреть, как развивалось физическое тело по наследственной линии. Затем может возникнуть вопрос: "Какими были прежние инкарнации этого человека?". Тогда посвященный должен идти совсем другим путем, нежели когда он шел к физическим предкам человека. Ему, может быть, придется проследить вспять много времени, если он хочет прийти к прежним воплощениям этого Я. Вы уже имеете два течения: ни физическое тело, находящееся перед нами, не является совсем новым созданием, ибо оно происходит по физической линии наследования от предков, ни Я не есть совсем новое создание, ибо оно слагается из прежних воплощений.

Но то, что имеет значение для физического тела и для Я, то имеет значение и для промежуточных членов - эфирного и астрального тел. Я вам рассказывал, как эфирное тело тоже не является совершенно новым созданием, но оно может пройти известный путь через различные формы. Эфирное тело Заратустры снова появилось в эфирном теле Моисея; это то же самое эфирное тело.* (*В докладе "Реинкарнация и карма", прочитанном 3 февраля 1909 г. в Базеле; сохранились только отрывочные заметки (напечатаны в "Принципе духовной экономии в связи с вопросами перевоплощения" - GA, том 109)). И если теперь изучать только физических предков Моисея, то получишь одну линию, если же изучать предков эфирного тела Моисея, то получишь другую линию: придешь к эфирному телу Заратустры и другим эфирным телам. Так же как для физического тела нужно исследовать совершенно другие течения, чем для эфирного тела, так же и для астрального тела. От каждого члена человеческой природы можно прийти к различным течениям. Можно сказать: эфирное тело есть эфирное перевоплощение эфирного тела, которое было в совершенно другой индивидуальности, вовсе не в той же самой, в которой было раньше воплощено Я. То же можно сказать и об астральном теле.

Когда мы поднимаемся в высшие миры, чтобы изучить человека в его прежних членах, то там отдельные течения расходятся друг с другом. Одно ведет по одному направлению, другое - по другому, и мы приходим к весьма сложным процессам в духовном мире. Если кто-нибудь хочет полностью понять человека с точки зрения духовного исследования, то он должен его описывать не просто как потомка его предков, что его эфирное тело унаследовало от того или другого существа или его астральное тело от того или другого существа, но он должен описать, как прошли свой путь все эти четыре члена, пока они полностью не воссоединились теперь в данном человека. Это нельзя сделать сразу. Можно, например, проследить путь, совершенный эфирным телом, и прийти к важным заключениям. А другой человек может проследить путь астрального тела. Один может придать больше значения эфирному телу, другой - астральному и сообразно с этим составить свои описания. Для того, кто не принимает во внимание всего, что говорят ясновидящие о конкретном существе, совершенно все равно, говорит ли один одно, а другой - другое; ему будет казаться, что всегда описывается то же самое. Для него тот, кто описывает физическую личность, будет говорить то же самое, что и тот, кто описывает эфирное тело; он всегда будет думать, что описывается личность Г. Мюллера.

Все это может дать вам картину всей сложности отношений, встречающих нас, когда мы с точки зрения исследования ясновидящего, посвященного хотим описать сущность какого-либо явления мира, будь то человек или иное существо. То, что я теперь сказал, должно быть сказано; из этого вы можете усмотреть, что лишь самое обширное, многостороннее исследование в Акаша-хронике может выявить перед нашим духовным взором какое-нибудь существо. То Существо, Которое предстоит перед нами так же и в том духе, как Оно описано в Евангелии от Иоанна, Которое стоит перед нами со Своим Я, - безразлично, до или после Иоаннова Крещения; говорим ли мы о Нем как об Иисусе Назорее до крещения или как о Христе после Иоаннова Крещения, - Оно стоит перед нами со Своим Я, астральным, эфирным и физическим телами. Полностью описать Его мы можем только с позиции Акаша-хроники, проследив пути, которыми в развитии человечества прошли эти четыре члена тогдашнего существа Христа Иисуса. Лишь тогда мы можем их правильно понять. Здесь необходимо всеобъемлющее понимание сообщений о Христовом Событии с точки зрения современного духовного исследования, когда надо пролить свет на то, что кажется нам противоречивым в четырех Евангелиях.

Современное, чисто материалистическое исследование не может видеть высокой ценности, истинной ценности Евангелия от Иоанна, ибо оно не может понять того, что высокий посвященный видит иначе, глубже, чем другие. Для трех других, синоптических Евангелий, те, которым не кажется правомерным Евангелие от Иоанна, пытаются создать род созвучия между ними. Создать созвучие будет весьма трудно, если в основании лежат лишь внешние, материальные события. Ибо то, что в завтрашнем докладе будет для нас особенно важным - рассмотрение жизни Иисуса из Назарета до крещения Иоанном, - описано двумя евангелистами: автором Евангелия от Матфея и автором Евангелия от Луки. Для поверхностного материалистического способа исследования здесь есть различия, ни в чем не уступающие тем, которые существуют между Евангелием от Иоанна и тремя другими.
Рассмотрим факты. Автор Евангелия от Матфея говорит, что рождение создателя христианства было предвозвещено, что это рождение происходит, что волхвы, увидавшие звезду, приходят с Востока, что звезда вела их до места, где родился Спаситель, что это привлекло внимание Ирода и что, чтобы скрыться от избиения вифлеемских младенцев, совершенное по приказанию Ирода, родители Спасителя с Младенцем бегут в Египет. Когда Ирод умирает, Иосифу - отцу Иисуса - открывается, что он может вернуться; он возвращается, но из страха перед наследником Ирода идет не в Вифлеем, а в Назарет. Не буду сегодня касаться предсказания о Крестителе. Сегодня я хочу обратить внимание на то, что, сравнив Евангелия от Луки и от Матфея, мы найдем совершенно различное предвозвещение Иисуса из Назарета: один раз - Иосифу, другой раз - Марии.

Из Евангелия от Луки видно, что родители Иисуса из Назарета всегда жили в Назарете и лишь случайно пошли в Вифлеем для переписи. Пока они пребывали там, родился Иисус. Затем, через восемь дней, следует обрезание - ничего не говорится о бегстве в Египет, - а через немного времени ребенок приносится в храм; как видно, была по обычаю принесена жертва, и затем родители с младенцем возвращаются в Назарет и там живут. Затем нам рассказывается примечательный эпизод: как двенадцатилетний Иисус, при посещении Его родителями Иерусалима, остался во храме, как они Его искали и нашли в храме среди тех, кто излагал Писания, как Он выступил перед ними как знаток Писания, каким Он выглядел разумным и мудрым в кругу книжников. Затем говорится, что они снова взяли Отрока домой, как Он возрастал, и более мы не слышим о Нем ничего примечательного вплоть до Крещения Иоанном.

Мы имеем две истории Иисуса из Назарета до принятия им Христа. Тот, кто хочет их соединить, тот должен прежде всего спросить себя, как он соединит рассказ о том, что сразу после рождения Иисуса родители принуждены были бежать с ним в Египет и затем снова вернулись, как он соединит это, следуя обычному материалистическому пониманию, с принесением младенца во xpak, согласно Луке? То, что для физического понимания кажется полным противоречием, является для нас правильным и верным в свете духовного исследования. Верно и то, и другое, хотя в физическом мире оно является кажущимся противоречием. Именно три синоптических Евангелия должны были бы пробудить людей к духовному пониманию фактов становления человечества. Люди должны увидеть, что ничего не достигается тем, когда в таких памятниках опускают кажущееся противоречие или говорят о "вымысле", когда не справляются с реальностями.

Евангелие от Иоанна не давало повода говорить подробно о событиях до Иоаннова Крещения, о проникновении Сущности Христа в три тела Иисуса Назорея. И многие важные загадки сущности Христианства разрешатся для нас именно сейчас, потому что на этот раз мы услышим исследование из Акаша-хроники того, каким было существо Иисуса Назорея, пока Христос не принял три его тела. Завтра мы начнем с исследования из Акаша-хроники существа и жизни Иисуса Назорея, а затем спросим себя, как относится то, что мы узнаем из этого источника, к тому, что описано нам в Евангелии от Луки как исходящее от тех, которые тогда были "личнозрящими"* или "служителями Слова". (*Лк. 1,2: "Как передали нам то бывшие с самого начала очевидцами и служителями Слова". Оче-видец = Augen-Zeuge (свидетель) дugen = zeugen = зачинать = совокупляться = смотреть "обладать" (присваивать себе) себя - зрящий [лично] То есть, "я-видящие" и "ясно-видящие" (Посвященные) (Прим. пер.).)


См. также:
- Рудольф Штайнер. Евангелие от Луки. 1-й доклад, часть 1

Вы также можете подписаться на мои страницы:
- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy

- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky
- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy

Tags: Библия, Штайнер, христианство, эзотерика
Subscribe

Posts from This Journal “Штайнер” Tag

promo philologist december 1, 02:08 1
Buy for 100 tokens
Робин Гуд / Изд. подг. В.С. Сергеева. Пер. Н.С. Гумилева, С.Я. Маршака, Г.В. Иванова, Г.В. Адамовича и др. — М.: Наука; Ладомир, 2018. — 888 с. (Литературные памятники). Желающие приобрести это издание могут обратиться непосредственно в издательство. Контакты издательства:…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment