Николай Подосокорский (philologist) wrote,
Николай Подосокорский
philologist

Category:

Как ведомство Мединского разгромило Институт культурного наследия им. Д.С. Лихачева. Часть 2

М.Е. Кулешова, зав. отделом культурных ландшафтов и традиционного природопользования Института Наследия им. Д.С. Лихачёва о процессе и плодах «оптимизации» науки о культурном и природном наследии, проводимой Министерством культуры Российской Федерации.

«ТУПИК ГУМАНИЗМА» В ИНСТИТУТЕ НАСЛЕДИЯ

- Как ведомство Мединского разгромило Институт культурного наследия им. Д.С. Лихачева. Часть 1: http://philologist.livejournal.com/8568167.html

Как изобразить видимость большой проделанной работы при её отсутствии? Посмотрите на сайт Института (http://www.heritage-institute.ru/index.php ), он прекрасно демонстрирует новые технологии лжеделания. Главными орудиями служат новостная строка и постоянное мелькание г-на директора в СМИ с разнообразными научными фантомами. Так, в новостной строке превалируют встречи, семинары и заседания того-то с теми-то…



А в ряду фантомов с «душком сенсационности» назовём:

- уже упоминавшийся «национальный индекс культурного наследия», изобретённый Ю.Н.Гусевым в 2015 г. и широко разнесённый по СМИ апологетом методологии «раздувай и властвуй»;

- стратегию культурной политики, институтскую версию которой пришлось переписывать другим ответственным лицам, дабы не срамиться;

- попытки позиционирования института как центра волонтёрского движения на основании проведённого волонтёрского «съезда», в то время как вся волонтёрская работа концентрируется вокруг совсем иных лидеров защиты наследия (ВООПИК, Хранители наследия, Архнадзор, Общероссийский народный фронт и пр.); важно отметить, что проведение созданной по инициативе Архнадзора «Школы наследия» первоначально мыслилось в стенах института, но г-н директор отказался от контактов со столь оппозиционной организацией, которую «мягкою силою» не опутать;

- представление института в качестве экспертного центра стран СНГ по всемирному наследию и будущего центра категории 2 при ЮНЕСКО, имея в «активе» разгон профессионалов и эпизод с «национальным индексом»;

- публичные заявления о разрабатываемых научных основах определения рейтинга губернаторов (пока директорский синклит вырабатывает научные подходы, заинтриговав добропорядочных граждан почти уже результатами, на сайте Хранителей наследия регулярно вывешивается информация, свидетельствующая об этом самом рейтинге http://hraniteli-nasledia.com/ ).

Полный провал работы по всемирному наследию в 2015 г. активно компенсируется фантазийными сюжетами на сайте института и в СМИ - выдвижением института на роль спасителя наследия Пальмиры, отнесённой к объектам всемирного наследия (вероятно, в штат зачислили сотрудника, проводившего исследования в Сирии), или на роль разработчика уникальной межконтинентальной номинации по морским охотникам-зверобоям арктических широт (сотрудница института побывала на научной конференции в Анадыре, где данная тема поднималась). Эти сюжеты особенно ярко о себе свидетельствуют на фоне полного пренебрежения руководством института проблем, касающихся уже существующих объектов всемирного наследия в России, предметная ценность которых находится под угрозой уничтожения благодаря «грамотному» менеджменту в отрасли. Фантомы грядущих побед при полном игнорировании насущных проблем охраны наследия под собственным носом. Вероятно, от многократного повторения по каналам СМИ оно, то самое ещё отсутствующее желаемое, должно появиться по законам «мягкой силы», стирая грань между дезинформацией и реальностью.

Задачи идентификации и научно аргументированной защиты наследия были заменены созданием разнообразных фальсификаций. Об этом напрямую свидетельствуют научные планы Института за последние два года, в которых при разбухании общего количества тем и абсурдных логических конструкциях только единичные темы, закреплённые за ещё не уволенными кадрами старого состава, посвящены исследованиям наследия, всё остальное - вопросы культурологии (не берусь о них судить), либо имитация исследований по наследию. Как-то (из плана на 2016 г.): «Трансляция традиционных социальных ролей и моделей поведения средствами традиционной культуры» (отв. А.С.Миронов), или «Свобода творчества и поддержка культурных сред и сообществ как ресурс культурной политики государства» (отв. А.С.Миронов), или «Цивилизационный подход к формированию и реализации государственной культурной политики РФ за рубежом (отв. Е.П.Челышев, С.Ю.Житенёв). Из плана на ноябрь 2015 г.: «Цивилизационный подход в исследовании процессов социально-культурного наследования» (С.Ю. Житенёв, Е.П. Челышев), или «Анализ общественных ожиданий и мнений экспертного сообщества в связи с разработкой отраслевого документа стратегического планирования в сфере сохранения культуры и культурно-исторического наследия» (К.А. Кокшенева) и много чего ещё…

Финансирование выделяется на каждую тему, отсюда понятно, почему некоторые темы вдруг начинают клонироваться, распадаясь на множество частных тем с одними и теми же ответственными лицами (например, с 2.4 по 2.10 или с 4.1 по 4.7 в ноябрьской версии плана на 2015 г.), другие, наоборот, сворачиваются вместе с финансированием (за них отвечают кадры старого состава). За 2015 г. план работ только официально менялся трижды, последняя версия появилась в ноябре, т.е. в конце отчетного периода (http://mkrf.ru/deyatelnost/nii/) – в нормальном научном учреждении такая чехарда принципиально невозможна, она сводит на нет весь смысл планирования, и убеждает в отсутствии у руководства стратегического мышления, в отсутствии морального права у такого руководства руководить чем-либо вообще. Если, конечно, не рассматривать версию о целенаправленной подготовке полной ликвидации института по адресу ул.Космонавтов, 2. К сожалению, ознакомиться с отчетами своих коллег нынче невозможно, эта возможность предоставлялась в прошлом, в дореформенном институте. Оболочки, упаковки, обертки, фантики – в это превратилась некогда интересное и стратегически ответственное направление, изучавшее феномены наследия. «Гюльчатай, открой личико!» (многие наверняка помнят эту судьбоносную фразу из фильма «Белое солнце пустыни») - а вместо Гюльчатай под изящными покровами уже прижился некто иной…

Как сокрыть мало приглядные факты о «зачистке» института, изгнании опытных сотрудников, о практикуемом экономическом издевательстве над оставшимися, о зачислении в штаты случайных (за редким исключением) людей по протекциям и знакомствам, неумении грамотно поставить исследовательскую задачу? – Избавиться от живой памяти, причем и отчасти руками представителей дореформенного состава сотрудников, страдающих бонапартовским синдромом и комплексом научной неполноценности. Вообще текучесть кадров в институте поражает воображение. Требуется статистическое подтверждение? Институтское руководство скрывает эту информацию, но если контролирующим органам захочется это выяснить – они получат подтверждение. Что же касается рядовых сотрудников института – от них скрывается информация о структуре института (отсутствие информации на сайте организации, отказ отдела кадров предоставить информацию), о составе института (на сайте помещена неактуальная информация), о составе Ученого совета, назначенного директором в соответствии со своими предпочтениями (информация на сайте отсутствует) согласно новому Уставу института, принятому без обсуждения с сотрудниками, о средней заработной плате в институте (отказ бухгалтерии предоставить информацию), о бюджете института, о результатах научных исследований (в дореформенном институте ежегодно проводилась отчетная сессия, на которой все руководители тем обязаны были доложить о своей работе и выслушать замечания коллег, отчеты были доступны для ознакомления членам коллектива). Сайт института давно перестал быть источником актуальных сведений об институте и решаемых в институте проблемах наследия, в содержательном плане он мёртв, хотя новостная строка мероприятий отличается завораживающей гиперактивностью. Сокрытие нужной информации – известный метод любого лжеделания, а при наличии административных и финансовых ресурсов это якобы делание плодит множество подделок и всё далее удаляется от истины.

Коллектив института полностью обнулён как носитель определённого мнения, с коллективом давно никто не считается, авторитарность руководства доведена до абсурдной величины, научные знания не имеют никакой ценности в заданной системе координат. Концепция развития института, одобренная Министерством культуры в апреле 2015 г., не обсуждалась с тем коллективом, который призван ей следовать. Новый Устав Института с обширными коммерческими потенциями, абсолютом директорских полномочий и полным игнорированием интересов сотрудников, составляющих интеллектуальный капитал учреждения – также не обсуждался с коллективом. Сложилась ситуация какого-то невообразимого розыгрыша, где, как в насмешку над учёными людьми, им назначили в руководство компанию девелоперов и проводят великий эксперимент – выживет ли научная мысль в отсутствие всех условий для выживания?

Как только у научных распорядителей появилась возможность перераспределять финансовые потоки на оплату труда в соответствии с личными предпочтениями – они этим успешно воспользовались, обобрав, фигурально говоря, до нитки тех, кого надо было поддерживать - кадровых научных сотрудников. Г-н Мединский в своём докладе на коллегии министерства в марте 2016 г. озвучивает размер средней заработной платы у подведомственных учреждений в 57 тыс. руб. (http://mkrf.ru/ministerstvo/kollegiya/reports/detail.php?ID=906205), в Институте Наследия на октябрь 2015 г. средняя заработная плата составляет 43 тыс. руб. (http://mkrf.ru/deyatelnost/nii/), сведения о доходах руководства института, успешно дезорганизовавшего научную работу, красуются в Интернете и составляют несколько млн. руб. в год (см. стр.234-236 http://mkrf.ru/deyatelnost/anticorruption/detail.php?ID=1036957&SECTION_ID=19663), а все мои московские коллеги, не лаборанты и не техники, а великолепные специалисты, получают позорные зарплаты в 6-12 тыс. руб. Не чудо ли? Делать вид, что это и есть норма состояния, это и есть исполнение указа Президента – аморально в высшей степени.

Взгляните на анкету Института Наследия, вывешенную на сайте министерства культуры (http://mkrf.ru/deyatelnost/nii/ ) – из неё видно, что основные направления научных исследований примерно соответствуют рубрикации направлений научных планов, а вот крупнейшие фундаментальные исследования, прикладные исследования, научные разработки за последние 5 лет состоят в основном из достижений двух дореформенных институтов и дореформенных коллективов, по инерции дорабатывающих свои темы, в то время как «оптимизированный» объединённый институт ничем оригинальным похвастаться не может и вряд ли сможет – в его штате остались единицы исследователей, способных на научную работу. За последние два года издательская деятельность института практически прекратилась. Здание на Космонавтов 2 постепенно пустеет. Скоро в нём останутся только гостиница и кафе. Благодаря «заботам» Министерства культуры разорён и почти уже уничтожен как научный центр Институт Наследия им. Д.С.Лихачева, единственная в России научная организация по изучению и сохранению наследия во всей его комплексности, территориальности и фундаментальности. Между прочим, подобных институтов в мире – единицы, веденинский был первым. Вне сомнения, были ошибки, промахи, недостатки, недоработки в дореформенном Институте. Можно было бы и претерпеть разгон старого состава института, если бы вновь пришедшая «научная» смена давала повод для оваций и делала что-то реальное и полезное для Отечества. Однако - нет повода. Раздувающийся мыльный пузырь завис на научном горизонте отечественной культуры.

Некоторые сопутствующие итоги откровенно проведённой, на глазах у изумлённой публики, оптимизации дезорганизации научной работы крупнейшего в России научного центра по наследию:

- полное отсутствие научного руководства при наличии заместителей по науке, Ученого совета, советников и посредников, изоляция дирекции от коллектива,
- утрата основного состава специалистов и целых научных направлений,
- уничтожение научной школы института и его интеллектуальной среды, в которой только и могут появиться настоящие молодые ученые,
- переориентация с проблемных тем на конъюктурные,
- коллективная депрессия и страх увольнения взамен творческой инициативы,
- превращение Ученого совета в послушный придаток дирекции,
- резкое снижение качества работ,
- девальвация научного знания, звания и опыта научной работы,
- замена знания пафосом невежества, а знающих специалистов – сонмом авантюристов и малограмотных исполнителей приказов,
- демонстрация ненаказуемости лжи и откровенного блефа на официальном уровне – выработка рефлексов подобострастного раболепия и привыкания ко лжи у подчиненных,
- активное отстранение сотрудников старого состава от руководства темами,
- приведение интеллектуального потенциала коллектива в соответствие с таковым у руководителя-администратора,
- подмена научной миссии Института 1992-2013 гг., перерождение Института в фабрику мыльных пузырей.

Внедрение подобного менеджеризма можно квалифицировать как целенаправленные действия по развалу работы стратегически ответственной отрасли и публичное оскорбление профессиональных научных коллективов.

Почему Министерство культуры так ненавидит отраслевую науку? Да потому, что профессиональные знания многим министерским чиновникам – как кость в горле. Наука всё время обличает министерские потуги на стратегическое мышление, обличает технологии лжи, подделки, манипуляции цифрами и фактами. Поэтому либо в Министерство должны прийти профессионалы, либо научные учреждения должны заняться новолысенковщиной, прибегнув к помощи случайно нанимаемых, желательно молодых, без опыта и принципов людей. Читающий эти строки, возможно, скажет, что ничего неожиданного в вышеописанной ситуации нет, что это обыденность, с которой сталкивается сегодня каждый в любой отрасли деятельности. Что так и всегда было. Однако замечу, что царство кривых зеркал и голых королей разрослось до такой степени, что уже затруднительно стало отличать реальность от её симулякров, дурное от достойного, нужное от пустого, полезное от разрушительного.

Вот и г-н Мединский считает своих арестованных коллег безвинно пострадавшими, а работу своего ведомства образцово-показательной, судя по его заявлениям в прессе и, главное, по его отчетному докладу на коллегии министерства 30.03.2016. Им представлена очень красочная презентация (http://mkrf.ru/ministerstvo/kollegiya/reports/detail.php?ID=906205), согласно которой основные показатели сохранения объектов культурного наследия состоят в количестве отреставрированных кв.м., количестве сданного «под ключ», количестве отреставрированных цирков (какое интересное пристрастие!) и количестве внесённых в Реестр объектов – всё растёт и ширится в разы. Образование тоже процветает, а вот науку г-н министр проиллюстрировать совсем не захотел. Главное, выбрать нужные показатели и тогда поле для нужных интерпретаций – необъятное. Про Соловки, Изборск, Кижи, Архангельское, Кусково, Радонеж, Константиново и многие другие объекты, где при прямом попустительстве министерства допускались и допускаются грубейшие нарушения – лучше не поминать. Диалектика жизни. Жалко только, что при этом гибнет колоссальный пласт знания, отбросив наше Отечество на много десятилетий назад и доставив бонусы тому самому Западу, которым стращают теперь доверчивых соотечественников начиная с детского сада.

К чему я это говорю? К тому, чтобы

1) ещё работоспособные научные коллективы учли печальный опыт Института Наследия и были предупреждены о возможностях их ползучего захвата «мягкой силой», переформатирования, изгнания из стен учреждения и капитализации их наработок;

2) почитатели дореформенного Института Наследия понимали, что сегодня они имеют дело совсем с другим содержанием, облеченным в оболочку Института Наследия;

3) органы безопасности осознали, что безопасность они уже проспали, что уничтоженные научные коллективы назад не собрать, что разрушители отечественной науки гнездятся не на западе, не на востоке, и не на каком ином конце света, а прямо у них под носом на руководящих должностях;

4) авантюристы нового времени, вышедшие на промысел в научные институции, не заблуждались относительно трудностей идентификации их коротких замыслов по уничтожению профессиональных научных коллективов, присвоению научных фондов, подмене научных исследований бухгалтерскими отчетами, фальсификациями и словоблудием.

Оказалось, что пользовать ведомственные научные учреждения новым варварам очень выгодно, научные коллективы в большинстве своём не способны к сопротивлению и немногочисленны, крайне уязвимы к чиновному хамству, их слабые стенания никто не слышит, а если слышит – не понимает. Ожидать, что справедливость сама собой восторжествует – наивно. Надо учиться защищать себя самим. И различать очень тонкую грань между компромиссом и предательством.

Кулешова М.Е.
20.06.2016.


http://www.cogita.ru/a.n.-alekseev/publikacii-a.n.alekseeva/pafos-nevezhestva-na-smenu-nauchnomu-znaniyu

Вы также можете подписаться на мои страницы:
- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy

- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky
- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy

Tags: Мединский, культура
Subscribe

Posts from This Journal “культура” Tag

promo philologist september 12, 02:21 2
Buy for 100 tokens
Исполнилось 100 лет со дня рождения Станислава Лема (1921-2006), польского писателя-фантаста, философа, футуролога. Приведу фрагмент из его интервью, данного по случаю 150-летия со дня рождения Ф.М. Достоевского изданию "Przyjaźń" в 1971 году: "Достоевский принадлежит, на мой взгляд,…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment