Николай Подосокорский (philologist) wrote,
Николай Подосокорский
philologist

Category:

Рудольф Штайнер. Психософия. 2-я лекция, часть 1

Лекция вторая ИГРА И КОНТРИГРА СИЛ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ ДУШЕВНОЙ ЖИЗНИ

2 ноября 1910 г., Берлин

Мы заключили наши вчерашние психософские рассмотрения тем, что установили возможность сведения волнующейся душевной жизни к двум элементам: суждению и внутреннему переживанию любви и ненависти. Затем мы установили, что в нашей душевной жизни всплывают еще и ощущения, переживаемые душой, и что наша душевная жизнь заполнена этими ощущениями, колеблющимися подобно поверхности моря. Далее было указано на то, что в этой душевной зыби выступает одно ощущение, которое радикально отличается от всего остального, переживаемого в дневной жизни в связи с внешним миром. Все-таки мы переживаем наши ощущения, когда живем совместно с внешним миром, и они претворяются в нас таким образом, что мы живем с ними дальше.



И в этой возбуждаемой нашими чувствами зыби выступает затем совершенно особым образом одно восприятие. Все остальные восприятия вызываются внешними чувственными возбуждениями и после внутренней переработки становятся из восприятий ощущениями. Так что сначала они были восприятиями и внутри процесса восприятия стали ощущениями и затем живут дальше в том, что оставляют в нас ощущения. Совершенно иначе обстоит дело с восприятием “Я” в нас. Восприятие “Я” выступает в том другом, что колеблется в нас, оно всегда присутствует при этом, но отличается от всех иных ощущений благодаря тому, что оно не возбуждается никаким внешним поводом. Отсюда в душевную жизнь как бы привносится своеобразный контраст: на одной стороне мы имеем все остальное, а на другой — ощущение “Я”. Что за тайна открывается за этим противоречием — это мы рассмотрим в ходе доклада.

Однако уже теперь мы должны возыметь к этому чувство благодаря тому, что сие противоречие столь непосредственно встает перед душой. Наше “Я”-восприятие мы вчленяем во все прочие переживания. Уже в данном, совершенно абстрактном, рассмотрении этого противоречия мы можем научиться пониманию, что все в нашей душе происходит с двух сторон. Речь идет о том, чтобы всегда чувствовали и сознавали эту душевную жизнь человека во всей ее противоречивости — в абстрактном и конкретном, малом и большом. Да, эта человеческая душевная жизнь отнюдь не представляет собой предустановленное единство, это арена драматической борьбы, на которой непрерывно изживаются противоречия.

Человек, который с проникновенной чувственностью будет вслушиваться в жизнь этой человеческой Психеи, не станет отрицать драматический характер человеческой душевной жизни. И по отношению к противоположным друг к другу властям человеческой души человек чувствует себя не господином, а так, как если бы он был отдан на произвол противоречиям жизни. Этой противоречивостью душевной жизни, этими двумя природами в нашей душевной жизни охвачены и самый ничтожный человек, и величайший гений. Чтобы разбудить в нас чувство того, что даже величайший гений поставлен на произвол этих двух противоположностей, я представил вчера перед докладом стихотворение Гете. Если кто-либо из вас после вчерашней и сегодняшней лекций возьмет в руки своего Гете и перечитает это стихотворение, то придет к собственному ощущению, которое хорошо ложится в основу нашего цикла лекций.

Мы не удовлетворяемся абстрактной характеристикой, но хотим, образно говоря, влить живую кровь в рассмотрение души. Мы хотим войти в жизненное ядро душевной жизни. Если вы слышали вчера рецитацию стихотворения «Вечный Жид» и затем это же стихотворение перечитали дома, то могли сказать себе: «Это совсем иначе стоит внутри (книги). Это было совсем иначе преподнесено нам». То, что было сделано вчера для рецитации, современная наука назвала бы чудовищным варварством. Для рецитации стихотворение подготавливалось особым образом: в нем допущены перепрыгивания, изменения, из него был получен совсем иной образ. Этого не следует делать перед филологами, и дозволено лишь — в виду особого замысла — приоткрыть более глубокую перспективу человеческой души. За этим стоит следующее основание.

Стихотворение о «Вечном Жиде» написано Гете в пору его самой ранней юности, и то, что было вам прочитано вчера, есть нечто такое, что по содержанию могло бы выступить и перед зрелой душой Гете в старческом возрасте, и он мог бы сказать: «Да, это нечто такое, что я сам хочу представлять». И напротив — то, что из написанного им было пропущено, могло бы в старости вызвать у него некоторое раскаяние. Он отвернулся бы от этого. Только тот, кто испытывает к Гете глубокую почтительность стал бы говорить о его стихах так, как сегодня я говорю о его «Вечном Жиде». Это стихотворение возникло на заре его юности. Юность изъясняется в нем так, как это естественно для юности. Гете написал его, еще будучи настоящим шалопаем, от которого, разумеется, нечему поучиться. Можно ли, однако, сказать, что в написанном стихотворении ничего поучительного нет?

Можно открыто и прямо сказать, что в пору написания «Вечного Жида» он не продвинулся столь далеко, чтобы писать без орфографических ошибок. Но можно ли утверждать, что некоторые места в этом стихотворении никчемны? В современную эпоху стремятся к тому, чтобы вытаскивать на дневной свет ранние произведения великих людей в их по возможности первоначальном облике. В юной душе Гете было нечто такое, что не было им самим. Там бушевали представления, целиком заимствованные из его окружения, его среды. Нас не интересует, как создалось его окружение, это касается только Гете. Но из всех вещей в Гетевской душе сплелось нечто из душевного в душе Гете и из ее вечно-духовного, что можно бы назвать: временное и вечно-духовное. Из всего этого в Гете касается нас только Вечное. Эти две вещи, из коих одна касается только Гете, а другая касается также и нас, — эти две души в молодом Гете были вчера как бы разделены поперечным сечением. И мы оставили то, что, владея юным Гете, сохранилось и в пожилом его возрасте, и отложили в сторону то, что жило в нем только в юности. Здесь вы можете увидеть, как в гении разыгрываются силы, притекающие из его окружения, и те силы, которые вырабатываются в нем для будущего.

И если мы вглядываемся в душу Гете в его юности, то его душа предстанет перед нами как арена борьбы: борьбы между тем Гете, который сопровождал его всю жизнь, и неким иным, которого он ниспровергал. Не будь этой борьбы, Гете не стал бы Гете. Здесь вы имеете очевидные противоречия, и эта противоречивость делает необходимым поступательное развитие человечества. Душа не может быть однородным существом, так как в таком случае она стояла бы на месте и о развитии не могло бы быть и речи. Когда перед нами проходит столь типически грандиозная душевная жизнь, как жизнь Гете, мы взираем на нее как на некую драму и с робостью и восхищением пытаемся приблизиться к ней, ибо в этой борьбе, которая разыгрывается как душевная жизнь, мы в одной — единственной инкарнации видим то, что является целой судьбой душевной жизни.

И мы можем указать также на нечто иное, имея в виду эту душевную драму. Переживем еще раз эту противоречивость в Гетевской душе, которая благодаря вчерашней рецитации была поставлена перед вашими душами, и мы увидим — что там еще гнездится! Там открывается взору то, как в зрелом возрасте он следовал тому только, что мы вчера обсуждали. Мы видим, что он принимает в себя одно то, что мы вчера отделили от временного в рецитации, и что он выбрасывает из себя другое. Этим обеим властям своей душевной жизни, без его участия, был предан Гете всю свою жизнь, подобно всякому человеку. Ибо каждый человек является существом (поскольку он наделен душой), которое не просто господствует над собой, но каждый человек также предан чему-то внутреннему, имеющему власть над ним, что не может быть с самого начала охвачено его знанием.

Если бы Гете уже в ту пору познал все то, что происходило в его душе, он не написал бы так своего стихотворения. Человек предан своей душевной жизни. Царит и действует в душевной жизни нечто такое, что представляется для нее как бы внешним миром. Именно так, как красная роза заставляет нас представлять ее красной и мы несем с собой далее как воспоминание красный цвет, так же в нас живет нечто, что принуждает нас совершенно определенным образом изживать внутреннюю драму нашей душевной жизни. Нашим господином является внешний мир во всех чувственных восприятиях. Подобного внутреннего господина мы должны также признать в душевной жизни, когда мы рассматриваем ее так, как протекает она во времени день за днем, год за годом, от одной жизненной эпохи к другой, внутренней властью устремляясь вперед и становясь все богаче и богаче. Уже из простого случая вы видите, что мы в нашей жизни, поскольку она является душевной жизнью, должны признать внешнего господина — принуждение чувственных восприятий, но также — внутреннего господина. И мы рухнули бы в сферу фантастики, если бы не захотели признать этого внутреннего господина.

Поскольку мы стоим в одной точке пространства, мы имеем господина во внешнем мире. Если мы идем вперед в нашей душевной жизни, то вглядываемся в драматическую противоречивость в нас и признаем, что подобный господин имеется также во внутреннем и благодаря ему в 7 лет мы имеем иную душевную жизнь, чем в 21 или 35 лет. Эта внутренняя душевная драма, с коей мы познакомились на конкретном примере с Гете, в конечном счете обставлена из суждений и переживаний любви и ненависти. Было сказано: процесс суждения ведет к представлению, любовь и ненависть проистекают из желания. Вы могли бы на это возразить: когда ты сводишь суждение к представлениям, то это противоречит тому простому факту, что из чувственных суждений во внешнем мире возникают представления. Ведь когда мы стоим напротив розы, то представление о красном возникает помимо того, что мы судим. Итак, по меньшей мере в этом случае, суждение не ведет к представлению и правильнее было бы именно обратное: сначала должно быть представление и лишь затем происходит суждение.

Но это только мнимое противоречие. Попробуйте однажды удержать его. Оно отнюдь не легко просматривается. Мы должны много наблюдать, чтобы подобрать ключ к разрешению этого мнимого противоречия. Мы должны направить свое внимание прежде всего на то, что представление есть нечто, имеющее в человеческой душевной жизни собственное бытие, собственную жизнь. Я прошу вас усвоить это положение во всей его весомости. Представления — это как бы паразиты, как бы внутреннее живое существо душевного существа, имеющее в душевной жизни собственное бытие. С другой стороны, также и желание имеет собственное бытие в душевной жизни. Фактически наша душевная жизнь противостоит представлениям и желаниям и вожделениям таким образом, что оба они изживаются как самостоятельные сущности, которым мы преданы как душевные существа. Мы легко убедимся в том, что представления ведут в душе собственную жизнь.

Достаточно только задуматься о том, что не в вашей власти вызвать в воспоминании любое представление. Вы не всегда сможете это. Иногда такие представления отказываются возвращаться в воспоминании. Говорят: это забыто. Представление не хочет подниматься в душевную жизнь, оно отказывается сначала. Возможность забвения свидетельствует о том, что некая чуждая сила властно препятствует этому возвращению представления. Представления, которые мы имели вчера, отказываются или противятся воспоминанию, даже если мы стараемся это сопротивление преодолеть. Эта борьба фактически есть борьба представления с чем-то иным, присутствующим в данный момент в нашей душевной жизни. Тем не менее не следует думать, что это представление утрачено навсегда. Оно может еще вернуться в воспоминании без помощи каких-либо событий во внешнем мире. Представление — такое существо, которое может иногда отказываться вступить в нашу душу.

Противник, борющийся против нас в представлениях, ведет себя по-разному, так что результаты могут быть весьма различными. Эта борьба собственных душевных сил с представлениями у разных людей протекает различным образом. Это разнообразие столь велико, что окончательные завершения поразительно отличаются друг от друга. Имеются люди, которые, собственно, никогда не испытывают затруднений, которые легко вспоминают свои сокровища представлений и знаний. Но затем находятся и такие люди, которые столь беспомощны и забывчивы относительно своих представлений, что это угрожает их здоровью и даже жизни. Тому, кто становится знатоком души, очень важно знать, насколько быстро он вспоминает, насколько быстро получает он представления. Сколь быстро капитулируют представления в этой борьбе — это для него верный масштаб для чего-то более глубокого в душевной жизни

Близость, как и отдаленность, представлений является для него выражением внутреннего здоровья или болезни. Мы сами имеем в этой малости интимное указание на конструкцию человека вплоть до телесности. Знаток души достигает такого состояния, когда он способен на основе того способа, которым человек преодолевает сопротивление представлений, сказать, чего не достает тому или иному человеку. Мы смотрим сквозь души людей и замечаем в человеческой душевной жизни еще нечто иное. К этому мы должны учитывать еще нечто, чтобы иначе представить себе, как представления ведут в нас собственную жизнь. Представления, которые мы имеем в каком-либо возрасте, составляют в своей совокупности нечто такое, чем мы не можем владеть в полной мере и чему мы преданы. В некоторых жизненных отношениях мы могли бы в этом убедиться. Например, понимаем ли мы некоего говорящего с нами человек или нет, зависит от нашей душевной жизни.

Не правда ли, вы поймете меня в моих лекциях. Но если вы захватите с собой на мои лекции каких-нибудь других людей, которые об этом ничего не знают, то многие из них, даже наиболее образованные, ничего не поймут. Почему? Потому что за многие годы они привыкли к другим представлениям и это препятствует пониманию новых представлений. Итак, старые представления не дают себя преодолеть новым представлениям. Одно только желание понять что-нибудь не принесет никаких плодов, если при этом нет массы представлений, которая делает это понимание возможным. Представления противостоят другим представлениям. Если вы вглядитесь в свою душевную жизнь, то обнаружите, что ваше “Я” играет здесь чрезвычайно скромную роль.

Когда вы нечто видите или слышите и это связывает вас, то у вас возникает наилучшая склонность забыть свое “Я”, и чем больше вы связаны, тем больше предрасположены забыть свое “Я”. Когда вы затем попытаетесь задним числом припомнить подобный момент, то можете сказать следующее: во мне было нечто такое, в чем мое “Я” не проявляло заметной активности. Я как бы забыл свое “Я”, как бы потерял самого себя, пожертвовал собой. Это всегда происходит так, когда человек что-либо слишком хорошо понимает. Но что происходит, когда человек что-нибудь не понимает? Тогда имеющиеся у нас массы представлений выступят против новых представлений. Драматическая борьба развертывается тогда в вашей душе, представления борются с представлениями, и вы сами в вашей душе являетесь ареной борьбы обоих представлений.

Ведь нечто весьма значительное в душевной жизни зависит от того, имеем ли мы именно те представления, которые необходимы для понимания чего-либо. Например, мы слышим о каком-нибудь деле, будучи совершенно неподготовленными. Если мы делаем это, возникает нечто весьма примечательное. В то мгновение, когда мы чего-либо не понимаем, к нам сзади как бы подступает демон. Если мы с пониманием и вниманием прислушиваемся, то демоническое не вступает в нас. Что есть то, что как демон наступает на нас? Это — ткущее в душевной жизни “Я”, которое как бы сзади нападает на нас. Пока мы понимаем и чувствуем себя как бы потерянными, оно молчит. Оно заявляет о себе в то мгновение, когда мы не можем чего-либо понять. Так что же это такое — непонимание?

Во всяком случае нечто такое, что словно выткано в душевной жизни и что доставляет человеку неприятные ощущения. Это собственная душа со всей прямотой возвещает о себе в неудовольствии. И если хорошенько рассмотрим то, что вступает в нашу душу как неудовольствие, недомогание, то можем сказать: это неудовольствие свидетельствует о том, что наша душевная жизнь построена таким образом, что имеющиеся у нас представления вовсе не безразличны к подступающим новым представлениям. Новые представления действуют таким образом, что сообщают нашим наличествующим представлениям хорошее самочувствие или недомогание. И когда это недомогание выступает не слишком грубо, то оно все же представляет собой силу, которая продолжает и дальше действовать в душевной жизни. Длительное действие этого настроения недомогания захватывает нечто более глубокое, так что проникает до разрушения телесности.

Это очень важно, чтобы как раз в тонких нюансах здоровья или болезни, проникающих вплоть до душевной жизни того или иного человека, принимать во внимание следующее обстоятельство: вынужден ли данный человек иметь в своей жизни дело преимущественно с вещами, которых он не понимает, или же он за всем следует с пониманием. Эти вещи имеют гораздо большее значение, чем о них задумываются в повседневной жизни.


См. также:
- Предисловие Марии Штайнер к изданию лекций Р. Штайнера "Антропософия, психософия, пневматософия"
Часть I. Антропософия
- Рудольф Штайнер. Антропософия. 1-я лекция, часть 1
- Рудольф Штайнер. Антропософия. 1-я лекция, часть 2
- Рудольф Штайнер. Антропософия. 2-я лекция
- Рудольф Штайнер. Антропософия. 3-я лекция, часть 1
- Рудольф Штайнер. Антропософия. 3-я лекция, часть 2
- Рудольф Штайнер. Антропософия. 4-я лекция, часть 1
- Рудольф Штайнер. Антропософия. 4-я лекция, часть 2
Часть II. Психософия
- Рудольф Штайнер. Психософия. 1-я лекция, часть 1
- Рудольф Штайнер. Психософия. 1-я лекция, часть 2

Вы также можете подписаться на мои страницы:
- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy

- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky
- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy

Tags: Штайнер, эзотерика
Subscribe

Posts from This Journal “Штайнер” Tag

promo philologist march 12, 14:36 4
Buy for 100 tokens
Министр финансов Великобритании Риши Сунак во время представления проекта бюджета страны британскому парламенту объявил, что власти страны отменяют НДС на выпуск печатных и электронных книг. «Я рад сообщить, что с 1 декабря 2020 года электронные и бумажные издания не будут облагаться…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments