Николай Подосокорский (philologist) wrote,
Николай Подосокорский
philologist

Categories:

Лев Пономарев: "В России изменения в сторону демократии не могут быстро произойти"

Правозащитник Лев Пономарев о современном самодержавии в России. Из интервью изданию "Апостроф". Лев Александрович Пономарёв (род. 1941) — российский политический и общественный деятель. Исполнительный директор общероссийского движения «За права человека». Организатор Конгресса интеллигенции против войны, самоизоляции России, реставрации тоталитаризма. Депутат Государственной думы РФ первого созыва. Член федерального политсовета Объединённого демократического движения «Солидарность». В 1988 году Пономарёв выступил одним из инициаторов создания Общества «Мемориал». В 1989 году был доверенным лицом академика Андрея Сахарова на выборах народных депутатов СССР.



- Как вы можете охарактеризовать ситуацию со СМИ в России. Возьмем хотя бы скандал с РБК. Есть ли предпосылки говорить, что ситуация становится хуже?

- Конечно, она с каждым месяцем ухудшается. И об этом говорят не только события в РБК. По утечке с собрания в этом издании и дискуссии, которую эта утечка вызвала в журналистском сообществе, мы видим, что ситуация ухудшилась. Впрочем, это не значит, что РБК сразу же стал плохим. Я был бы крайне неблагодарным читателем и зрителем, если бы так говорил. Вижу, что они продолжают работать хорошо. Все не так катастрофически выглядит, как нам предсказывали. Но в общем в СМИ ситуация ухудшается — это очевидно. Я не согласен и со многими радикальными высказываниями, например, по поводу "Эха Москвы". Вроде того, что "Эхо Москвы" и Алексей Венедиктов продались. Знаю, что там меня не цензурируют. Знаю, что это - по-прежнему место, где оппозиция может довольно жестко высказываться.

Пока свобода слова сохраняется, может быть, потому, что власть считает это важным или боится. Понятно, что она может уничтожить независимые издания одним росчерком пера. Но не делает этого (и слава богу). Власть манипулирует, и дает явный сигнал, будто на выборах будет "более честно считать голоса". Я - вообще сторонник мнения, что в России изменения в сторону демократии не могут быстро произойти. Поэтому нужно шаг за шагом — чтобы каждый человек, который считает себя сторонником либеральных ценностей, набрался терпения и делал свою работу. Но не торопиться и не высказываться радикально, разрушая, может быть, эту медленную и последовательную работу.

- Вы отметили, что свобода слова сохраняется - пока. Какой риск, что Россия перейдет от автократии к тоталитарному государству?

- Риск огромный. В поведении президента я тоже вижу большие риски: как мне кажется, по некоторой утечке информации, все меньше и меньше людей влияют на его решения. В каком-то смысле, решения принимаются одним человеком, а это уже и есть самодержавная власть. Самодержец может принять любое решение, в любое время. Мне, честно говоря, не очень понятно, что с ним происходит. Хотя институты, оставшиеся еще с того времени, когда он слушал других людей, пока что работают, но, вполне возможно, что он не обращает внимания на работу этих институтов. Работает, например, совет по правам человека при президенте. Должен сказать, когда члены совета встречаются с самим президентом, – вы можете удивляться – они говорят ему абсолютную правду. Они не боятся это делать. Другое дело, что о проблемах говорят, но решения не принимаются. Например, у нас в колониях и тюрьмах убивают людей, следователи совершенно распоясались. В СИЗО есть специальные пыточные "хаты". Когда об этом докладывают президенту, он говорит, что это обязательно надо исправить, меняет начальников. Но ситуация принципиально не меняется. Это – либо яркая демонстрация отсутствия политической воли, либо того, что уже ничего нельзя изменить в нашей стране.

- По поводу резонансной в России темы – так называемого "пакета Яровой". Российский бизнесмен, а ныне эмигрант Евгений Чичваркин заявил, что нашел в этом пакете пункт о легализации спецопераций российских спецслужб, убийств людей за пределами страны. Какова вероятность того, что это будет происходить на практике?

- Во-первых, на практике это уже происходит. Например, в Катаре это делали – убили Яндарбиева, и известно, что это были спецслужбы (один из чеченских лидеров Зелимхан Яндарбиев, убит в 2004 году, – "Апостроф"). Но можно найти и другие примеры. Другое дело, что это происходит как бы нелегально. В то же время есть и примеры других стран, которые также занимаются подобными вещами – например, США. Но, насколько я понимаю, у них это легализовано. Америка относительно демократическая страна, там сильно гражданское общество, а здесь (в России), я подозреваю, когда все будет легализовано, то поскольку государство довольно криминально, нарушает международные нормы..., все это будет вызовом для международного демократического сообщества. И, конечно, это опасно.

- Как большинство россиян, поддерживающих власть, отреагировали на принятие "пакета Яровой"?

- Большинство, как всегда, отреагировали безразлично, очень мало людей о нем знает. Около 40% слышали что-то о "законе Яровой", и, может быть, половина из них следила за этим вопросом. К сожалению, с "законами Яровой" борются в основном правозащитники и оппозиция. Правда, сейчас это вроде вынесено на более серозный уровень - когда бизнес стал с этим бороться. Они вложили деньги, собрали около ста тысяч подписей на государственном интернет-ресурсе. А если будет сто тысяч, то это уже должно рассматриваться как законодательная инициатива. Это хорошо, что подключился бизнес, у нас такой возможности нет. Но я думаю, что когда будет новый состав Государственной думы, то мы будем требовать, чтобы "законы Яровой" были пересмотрен по разным позициям. А бизнес будет требовать, чтобы перестали накапливать информацию, потому что это их разоряет.

- В своем блоге вы писали, что власть преднамеренно отменяет акции протеста, чтобы потом, когда молодежь на них все равно выйдет, применить "правомерно" против них силу, по примеру как это было с украинским Евромайданом. Пока ваш прогноз не подтвердился (акции против "пакета Яровой", в основном запрещенные властью, прошли в ряде городов, но жесткий силовой сценарий не использовался, – "Апостроф"). Вы считаете, что все еще может быть впереди?

- Например, то, что еще раньше произошло на Болотной площади, было очень даже на это похоже. Возможно дело в том, что это была как бы репетиция, и ее можно считать в этом отношении "не совсем удавшейся", потому что не так много людей там забрали. Но с другой стороны забрали около 30 человек, так что можно считать и удавшейся. Там были радикалы, к счастью там не было бутылок со смесью, но камни бросали люди в масках, которых так и не смогли идентифицировать. Радикальные люди есть в любой оппозиционной среде и эти радикалы должны быть (я сейчас свое кредо скажу) подконтрольны организаторам мирных акций, это очень сложная задача. Есть некая родовая травма, что организаторы мирного Майдана (в Киеве, – "Апостроф") не смогли взять радикалов под свой контроль. Вы можете не соглашаться, но я утверждаю, что это так и было. И это, я считаю, очень навредило мирному Майдану. Может быть, российские спецслужбы помогли украинским радикалам все это замутить. Как правило, в среду радикалов внедряются сотрудники спецслужб. <...>

- Вы предлагали "доктора Лизу" — Елизавету Глинку — на должность детского омбудсмена, но она отказалась. Пока даже не утвердили кандидатуры. Какая вероятность, что назначат сенатора Елену Мизулину? Или будет менее показательное назначение?

- Не знаю, потому что Мизулина имеет очень высокий статус. Как бы это не выглядело вызывающе для российского общества, это вполне вероятно. Когда (Татьяну) Москалькову назначили на пост уполномоченного по защите прав человека, то я высказывался вполне толерантно. Я говорил, что если Москалькова поймет, какой подарок судьба ей сделала, воспримет это как счастливый билет, то она вполне может стать правозащитницей. Хотя ей наверняка надо ментальность менять, потому что ментальность правоохранителя и правозащитника разная. И я допускаю, что это произойдет. Даже Мизулина может измениться. С другой стороны, я знаю, что она привела с собой людей из полиции, и эти люди, это окружение будут ей мешать это делать — и наверняка уже мешают.

Я тоже не думал, что назначат Москалькову, но назначили. Само это назначение говорит о том, что и Мизулина может получить должность омбудсмена. Но лучше бы назначили другого человека, который занимался этим, такого человека, который подходит и для правозащитный среды, и для власти. Мне почему-то показалось, что "доктор Лиза" подходит, потому что она работала в правозащитной среде и показала, что детьми может заниматься. Она ездила в Восточную Украину и вывозила детей под бомбежками. Елизавета не слишком пиарила свою политическую позицию, и, может быть, публично ее даже не высказывала. Она работала искренне с детьми, и само прозвище "доктор Лиза" она заработала еще до того, как я с ней познакомился. Я думаю, что она будет работать нормально, и будет приемлемой и для власти, и для правозащитников.

- Недавний опрос "Левада-центра" показал, что 64% россиян совершенно не чувствуют ответственности за происходящее в стране, а 73% граждан уверены, что не могут повлиять на ситуацию в России. Это отчаяние, или они действительно доверяют власти?

- Вопрос сложный. Во-первых, потому что опросы общественного мнения — особенно, когда задают вопросы, касающиеся власти, напрягают рядового россиянина. Так как власть у нас становится все более самодержавной, чекистской, а генералы ФСБ становятся губернаторами, обычного россиянина это напрягает, и он на всякий случай говорит то, что от него ожидают услышать.

Во-вторых, отчаянье тоже есть. Есть люди, которые говорят, что "все безнадежно". Но я не принадлежу к их числу, и не считаю, что все безнадежно. Думаю, что рано или поздно страна от этого морока освободится, тем более что у нас есть возможность что-то делать. Я многим коллегам говорю: друзья мои, вот сравните с сегодняшним днем возможность свободно что-то говорить и делать даже в брежневское или в раннее горбачевское время, когда еще людей сажали за политику. Конечно, сейчас просто несоизмеримо больше свободы. Так разве мы имеем право на уныние? Имеем ли мы право не делать ту работу, которую мы чувствуем себя способными сделать — для защиты свободы и демократии в стране? Так, как мы умеем, как хотим и знаем? Имеем ли мы право опускать руки, имеем ли мы право уезжать отсюда? Мы не знаем будущего, социальные процессы непрогнозируемы абсолютно: бывает, что социальные взрывы возникают на чисто эмоциональной почве. Я не думаю, что у нас режим устойчивый. И тем более сам режим не считает себя устойчивым, ведь мы видим все эти перестановки. Внутри самого режима наверху идет огромная борьба силовиков, и все это разрушает государство. Поэтому надо делать свою работу.

- Что сейчас происходит между ФСБ и Следственним комитетом? И имею в виду дело криминального авторитета Шакро Молодого.

- Я не знаю. У меня нет источников внутри этой системы. По правозащитной работе я знаю, что переплетение силовиков и уголовных авторитетов - повсеместно. Из публикаций, которые нам стали сейчас известны, мы видим, что это происходит на уровне руководителей Следственного комитета и коронованных воров в законе. На самом деле, такое переплетение есть по всей стране: в любой колонии, в любом СИЗО, где угодно. Что парадоксально, иногда оно работает даже во благо человека. Вот яркий пример вам приведу: наркотики передавать в колонию принципиально нельзя в обход администрации — не пронесешь. Но, с другой стороны, мы знаем, что во многих колониях наркотики распространяются довольно легко, и бывает так, что вор в законе, когда попадает в колонию, прекращает поступление наркотиков — борется с этим и прекращает, хотя наркотики поступали через администрацию. Он запрещает употреблять наркотики и лишает руководство этого учреждения больших заработков через поступление наркотиков. Таких примеров я знаю много.

Читать полностью: здесь

Вы также можете подписаться на мои страницы:
- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy

- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky
- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy
- в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/
- в телеграм: http://telegram.me/podosokorsky
- в одноклассниках: https://ok.ru/podosokorsky

Tags: Лев Пономарев, демократия, интеллигенция, правозащитники
Subscribe

Posts from This Journal “Лев Пономарев” Tag

promo philologist 18:41, Суббота 5
Buy for 100 tokens
Дорогие друзья, я принял участие в конкурсе профессионального мастерства книжной премии «Ревизор–2020» в номинации "Блогер года". Вы можете поддержать меня и мой книжный блог в интернет-голосовании, открытом на сайте журнала "Книжная индустрия" (регистрация там…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments