Николай Подосокорский (philologist) wrote,
Николай Подосокорский
philologist

Category:

Рудольф Штайнер. Миссия единичных народных душ... 10-я лекция, часть 2

Миссия единичных народных душ в связи с мифологией германского севера

Христиания, 16 июня 1910 г.

Но существуют еще культуры, сохранившие древнюю культуру - атлантическую - и внесшие ее в человечество послеатлантического времени. В те время, как индус с этой стороны подходит к своему эфирному телу и, исходя из него, т. е. его силами, создает величие своей духовной жизни, - с другой стороны, перед нами предстает культура, которая коренится в атлантизме и врабатывается в послеатлантическое время; культура, которая в ее основу и развитие кладет как бы вырабатывание другой стороны сознания эфирного тела. Это - китайская культура. Вы поймете частности китайской культуры, приблизившись к ней с этой точки зрения, - и если вы вспомните, что атлантическая культура имела непосредственное отношение к тому, что в наших прежних изложениях мы назвали "Великим Духом". Таким образом, эта культура имела непосредственное отношение к высочайшим ступеням мирового развития. Но эта культура действует еще и на современные тела людей и, опять-таки, с совершенно иной стороны.



Поэтому станет понятно, что как раз в этих двух культурах должны будут столкнуться обе большие противоположности послеатлантического времени: в определенных границах способная к развитию Индия и замыкающийся в себе, застывший, повторяющий то, что было в древнее атлантическое время, Китай. Получаешь действительно впечатление оккультно-научно-поэтического характера, наблюдая в ее развитии Китайскую империю, когда думаешь о китайской стене, которая должна была замкнуть от всего окружения то, что возникло еще в пра-отдаленных временах и развилось в послеатлантическое время; действительно, нечто подобное поэтически-оккультному ощущению закрадывается в душу, когда сравниваешь китайскую стену с тем, что существовало некогда в далеких временах. На эти вещи я могу лишь намекнуть. Если вы сравните приведенное с уже существующими в наши дни научными результатами, вы найдете, сколь необычайно показательны эти вещи.



Рассмотрим ясновидчески древний континент атлантического мира, который нам надлежит искать там, где теперь находится Атлантический океан, - между Африкой и Европой с одной стороны и Америкой - с другой. Этот континент омывался своего рода теплым течением, - течением, которое ясновидческое сознание - как бы это ни казалось странно - воспринимает идущим с юга через Баффинов пролив к северной Гренландии, омывая последнюю, затем, поворачивая на восток, оно постепенно охлаждалось и поворачивало - задолго до того, как Сибирь и Россия поднялись к земной поверхности - в области Урала вниз, изгибалось, затрагивая восточные Карпаты, и направлялось в область современной Сахары, чтобы, наконец, в Бискайском заливе впасть в Атлантический океан, образуя собой, таким образом, совершенно замкнутое течение. Вы поймете, что от этого течения могли сохраниться лишь самые последние остатки - и это Гольфстрим, который некогда омывал атлантический континент. Теперь вы поймете также, что душевная жизнь греков – это воспоминание.



В них всплывал образ Океана (Океаноса), который есть воспоминание о том атлантическом времени. Образ их мира не так уж неверен, потому, что он брался из древнего атлантического времени. Это течение, которое как теплое течение охватывало Шпицберген, поворачивая и мало-помалу охлаждаясь и т. д., и эту замкнутую течением область китайцы совершенно воссоздали, повторили в их замкнутой стеной культуре, перенесенной из атлантического времени. История как таковая еще не существовала в атлантической культуре. Поэтому и китайская культура сохранила в себе некую безисторичность. Здесь перед нами нечто прединдийское, нечто, идущее из Атлантиды. Обратимся теперь к тому, кто следует за германо-северным народным Духом. Что происходит, когда Дух народа ведет свой народ таким образом, что особенного развития достигает Самодух? Вспомним, что в индийской культуре развивается эфирное тело, в персидской - тело ощущений, в египетско-халдейской - душа ощущающая, в греко-латинской - душа рассудочная или характера, в нашей - еще не завершенной культуре – душа сознательная.



Затем следует - что мало-помалу должно быть подготовлено заданием шестой ступени культуры - охватывание душой сознательной Самодуха, свечение в душе сознательной Самодуха. Эта культура, которая отменным образом должна стать культурой - в-себя-приятия, потому что ей надлежит в полной самоотдаче ожидать проникновения Самодуха в душу сознательную, подготавливается народами западной Азии и продвинутыми постами славянских народов европейского Востока. Последние не зря продвинуты с их народными душами; они продвинуты по той причине, что все, что должно прийти в будущем, должно пройти перед этим через своего рода подготовку, должно выдвинуться, чтобы положить начатки будущего развития. Высокий интерес представляет изучение этих выдвинутых постов народной души, которая готовится на будущие времена. Отсюда своеобразность живущих на восток от нас славянских народов. Вся их культура производит на западного европейца впечатление подготовительной стадии, и через медиум передовых постов они странным образом открывают то, что по духу является чем-то совсем иным, чем любая из мифологий.



Сравнивать эту выступающую с Востока в ее стадии ожидания культуру с тем, что несут в себе западно-европейские народы в импульсе их прямолинейного развития, источник которого берет все свое начало еще в древнем ясновидении, - это значило бы не понять ее существа. Своеобразность души этих восточно-европейских народов выражается во всем их отношении к высшим мирам. Это отношение совсем иное, чем то, которое мы встречаем в нашей западно-европейской мифологии с ее удивительными, вплоть до индивидуального проработанными фигурами Богов. То, что оно нам показывает как непосредственное откровение народной сущности, мы можем сравнить с нашими различными планами или мирами, благодаря которым мы подготавливаем себя к постижению высокой духовной культуры. Запад принял следующие друг за другом, находящиеся один подле другого миры. На Востоке же перед нами, прежде всего, отчетливое сознание о мире космического отца.



Все, что творчески деятельно в воздухе и в огне, вообще в элементах, находящихся в Земле и над Землей, что выступает нам на встречу в великом, объемлющем общем понятии, которое в то де время является и общим ощущением, - в понятии небесного отца. Как мы, например, представляем себе мир Девахана оплодотворяющим нашу Землю, так с Востока нам выступает навстречу этот небесный мир отца, оплодотворяющий то, что ощущается как материнское начало Духа Земли. У нас нет никакого иного выражения и никакого иного средства для того, чтобы представить себе универсального Духа Земли, как только образ оплодотворения материнского существа Земли. Здесь противостоит друг другу неразличные индивидуальные фигуры Богов, а два мира. И этим двум мирам как третий мир предстает то, что ощущается как благословенное дитя обоих. Это не индивидуальное существо, не душевное ощущение, но нечто рожденное от небесного отца и матери-Земли. Так ощущается духовное отношение Девахана к Земле.



То, что возникает здесь как благословение, как весна, как расцвет и рост в материальном теле, - это ощущается совершенно духовным, а что расцветает и растет в душе - это ощущается как мир, который в то же время ощущается как благословенное дитя небесного отца и земной матери. Эти представления в их универсальности мы находим в продвинувшихся на Запад славянских народах. Подобного универсального ощущения мы не встречаем ни в какой западно-европейской мифологии. В ней мы встречаем ярко проработанные облики Богов, но не то, что мы излагаем, говоря о духовных планах; последние мы скорее встречаем в небесном отце, в земной матери и в благословенном дитяти Востока. В благословенном дитяти опять-таки заключается мир, проникающий собой другой мир. Этот мир, правда, представляется уже индивидуальным, потому что он связан с физическим солнцем и его светом.



Это существо, которое нам часто встречалось в персидской мифологии, имеет и славянский элемент, - хотя и в иначе выработанной форме ощущения и представления; он имеет солнечное существо, которое изливает свою благодать в три другие мира, так чтосудьба человека втянута в творение, в дарованную Землю, силой оплодотворения земной матери небесным отцом и силой того, что несет в эти два мира солнечный Дух. Пятый мир - это тот, который объемлет все духовное. Восточно-европейский элемент ощущает лежащий в основе всех сил природы и всей твари духовный мир. Но его мы должны представить себе в совершенно ином оттенке ощущения, - быть можетболее связанным с существами, фактами и творениями природы. Мы должны себе представить, что в природном свершении эта восточная душа в состоянии видеть не только существ внешне-физического чувственного порядка, а астрально-духовное.



Отсюда представление огромного количества существ в этом своеобразном духовном мире, который можно сравнить лишь с миром световыхэльфов. Мир, который брезжит здесь перед народной душевностью Востока, - это приблизительно мир, который в духовно-научном представлении считается пятым духовным миром. Каким именем вы его обозначаете - это не имеет значения; но значение имеет то, что оттеняются и окрашиваются ощущения, что на Востоке живут представления, которые характеризуют этот пятый план или этот пятый духовный мир. Этими ощущениями этот восточный мир совершает подготовительную работу для того духа, который должен внести в людей Самодуха, для той эпохи, когда душе сознательной надо будет подняться к Самодуху: в шестой послеатлантической культурной эпохе, которая сменит нашу пятую. Исключительно своеобразным образом это выступает нам навстречу не только в творениях народной души, которые являются такими, как я их сейчас охарактеризовал, но в удивительно подготавливающем виде это выступает еще и во многих иных выражениях восточной Европы и ее культуры.



Странно и глубоко интересно, что этот восточный европеец тем выражает по отношению к чистому духу свои задатки к в-себя-приятию, что он в большой самоотдаче принял западно-европейскую культуру, тем самым пророчески указывая, что он сможет соединить со своим существом еще более великое. Отсюда тот малый интерес, который он несет навстречу частностям этой западно-европейской культуры. Предстающее ему он схватывает в крупных штрихах и меньше в частностях, потому что он подготавливается к усвоению того, что вступит в человечество как Самодух. Особенно интересно отметить, как под этим влиянием на Востоке создалось гораздо более продвинутое понятие о Христе, чем в Западной Европе, - поскольку в последней оно не возникает из духоведения. Из всех не-духоведов самым продвинутым понятием Христа обладает русский философ Соловьев. Его понятие Христа таково, что оно может быть понято только теми, кто знаком с духовной наукой, потому что он развивает его все дальше и выше, показывая его в бесконечной перспективе, показывая, что-то, что познает в нем человек наших дней, есть лишь начало, т. к. импульс Христа не смог еще много открыть человечеству из того, что он в себе содержит.



О понятии Христа, например, как его охватывает Гегель, мы можем сказать: у Гегеля оно таково, каким его может постичь тончайшая, высочайшая душа сознательная. Совсем иное понятие Христа мы встречаем у Соловьева. У него ясна двоесущность в этом понятии Христа и отклоняется все то, что возникло из различных теологических пререканий, что, в сущности говоря, исходит из глубоких недоразумений, потому что обычных понятий не хватает для того, чтобы объяснить понятие Христа в этой его двоесущности, не хватает, чтобы понять, что в нем точно должны быть различае мы человеческое и духовное. Понятие Христа зиждется как раз на этом точном постижении того, что произошло, когда в человека Иисуса из Назарета, который выработал все необходимые для этого предпосылки, вступил Христос. Здесь заключены две натуры, которые прежде всего и должны быть постигнуты, - хотя на более высокой ступени они, опять-таки, охватываются единством.



Пока не постигнешь эту двойственность, не постигнешь и Христа в его полном облике, а это доступно только такому философскому постижению, которое чает, что человек сам вступит в культуру, в которой его душа сознательная достигнет такого состояния, что ему станет возможно принять Самодуха. Таким образом, в этом шестом культурном периоде человек сам будет переживать свою двойственность, причем его высшая природа будет держать низшую на поводу. Эту двойственность Соловьев вносит в его понятие Христа и ясно подчеркивает, что это понятие Христа только тогда имеет смысл, когда допускаешь божественную и человеческую природу, которые, опять-таки, лишь тогда могут быть постигнуты, когда охватываешь их в их реальной со-деятельности и этим самым не в отвлеченном, а в реальном единстве. Соловьев уже признал, что в этом существе надо себе представить два волевых центра.



Если вы обратитесь к антропософским теориям об истинном значении существа Христова, к тем, которые возникли не из просто мыслительного, а из спиритуально-сущего индийского начала, то вы встретите в них описание Христа с проработанным в трех телах моментом чувства, моментом мышления и моментом воли. Тут перед вами - человеческое чувство, мышление и воля, в которые нисходит божественное чувство, мышление и воля. Европейское человечество усвоит это полностью лишь по достижении им шестой ступени культуры. Пророчески же это удивительно выразилось в том, что как утренняя заря будущей культуры брезжит у Соловьева в его понятии Христа. Поэтому такими гигантскими шагами перегоняет эта философия восточной Европы гегельянство и кантианизм и, вступая в атмосферу этой философии, в ней вдруг затрагиваешь ощущением как бы семя к более позднему расцвету. Это уводит в такие дали по той причине, что ощущаешь это понятие Христа как пророческий предрассвет, как утреннюю зарю шестой постатлантической культуры.



Здесь стягивается к центру все существо Христа и все значение существа Христа для философии и поэтому Оно становится чем-то совсем иным, чем то, что в состоянии дать западноевропейские понятия. Понятие Христа, поскольку оно вырабатывается вне духовно-научной области и постигается как жизненная субстанция, которая, подобно личности духовного порядка должна деятельно вступить во все государственное и социальное начала, - это понятие, которое ощущается как личность, в служении которой находится человек, как человек с Самодухом, сама эта личность, в служении которой находится человек, как человек с Самодухом, сама эта личность Христа удивительно пластически вырабатывается в трудах, которые Соловьев посвящает Евангелию от Иоанна и его вступительным словам. И, опять-таки, лишь на духовнонаучной почве может быть найдено понимание того, насколько глубоко проникает Соловьев в слова: "В начале было Слово или Логос" и т. д, насколько по-иному постигается Евангелие от Иоанна как раз философией, в которой чувствуется, что она есть семя в прорастании, философии, странным образом указывающей в будущее.



Если с одной стороны надо сказать, что в области философии Гегель приносит самый зрелый плод, нечто, что как самый зрелый плод рождено из души сознательной, то, с другой стороны эта философия Соловьева есть семя в душе сознательной для философии Самодуха, который 6удет вчленен в шестом культурном периоде. Возможно, что не существует больших противоположностей, чем отменно христианское понятие о государстве, которое как высокий идеал реет перед Соловьевым, подобно сновидению о будущем, это христианское понятие государства и народа, которое принимает все существующее, чтобы принести это нисходящему Самодуху, чтобы встретить с этим будущее, чтобы мощью будущего дать проникнуть в это Христову началу, - не существует больших противоположностей, чем это понятие христианской общины в соловьевском смысле, когда понятие Христа совершенно несет в себе характер будущего, - и понятия божеского государства у святого Августина, который, хотя и принимает понятие Христа, но строит государство так, что оно является римским государством, который принимает Христа в представление о государстве, но в представление, данное ему этим римским государством.



Существенным же является то, что приводит к сознанию развивающегося для будущего христианства. В соловьевском государстве Христос является кровью в артерии всей социальной жизни; и существенно то, что государство мыслится во всей конкретности личности, т. е. так, что оно хотя и действенно как духовная сущность, но в то же время, исполняет свое назначение со всеми свойствами характера личности. Кроме этой совсем еще зачаточной философии, никакая другая философия не проникнута так сильно понятием Христа, светящимся нам только с самых вершин духопознания. Все, что мы встречаем на Востоке, начиная от народной душевности и подымаясь вплоть до философии, предстает перед нами как нечто, что несет в себе еще только зачаток будущего развития и что поэтому должно было преуспевать при особом воспитании того Духа Времени, который нам уже знаком как Дух Времени древнего греческого народа, который после вступившего Христова импульса был снабжен миссией стать деятельным Духом Времени позднейшей Европы.



Не только воспитывать, но и лелеять с первой ступени ее бытия должен был этот Дух Времени народную душевность, которая прорастит и разовьет семя шестого периода культуры. Итак, мы действительно можем сказать, - причем понятие отца и понятие матери теряют их разделяющий смысл, - что то, чем является русская народная душевность в ее постепенном становлении в народной душе, не только воспитано, а вскормлено и вспоено тем, что идет от древне-греческого Духа Времени, в другом ранге внешнедеятельного далее. Так распределяются миссии между западной, центральной и Северной Европой и Европой восточной. На эти свершения я и хотел вам указать. Основываясь на сказанном, мы сможем дать еще несколько указаний и показать, как разовьется европейское будущее, приняв в себя и те идеалы, которые мы должны создать себе из этих познаний; мы покажем, как под влиянием этих свершений германо-северный Дух народа понемногу преобразуется в Духа Времени.


См. также:
- Рудольф Штайнер. Миссия единичных народных душ... Предисловие к циклу и 1-я часть 1-й лекции
- Рудольф Штайнер. Миссия единичных народных душ... 1-я лекция, часть 2
- Рудольф Штайнер. Миссия единичных народных душ... 2-я лекция, часть 1
- Рудольф Штайнер. Миссия единичных народных душ... 2-я лекция, часть 2
- Рудольф Штайнер. Миссия единичных народных душ... 3-я лекция, часть 1
- Рудольф Штайнер. Миссия единичных народных душ... 3-я лекция, часть 2
- Рудольф Штайнер. Миссия единичных народных душ... 4-я лекция, часть 1
- Рудольф Штайнер. Миссия единичных народных душ... 4-я лекция, часть 2
- Рудольф Штайнер. Миссия единичных народных душ... 5-я лекция, часть 1
- Рудольф Штайнер. Миссия единичных народных душ... 5-я лекция, часть 2
- Рудольф Штайнер. Миссия единичных народных душ... 6-я лекция, часть 1
- Рудольф Штайнер. Миссия единичных народных душ... 6-я лекция, часть 2
- Рудольф Штайнер. Миссия единичных народных душ... 7-я лекция
- Рудольф Штайнер. Миссия единичных народных душ... 8-я лекция, часть 1
- Рудольф Штайнер. Миссия единичных народных душ... 8-я лекция, часть 2
- Рудольф Штайнер. Миссия единичных народных душ... 9-я лекция, часть 1
- Рудольф Штайнер. Миссия единичных народных душ... 9-я лекция, часть 2
- Рудольф Штайнер. Миссия единичных народных душ... 10-я лекция, часть 1


Вы также можете подписаться на мои страницы:
- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy

- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky
- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy
- в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/
- в телеграмм: http://telegram.me/podosokorsky

Tags: Штайнер, эзотерика
Subscribe

Posts from This Journal “Штайнер” Tag

promo philologist march 12, 14:36 4
Buy for 100 tokens
Министр финансов Великобритании Риши Сунак во время представления проекта бюджета страны британскому парламенту объявил, что власти страны отменяют НДС на выпуск печатных и электронных книг. «Я рад сообщить, что с 1 декабря 2020 года электронные и бумажные издания не будут облагаться…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments