Николай Подосокорский (philologist) wrote,
Николай Подосокорский
philologist

Category:

Рудольф Штайнер. Евангелие от Матфея. 9-я лекция, часть 1

Берн, 9 сентября 1910 г.

Мы уже видели, что основным результатом пришествия Христа была возможность для человека вступать в духовный мир, с полным сохранением сознания "я", - того самого сознания, которым человек обладает в наши дни, находясь на физическом плане в нормальном состоянии. И этот сдвиг в человеческой эволюции, сдвиг, осуществившийся благодаря пришествию Христа, - в то же время и самый значительный сдвиг, который когда-либо происходил и даже когда-либо произойдет в будущем. Это значит, другими словами, что все, чему еще надлежит быть, будет лишь продолжением и дополнением этого сдвига, этого импульса. Спросим же теперь, что в точности должно было тогда произойти?



Нужно было, чтобы в плане историческом вплоть до мельчайших деталей оказалось воспроизведенным все содержание древних мистерий. С одной стороны, это нисхождение в физическое и эфирное тела и встреча с искушениями, о которых мы говорили вчера. С другой стороны - это содержание греческих мистерий, то есть распространение в Космосе и все связанные с этим опасности и препятствия. И эти испытания, через которые проходит человек на том или ином пути посвящения, были преодолены Христом, давшим тем самым величайший прообраз человечеству. И отныне благодаря тому единственному импульсу, который дан Христом, люди могут постепенно продолжать эволюцию, отправляясь от посвящения как от исходной точки. Посмотрим, что же осуществлялось в мистериях.



В процессе испытаний, переживаемых при посвящении человеческой душой, "я" было в некоторой степени приглушено, поддерживалось в состоянии полусна. Внутреннее же существо человека проходило при этом испытание, завершавшееся пробуждением эгоизма: в человеке возникало желание полностью освободиться от внешнего мира. Но мы показали вчера, что раз всякий человек зависит от внешнего мира и, в особенности, от своего физического организма, раз он не в состоянии посредством магии доставать пищу, он подпадает действию иллюзии, которая заключается в том, что мираж, подсказываемый ему собственным же организмом, он принимает за "райское блаженство". Всякий ученик, всякий будущий посвященный проходит это испытание, - но совсем в ином состоянии, чем Иисус Христос, переживший его на высоком уровне. Так, если кто-нибудь сначала ограничивался описанием переживаний, через которые проходил человек в древних мистериях, а затем другой описывал те же испытания применительно к жизни Иисуса Христа, то оба описания были в достаточной степени схожи.



Действительно, все, что в былые времена происходило под покровом мистерий, было внесено Иисусом Христом в план всеобщей истории и стало единственным в своем роде историческим событием. Обратимся к случаю, очень распространенному в древности, в особенности в последние века перед пришествием Христа. Какой-нибудь художник или писатель, познакомившись с обрядами, соблюдаемыми при посвящении ученика мистерий, рисовал картину или писал рассказ. И эта картина или повесть могли походить на все то, что рассказывается в Евангелии о событиях из жизни Христа. Так, мы можем представить, как в некоторых мистериях тело будущего посвященного, прошедшего нужную подготовку, привязывалось с распростертыми руками на кресте. В этом положении тело оставалось некоторое время, чтобы освобожденная душа посвящаемого вышла из тела и прошла все описанные нами этапы. Вот что могли рисовать или рассказывать художники и писатели.



И вот кто-нибудь обнаруживший в наши дни такой факт сказал бы, что этот художник или писатель вдохновились античной традицией и описали то, что происходило в древних мистериях. Такой человек мог бы также утверждать, что в Евангелиях не описывается и не рассказывается ничего такого, что не существовало бы уже много раньше. Именно так и обстояло дело в многочисленных случаях. Я уже говорил в "Христианских мистериях и мистериях древности" до какой степени это верно, когда показывал, что все, бывшее тайным в древних мистериях, заново ожило в Евангелиях и что в основном Евангелия ничто иное, как повторение древних описаний посвящения. Как же случилось, что, описывая события жизни Христа, евангелисты тем самым описывали процедуры, применявшиеся в древних мистериях? Да просто потому, что перед нами как исторический факт осуществлялось все то, что в древних мистериях оставалось внутренним переживанием души; потому что события жизни Христа, поднятые до реальности "я", совершенно естественно воспроизводили полуреальные-полусимволические процессы древнего посвящения.



Если строго придерживаться факта, что пришествие Христа - событие историческое, что все то, что предварительно имело место в мистериях (и при этом в других состояниях сознания), было Христом осуществлено в плане истории, тогда можно найти правильную точку зрения, чтобы разобраться в этих совпадениях между биографией Христа, приводимой Евангелиями, и этапами посвящения. Для большей точности можно сказать еще и так: люди, призванные лицезреть Христа в Палестине, восприняли Его пришествие как исполнение пророчеств ессеев, - Крещение Иоанном Крестителем на Иордане, искушение и все то, что затем последовало: Распятие и т. п. И тогда они могли сказать себе: "Мы были свидетелями жизни Существа в человеческом теле. Когда мы устанавливаем наиболее важные, наиболее существенные моменты этой биографии, что же, строго говоря, оказывается? Странное дело, но мы обнаруживаем, что известные факты, составившие внешнюю историческую жизнь этого Существа, переживались также и в мистериях человеком, вступившим на путь посвящения. Поэтому достаточно проследить законы посвящения, чтобы обнаружить в них предвосхищение событий, которые мы вправе рассматривать как исторический факты".



И в этом заключена великая тайна: то, что издревле было погребено в потаенных святилищах храмов, все то, что там происходило и что выносилось в мир как результат, - все это для тех, кто был причастен к духовному видению, через пришествие Христа запечатлелось в широчайшем общечеловеческом плане истории. Нужно хорошо отдавать себе отчет в том, что в эпоху, когда писались Евангелия, биографии не составлялись так, как это делается в наши дни, когда речь идет о Гете или Шиллере: биографы не копались в подноготной, они не коллекционировали ярлыков для того, чтобы создать основной жизненный стержень из деталей, представляющих в действительности второстепенные мелочи. Коллекционирование ярлыков не позволяет видеть истинной сущности дела. Евангелисты же ограничивались приведением основных фактов из жизни Иисуса Христа, которые воспроизводили в историческом плане этапы посвящения. Чему же здесь удивляться? Вещи, кажущиеся столь поразительными, предстанут как самоочевидные, если мы подумаем о следующем.



Нам известны древние мифы и легенды. Что это такое в действительности? Знакомый с этими памятниками обнаружит в некоторых из них повествование о событиях, воспринятых в духовных мирах древним ясновидением и облеченных в чувственные образы; другие же, в сущности, представляют собой ничто иное, как воспроизведение того, что совершалось в мистериях. Таков миф о Прометее и многие другие мифы. Часто, например, мы видим Зевса в обществе менее высокого божества, пытающегося - с точки зрения грека - искушать Зевса. "Пан, искуситель Зевса"... Зевс стоит на возвышенности, а рядом с ним - Пан, искушающий его: вот что показывается с помощью разнообразнейших образов. Зачем же создавались такие картины? Они должны были показать нисхождение человека в самого себя, его встречу с собственной низшей природой, - с эгоистической природой Пана, - при спуске в физическое и эфирное тела. Так античный мир пытался рассказать о событиях, развертывавшихся на пути посвящаемого в духовные миры: эти события художественно воспроизводились в мифах и символах.



И вот в наши дни находятся люди, которые, открывая необычайный образ Пана рядом с Зевсом на горе, со всей легкостью заключают: "Все ясно! Искушение Христа существовало задолго до Него! Стало быть, Евангелия всего лишь воспользовались древними темами и скопировали их". И отсюда они выводят, что Евангелия не содержат ничего нового и представляют собой всего лишь компиляцию легенд, приписанных воображаемому Христу. В Германии даже существовал целый круг достаточно поверхностных людей, ставящих под сомнение существование Христа. При полном, поистине смехотворном неведении предмета (это невзирая на глубокую эрудицию этих ученых) делались ссылки на все легенды, на все мифы, позволяющие "доказывать", что сцены, приводимые Евангелиями, были известны задолго до их написания. Организовались даже целые духовные течения, основанные на этих ложных заключениях.



Я бы и не заговорил здесь об этом, не будь мы вынуждены занять известную позицию по отношению ко всем возражениям, высказываемым с разных сторон и с подлинной эрудицией против утверждения духовной науки. Я излагаю здесь истинное положение вещей. Образы и описания, имеющие своими истоками мистерии, действительно, не могут не воспроизводиться в Евангелиях. Потому что цель Евангелий - именно в том, чтобы показать, что все, что в былые времена осуществлялось в мистериях с человеком с затемненным сознанием, произошло однажды в свете дневного сознания, и "Я" одного Существа прошло через те же испытания мистерий, но в полном сознании. Поэтому не нужно удивляться, когда говорят, что в Евангелиях нет почти ничего, что не существовало бы и раньше. Ибо в какой форме это существовало? О том, что было раньше, можно сказать так: человек должен вознестись в Царство Небесное, потому что это Царство еще не снизошло к человеку. А новое в Евангелиях - это то, что путь, который раньше можно было пройти лишь с затемненным сознанием "я", теперь мог быть пройден сознательно и "я" сохраняло свою полноценность в Малхуте, в Царстве земном.



Вот почему после всего того, что описывается в Евангелии от Матфея как искушение, Христос становится возвестителем Царства. Что же Он, в сущности, имел сказать? Он должен был сказать следующее: то, что раньше достигалось человеком лишь при условии, что он заставлял умолкнуть свое "я" и отдавался в руки других существ, теперь может быть осуществлено человеческим "я", сохраняющим свою полноценность и самостоятельность. Вот то основное, что заключалось в вести Христа. В жизни Христа не только должны были повториться все события, воспроизводящие этапы посвящения, - нужно было еще, чтобы Его пророчество Царства содержало следующее утверждение: все обетования, дававшиеся ранее посвященным мистерий (или последователям их учений), теперь даются всем, воспринимающим в самих себе сущность "я", и прообразом этого для нас послужила жизнь Христа. Все должно возрождаться, даже учения. Но нас не должно удивлять то, что между древней и новой доктриной остается разница: теперь человеку в сознании "я" доступно то, чего раньше он в этом сознании достигнуть не мог.



Представим себе, что, поучая людей этой великой истине, Христос хотел показать, что раньше люди, верные учениям мистерий, всегда взирали ввысь к Царству Небесному и говорили себе: "С высот сходит на нас блаженство, но оно не проникает до самого нашего "я". И вот Христос, сохраняя все, что говорилось до Него (то есть что всяческое бытие имеет своим Божественным источником Отца, и к этим истокам можно подняться, приглушив "я"), видоизменяет лишь оттенки, но оттенки существенные. Он говорит, например, следующее: "Раньше нас учили, что надо поднимать взор ввысь к Царству, где пребывает Отчее начало всего бытия, и ждать, чтобы его свет осветил нас; теперь же можно утверждать, что этот свет просвещает вас не только сверху: но воля, принятая там в вышине, должна проникнуть в глубину "я" и стать волей в "я".



Предположим, что отдельные предложения "Отче наш" уже существовали; все же Христос внес в текст некоторые видоизменения. Он как бы сказал: "Прежде, поднимая взор к Божественному духу Отца, обращались к Нему как к неизменному центру, из которого с высоты можно рассматривать Царство земное. Теперь же Царство должно снизойти вплоть до Земли, где пребывает "я", и воля, исполняемая там, вверху, должна исполниться и здесь, на Земле". Каковы же последствия таких изменений? Внимательный наблюдатель, понимающий смысл основных оттенков, нисколько не удивится тому, что текст "Отче наш" мог существовать в древности. Человек же поверхностный этих оттенков не заметит, потому что ему не это важно. Ему важен не смысл христианства, потому что он ему непонятен. Находя эти слова в древних текстах и не замечая оттенков, которые, однако, существенны, он заявляет: "Я же говорил вам: евангелисты отредактировали "Отче наш", но этот текст существовал и раньше!"



Поймите, какая существует разница между подлинным пониманием текстов и их поверхностным изучением! Ссылаясь на древние тексты, важно замечать их разночтения. И поверхностный исследователь, игнорирующий эти разночтения, ограничивается утверждением, что "Отче наш" существовал и в былые времена. Я отмечаю мимоходом все эти факты, потому что антропософы должны быть в состоянии противостоять напору и защищаться от нападок этой дилетантской эрудированности, столь частой в наши дни; распространяемая прессой, она воспринимается массами уже как "научная". Что же касается "Отче наш", то действительно, кому-то в один прекрасный день захотелось набрать разных фраз из всякого рода древних памятников, в частности, из Талмуда, и составить из них текст, похожий на "Отче наш".



Заметьте хорошенько, что данный эрудит нашел не целый текст полностью. Нет, он натаскал отдельные, изолированные предложения, рассеянные во многих текстах. Взглянув на это с анекдотической стороны, можно было бы сказать, что и первые строки Гетева "Фауста" тоже написаны подобным способом; что в XVII веке был некий студент, который, провалившись однажды на экзамене, заявил своему отцу: "Увы! Я старательно и терпеливо изучал юриспруденцию". Другой студент, провалившись по медицине, тоже будто бы сказал: "Увы, я изучил медицину и т. д."... Вот, дескать, из чего Гете составил начало своего "Фауста"! Я преувеличиваю, но и принцип, и метод практикуемой критики Евангелий в точности те же. Вот те фразы, которые якобы были скомпилированы и образовали текст "Отче наш":



"- Отче наш, сущий на Небесах, Господь Бог наш,
-- Да святится имя Твое,
-- Да прославится память о Тебе на Небе, как и на Земле,
-- Царствуй над нами ныне и вовеки;
-- Святые всех времен говорили: смилуйся надо всеми людьми и прости им преступления их;
-- Не введи нас во искушения, но избави нас от зла,
-- Ибо Ты еси Царство Небесное и Ты должен царство вать в славе всегда и вовеки".



Вот фразы, которые были связаны воедино, как я вам это только что рассказал, то есть так был составлен текст "Отче наш"; но в этом тексте недостает одной действительно значимой детали, которая должна была в нем содержаться, свидетельствуя о величайшем значении пришествия Христа. И эта деталь такова: ни в одной из фраз не говорится о том, что Царство должно сойти на Землю. Говорится: "Царствуй над нами отныне и вовеки", - но не "Да приидет Царство Твое". Вот те важнейшие слова, которых даже не замечает поверхностный исследователь. И хотя все эти разрозненные предложения были обнаружены не в одном, а во многих книгохранилищах, того, что действительно имеет значение в "Отче наш", не было обнаружено нигде: "Да будет воля Твоя на Земле, как на Небе", то есть - да проникнет Твоя воля в "я"!



Вот в чем обнаруживается, хотя бы и чисто внешним образом, разница между видимостью исследовательской работы и исследованием действительно добросовестным, считающимся со всеми подробностями. И это добросовестное изыскание всегда возможно при наличии истинного желания. Я прочел вам все эти фразы из книги Джона М. Робертсона "Евангельские мифы". Человек же, читающий многочисленные доклады на тему "Жил ли Иисус?", именуется Артуром Древсом. Этот профессор немецкого лицея разъезжал повсюду с докладами на тему о действительном существовании Иисуса, и, основываясь на рассказанных мною фактах, утверждал, что ни один документ не позволяет допустить реального существования Иисуса.



В книге Робертсона доказывается, что модели "Отче наш" существуют не только в различных местах Талмуда, но что их можно обнаружить и в самых древних текстах, насчитывающих многие тысячелетия. И чтобы показать, что "Отче наш" - нечто иное, как компиляция текстов, существовавших ранее, и что для сочинения этой молитвы не было надобности в пришествии Христа, - та же книга сообщает, что существует молитва на халдейском языке, записанная на плитках, которая обращена к древнему вавилонскому божеству Меродаху.



Автор цитирует несколько выдержек. Я прошу вас внимательно их прослушать. Вот те места, о которых идет речь в книге: "Примечание: в журнале Роял Артистик Сосайяти (октябрь 1891 г.) мистер Т. Г. Пинчиз впервые публикует перевод текста плитки, обнаруженной в Сипаре в 1882 г., где в обращении к Меродаху имеются следующие строчки: "Да сойдет полнота Вселенной в твою среду (в город); да будут исполнены твои приказы в будущем... Да живет злой дух вне тебя". И ученый, на которого этот пассаж произвел большое впечатление, добавляет: "Здесь мы имеем молитву-стандарт, которую можно сравнить с "Отче наш" и возникновение которой восходит, может быть, к 4000 году до Р.Х".



В чем же, разумно рассуждая, найдете вы сходство между "Отче наш" и этими фразами? А ученый видит в них типичный текст молитвы, с которой скопирован "Отче наш". И это-то в наши дни считается истинно научным исследованием! Есть и еще одна причина для такого обсуждения этих вещей в среде антропософов. Вы можете успокоить свою совесть, которая, вероятно, смущается тем, что чисто внешние исследования установили ряд фактов, что в газетах сообщается о том, что в Азии найдены плитки с текстами, дешифровка которых позволяет утверждать, что молитва "Отче наш" существовала за 4000 лет до Христа. Нам надо знать, на чем все эти утверждения основываются. Поэтому я хотел продемонстрировать вам, что в действительности означает утверждение, что нечто "научно установлено". Мы на каждом шагу встречаемся с подобными случаями, и вы должны разбираться во всяких подобных подтасовках.



См. также:
- Рудольф Штайнер. Евангелие от Матфея. 1-я лекция, часть 1
- Рудольф Штайнер. Евангелие от Матфея. 1-я лекция, часть 2
- Рудольф Штайнер. Евангелие от Матфея. 2-я лекция, часть 1
- Рудольф Штайнер. Евангелие от Матфея. 2-я лекция, часть 2
- Рудольф Штайнер. Евангелие от Матфея. 3-я лекция, часть 1
- Рудольф Штайнер. Евангелие от Матфея. 3-я лекция, часть 2
- Рудольф Штайнер. Евангелие от Матфея. 4-я лекция, часть 1
- Рудольф Штайнер. Евангелие от Матфея. 4-я лекция, часть 2
- Рудольф Штайнер. Евангелие от Матфея. 5-я лекция, часть 1
- Рудольф Штайнер. Евангелие от Матфея. 5-я лекция, часть 2
- Рудольф Штайнер. Евангелие от Матфея. 6-я лекция, часть 1
- Рудольф Штайнер. Евангелие от Матфея. 6-я лекция, часть 2
- Рудольф Штайнер. Евангелие от Матфея. 7-я лекция, часть 1
- Рудольф Штайнер. Евангелие от Матфея. 7-я лекция, часть 2
- Рудольф Штайнер. Евангелие от Матфея. 8-я лекция, часть 1
- Рудольф Штайнер. Евангелие от Матфея. 8-я лекция, часть 2

Вы также можете подписаться на мои страницы:
- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy

- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky
- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy
- в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/
- в телеграм: http://telegram.me/podosokorsky

Tags: Штайнер, инициация, христианство, эзотерика
Subscribe

Posts from This Journal “Штайнер” Tag

promo philologist november 15, 07:57 5
Buy for 100 tokens
С разрешения издательства публикую фрагмент из книги: Ирина Зорина. Распеленать память. СПб.: Изд-во Ивана Лимбаха, 2020. — 560 с., ил. ISBN 978-5-89059-395-5 Купить книгу: https://limbakh.ru/index.php?id=8062 Аннотация: Книга Ирины Николаевны Зориной — из разряда подлинных…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment