Николай Подосокорский (philologist) wrote,
Николай Подосокорский
philologist

Category:

Рудольф Штайнер. Экскурсы в Область Евангелия От Марка. 4-я лекция, часть 1

Берлин, 6 декабря 1910 г.

Из моей книги «Христианство как мистический факт», вы все могли понять, что Евангелия должны быть восприняты особым образом. Продолжая этой зимой рассмотрение Евангелий, я ведь не стану опять все начинать с начала для более молодых членов собрания, для которых, конечно, многое в последующих разъяснениях будет трудным для понимания. Я неоднократно говорил генеральному собранию, что молодым членам Общества необходимо посещать курсы, открытые для повторения пройденного, — иначе мы не сможем идти вперед. Но я хотел бы еще особенно отметить: по-видимому, нельзя добиться того, чтобы молодые члены Общества действительно энергично работали над повторением начальных стадий теософической жизни.



И поэтому ситуация будет все снова повторяться, — я говорю сейчас об этом гипотетически: молодые члены Общества будут находить многое, относящееся к высшим областям духовной науки и требующее известных предпосылок, — непонятным и составят себе странное представление о духовной науке. Но это будет зависеть от членов Общества, а не от сказанного здесь. В моей книге «Христианство как мистический факт» показано, что мы должны принимать Евангелия как книги посвящения, то есть эти Евангелия, в сущности — не что иное, как некое описание древних ритуалов посвящения. Что же заключалось в таких древних правилах посвящения или инициации? В них содержалось в основном описание того, как руководить кандидатом для постепенного обучения его на пути в высшие миры, как он получал известные внутренние переживания, как он пробуждал силы, дремлющие в его душе; как высшая ступень присоединялась к низшей ступени — вплоть до той ступени инициации, на которой душа посвященного пронизывается духовным миром и к нему приближаются тайны духовного мира. И тогда он может видеть в этом духовном мире различных существ отдельных иерархий, которых мы упоминали здесь в течение лекций и охарактеризовали в различных отношениях. Следовательно, содержанием таких книг посвящения было то, что должен был делать и как должен вести себя посвящаемый.



Если мы проследим теперь дохристианские времена, то мы обнаружим, что множество людей посвящалось в различных местах, где совершались мистерии, — не всегда именно так, но, в сущности, подобным же образом. Их вели по ступеням до того момента, когда они могли проникнуть в духовный мир и воспринять существ отдельных иерархий. Так было в дохристианские времена. Что же означало для этих посвященных в древние мистерии христианство? Чем являлся для них импульс Христа? Он означал для них то, что Существо, известное для восприятия на физическом плане как Иисус из Назарета, открывало тайны духовного мира не обычным путем древних мистерий, не так, как это было принято в дохристианские времена, но иным образом. Личность, посвященная с помощью древних ритуалов, после того как великое событие, которое я только что охарактеризовал, прошло перед ее душой, могла выступить перед другими людьми и говорить о тайнах духовных миров. Но в событии Христа пришло нечто такое, благодаря чему Иисус из Назарета мог говорить о тайнах духовных царств, не будучи к ним приведен старыми, привычными путями. Ибо Иисус из Назарета был приведен к этому тем, что Он принял в Себя во время крещения на Иордане, — Духом Христа.



С того момента, когда Иисус из Назарета во время крещения в Иордане, — следовательно, во время исторического события, — был посвящен, так сказать, всемирно-историческим путем, Дух Христа, — но еще более высоким образом, — говорил о тайнах духовного царства окружающему миру. Следовательно, с Христом на физическом плане появилось открыто для всего мира то, что раньше было достижимо только в глубинах мистерий и достижимо только до известной степени. Если представить это образно, то можно сказать: мы смотрим в старые храмы мистерий и видим, как иерофанты совершали посвящения и посвящаемые могли взирать в духовные миры, а затем учить о них. Все это происходило всегда в глубокой тайне в храмах мистерий. Но во внешнем мире, вне мистерий, такой возможности проникновения в высшие миры и сообщения о них не существовало. Теперь же то, что так часто совершалось в глубинах мистерий, было вынесено в Палестину и обнаружилось как мировое историческое событие во всемирно-историческом посвящении Иисуса из Назарета — в Мистерии Голгофы. Следовательно, это была мистерия, как бы вынесенная в мировую историю, явленная как исторический факт перед всем миром, — вот как должны мы воспринимать связь мистерии Голгофы с мистериями древних святых храмов.



Но предписания для посвящения, хотя, в сущности, они содержали всюду одни и те же ступени, все же отличались между собой у народов в различных местах Земли тем или иным образом, сообразно человеческим индивидуальностям во времени и пространстве. Перенесемся вместе со всем, о чем мы только что сказали, в душу одной из тех личностей, которые принимали участие под именем евангелистов в написании наших Евангелий. Такие лица, благодаря собственному оккультному обучению, знали предписания для посвящения у того или иного народа, в тех или иных мистериях. Они знали, что надо было пройти, чтобы подняться к возможности сообщать о тайнах духовных царств и духовных иерархий. И теперь они восприняли, благодаря событию в Палестине и Мистерии Голгофы, что то, что мог созерцать только посвященный в храме мистерий, — совершилось на великом плане мировой истории для всех людей и в будущем должно все больше и больше внедряться в их сердца и души.



Евангелисты не были биографами в нашем смысле слова, когда в биографии людей вносят то, что вовсе не касается мира и что совершенно не обязательно знать о данном деятеле. Они не были биографами, фиксирующими детали, — но они описывали жизнь Христа Иисуса так, что могли сказать: «С Иисусом из Назарета, в котором был Христос, свершилось нечто такое, что мы неоднократно видели в мистериях, — но там это не было историческим событием, длившимся несколько лет. Здесь же оно стало историческим событием, но является повторением ритуалов в храме. Следовательно, мы могли описывать жизнь Иисуса, указывая те ступени, которые обычно проходились при посвящении. Поэтому Евангелия являются, так сказать, предписаниями для посвящения, перенесенными в мировую историю. Мы вновь находим эти предписания посвящения древних мистерий в Евангелиях, но при этом известным образом указывается причина, почему то, что раньше происходило в глубинах храмов, вынесено на великую арену мировой истории.



Это известным образом мотивируется. Можно сказать, что евангелист, который начинает с обоснования того, почему он собственно пишет о событии мировой истории, в котором заключается предписание о посвящении в большом масштабе, — это тот, кто написал Евангелие от Марка. С самого начала он говорит о том, как развивалось человечество, чтобы могло наступить это великое событие, когда посвящение выносится из глубин храмов на арену мировой истории. Он сразу же обращает внимание на то, что здесь есть связь с необычайно важным событием для всего человеческого развития, которое предсказывали еврейские пророки. — То, что совершилось в Палестине как Мистерия Голгофы, истинные посвященные, — а к ним известным образом относятся и еврейские пророки, — предвидели и предсказывали.



Если мы углубимся в душу такого человека, как пророк Исайя, о котором говорится в самом начале Евангелия от Марка, то в его словах мы увидим приблизительно следующее. Он говорит: «Придет время, когда в душах человеческих все будет выглядеть совсем иначе, чем сейчас; но это время уже подготовляется». Так думал Исайя в свое время. Что же хотел он сказать? Вы знаете, что Евангелие от Марка сразу же начинается мощными словами этого пророка. Вы знаете эти слова, как они обычно употребляются и как они приводятся в Евангелии от Марка. Я беру обычный перевод этих слов из перевода Карла Вейцзекера: «Вот я посылаю вестника Моего перед лицом Твоим, который приготовит путь Твой перед Тобою. Глас вопиющего в пустыне: приготовьте путь Господу, прямыми сделайте стези Ему». Вот эти слова в одном из лучших немецких переводов Евангелия.



Эти слова пророка Исайи указывают на великое событие в мировой истории, происшедшее в Палестине — на Мистерию Голгофы. Вы знаете, сколько труда нам стоило при рассмотрении других Евангелий перевести на наш немецкий язык важные места хотя бы отчасти понятным образом. Ведь дело здесь не в том, чтобы дать условный перевод, но передать обороты речи так, чтобы все глубокое значение и смысл, скрытые в них, могли звучать навстречу нам в немецких словах так же, как они звучали тем, кто знал все своеобразие тогдашнего языка, — и звучать для нас не только ради теоретического восприятия, но и для всех наших чувств. Тогдашний способ выражения был ведь совсем иным, чем теперешний. Прежде всего нужно обратить внимание на то, что тогдашний способ выражения не был таким абстрактным, трезвым и филистерским, как наши теперешние навыки речи: способ выражения в те времена был таким, что всегда, наряду с непосредственным смыслом слов, люди воспринимали более глубокий смысл и богатое значение, усваивая тем самым содержание в его полноте.



Очень существенно, чтобы мы поняли, что тогда люди извлекали из слов целый мир, — гораздо больший, чем теперь слышат в том, что говорится. Особенностью древнееврейского языка является именно это необычайное богатство его, способность скрывать за словами целые миры, — с помощью образа, взятого из чувственного мира. Такие выражения, как «приготовьте пути» или «сделайте прямыми сте¬зи», — это суть образы, взятые из чувственного мира, — как бы приготовление пути лопатами и заступами. И когда нечто подобное говорилось (это было особенностью возвышенного по сравнению с другими языка), то за выражениями, применявшимися к чему-то внешнему, скрывались духовные миры, — причем их нельзя было толковать любым образом, как поступают, например, наши современные ученые с поэтами, вычитывая из них всевозможные вещи. Там же нельзя было делать это произвольно, вкладывая в слова любой таинственный смысл. Частично это основывалось на том, что в древнееврейском языке имелась возможность передавать в звуке мировые тайны, специфическим образом употребляя гласные звуки, не выражающиеся письменно.



Тогда существовало чувственное восприятие таких мировых тайн. В греческом (именно на этом языке мы имеем первый текст Евангелий) эти особенности еще сохранились, но не в такой сильной степени. И все же было возможно и без оккультизма дать с греческого гораздо лучшие переводы, чем те, которые были сделаны людьми, переводившими Евангелия, так как, по существу, один переводчик просто переписывал у другого, даже не пытаясь проверить филологически, как обстоит тут дело, если иметь перед собой греческий текст. Я покажу Вам позже на отдельных примерах, как здесь делались ошибки и т. д. Сегодня же я не хочу этим задерживать наши рассмотрения, но хочу попробовать — не филологически, но с помощью того, что можно знать из духовного исследования, — показать Вам кое-что существенное в начале Евангелия Марка. Я хотел бы привести то важное место в пророчестве Исайи, где он говорит о том, что придет с Палестинским событием, чтобы вы почувствовали, что под этим подразумевается.



Прежде всего важно, чтобы мы уяснили себе, что слово «Angelos», — «вестник» или «Ангел», — в те древние времена употреблялось только в том смысле, как мы его употребляем при разговоре об иерархиях, — то есть как обозначение таких сущностей, которые при перечислении иерархий сверху вниз непосредственно предшествуют человеку. Нужно почувствовать, что под словом  подразумевается именно сущ¬ность этой иерархической ступени. Если же это не чувствуется, то и все место не может быть верно понято. Поэтому только духовная наука может стать основой для понимания таких ве¬щей. Но если это понимается правильно, то мы можем создать основу того, что оккультизм говорит о событии Христа. Ибо какова сущность импульса Христа? Мы выразили это так: бла¬годаря импульсу Христа в душу человека пришло полное со¬знание того, что в ней должно утвердиться «я», самосознающее «я», и что постепенно из этого «я» в течение следующего зем¬ного развития должны придти все те тайны, которые раньше приходили из астрального тела с помощью определенного есте¬ственного ясновидения.



Времени, в котором мы живем, предшествовало другое время, когда люди, и в послеатлантической культуре, обладали в некоторой степени природным ясновидением, благодаря которому они могли видеть в духовном мире. И тогда, в известных ненормальных состояниях души, тайны духовного мира нисходили вниз; тогда люди взирали вверх к иерархиям. Конечно, больше всего и дольше всего они могли взирать к той иерархии, которая была ближе всего к человеку — иерархии Ангелов. Они видели Ангелов как сущностей, непосредственно стоящих над человеком. В эти времена древнего ясновидения человек еще не воспринимал того, что он имеет в самом себе нечто такое, что может его вести в духовный мир. Он должен был считать это милостью, оказываемой ему внешними силами, как нечто посылаемое в его душу духовными силами. И поэтому пророки могли указывать на будущее следующим образом: «Придет время, когда человек почувствует в себе свое «я»; и он будет знать, что это есть самосознающее «я», из которого должны произрастать тайны духовных миров. Все прейдет во времени. И придет время, когда человек сможет сказать: «Если мое «я» живет во мне, то я могу проникнуть силою этого «я» вверх, в тайны духовного мира».



Но это должно было быть подготовлено. Следовательно, должна была быть подготовлена, так сказать, низшая ступень иерархий — человек, — причем человеку посылается то, чего еще не было в нем, чтобы он мог подготовиться к тому, чем он должен стать. Вестник, Ангел, должен был принести человеку весть, что он должен стать «я» — в полном смысле слова. И в то время как прежние ангелы имели задачу показывать чело¬веку духовный мир, теперь особый Ангел должен был получить особую задачу, пойти дальше в сообщении откровений людям и сказать им, что они должны проникнуть в свое «я», тогда как прежние Ангелы приносили откровения, предназначенные не для «я». Исайя обращает внимание на это: «Придет время для восприятия тайны «я», и из сонма Ангелов будет отделен один, который покажет вам, что эта тайна «я» придет». Только так мы поймем, что значит: «Ангел, вестник будет послан вперед». Перед кем же посылается этот вестник? Он посылается перед тем человеком, который должен прийти к своему самосознающему «я», и он должен прийти как сущность из иерар¬хии Ангелов, которая до сих пор еще не обращалась к человеку как к самосознающему «я».



Следовательно, этот вестник, о котором говорит пророк Исайя, должен прийти и возвестить человечеству, что оно должно приготовиться и создать в своем внутреннем, в своей душе место для «я», для полноправного «я». Здесь подразумевается, в сущности, вели¬кий переворот в развитии человеческой души, так как люди, которые прежде знали, что они должны выходить из самих себя, чтобы подняться в духовный мир, — теперь смогут оста¬ваться в своем «я» и из этого самого «я» выносить тайны духовного мира. Давайте сравним такую древнюю душу с душой в эпоху приближения импульса Христа. Представим себе человека дох¬ристианского времени, особенно глубокой древности. Когда он хотел подняться в духовные миры, то не мог сделать этого, сохраняя самосознание, поскольку оно уже было у него тогда развито. Он должен был, так сказать, отказаться от него, чтобы подняться в мир иерархий, в мир чистой духовности. Его со¬знание понижалось. Это было древним чувством прежнего, дохристианского времени.



В каком положении оказался теперь человек, который уже не жил в том времени, когда было правильным проникать в духовные миры, отказываясь от самосознания, который жил уже во времени, когда он мог развивать свое «я»? «Я» существовало уже и в атлантическое время; но чтобы из него могли изливаться с полной достоверностью величайшие тайны, — это могло придти только с импульсом Христа. Именно поэтому человек древнего посвящения мог сказать: «Если я хочу придти в духовный мир и получить из него откровения, то я должен подавить в себе некоторые стороны моей души и сделать живыми другие ее стороны». Что он должен был подавить? И что сделать особенно живым? — То, что должно было постепенно вырастать как его «я», — это он должен был подавить, сделать в своей душе темнее и глуше. Он совершенно не должен был считаться с ним; оно должно было стать в нем чем-то пустым, как бы ничем не заполненным. Наоборот, астральное тело, тело, сообщающее некое просветление, должно было как бы воспламе¬ниться. И тогда в него входили древние наблюдения и возникало ясновидение.



Как сказано, «я» уже присутствовало тогда в известной степени, но им нельзя было пользоваться для исследования тайн духовного мира. «Я» должно было быть подавлено, а астральное тело должно было воспламениться. Но существование импульса в астральном теле становилось все более и более невозможным. В древние времена к элементарным свойствам человека принадлежала возможность подавления «я» и возбуждения деятельности астрального тела — ради того, чтобы тайны духовного мира смогли проникнуть в него. Но именно в том и состояло дальнейшее развитие, что астральное тело все более становилось неспособным достигать того, что раньше люди достигали в древнем ясновидении. Человек говорил тогда: то, что уже существует во мне — мое «я» — оно еще не готово, чтобы из себя самого достичь чего-либо.



И самые лучшие из ясновидящих больше всего ощущали как бы некую пустоту в душе. Это и было «я», которому еще не дан был импульс. Наряду с этим они ощущали невозможность проникновения в духовный мир с помощью «я». — Отсюда вы можете понять настроение, в котором находился человек во времена приближения Христова импульса, желая проникнуть в духовный мир. Он должен был сказать себе: в моем астральном теле я не могу больше развивать то, что было возможно раньше; но иное «я» еще не может иметь силы, в моей душе заключена пустота и она не может подняться в духовный мир. Тогда, во времена приближения Христова импульса, применялись определенные методы, определенная тренировка для того, чтобы ознакомиться с тем, что еще не могло быть наполнено духом. Кто желал подняться в высшие миры, должен был услышать: «Уясни себе: с твоим астральным телом ты не можешь подняться туда; ты должен вступить в то место в твоем внутреннем, где ты, как человек, ощущаешь себя так, как будто ты не имеешь никакой связи с внешним миром».


См. также:
- Рудольф Штайнер. Экскурсы в Область Евангелия От Марка. 1-я лекция, часть 1
- Рудольф Штайнер. Экскурсы в Область Евангелия От Марка. 1-я лекция, часть 2
- Рудольф Штайнер. Экскурсы в Область Евангелия От Марка. 2-я лекция, часть 1
- Рудольф Штайнер. Экскурсы в Область Евангелия От Марка. 2-я лекция, часть 2
- Рудольф Штайнер. Экскурсы в Область Евангелия От Марка. 3-я лекция, часть 1
- Рудольф Штайнер. Экскурсы в Область Евангелия От Марка. 3-я лекция, часть 2

Вы также можете подписаться на мои страницы:
- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy

- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky
- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy
- в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/
- в телеграм: http://telegram.me/podosokorsky

Tags: Штайнер, мистерии, христианство, эзотерика
Subscribe

Posts from This Journal “Штайнер” Tag

Buy for 100 tokens
Д.Г. Россетти. Дом Жизни. В 2 кн. + буклет (формат 70×90/16, объем 392 + 584 стр.). Желающие приобрести это издание могут обратиться непосредственно в издательство. Контакты издательства: ladomirbook@gmail.com; тел.: +7 499 7179833. Данте Габриэль Россетти (1828-1882) — выдающийся…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments