Николай Подосокорский (philologist) wrote,
Николай Подосокорский
philologist

Categories:

Лия Ахеджакова: "Интеллектуал не может быть холуем"

Среди тех, кто поддерживает Кирилла Серебренникова, народная артистка России Лия Ахеджакова. Корреспондент Радио Свобода Светлана Конеген встретилась с ней накануне в Венеции:



– Лия Меджидовна, в свое время вы получили "Нику" за участие в фильме Кирилла Серебренникова "Изображая жертву", играете в его спектакле "Фигаро". У вас вообще с ним давно сложились особые отношения.

– Я эту историю с Кириллом так глубоко переживаю... Вот интересно, сейчас иду по Венеции, мне позвонило какое-то информационное агентство с вопросами о Серебренникове. И вдруг тут же к этому разговору подключился совершенно посторонний человек с улицы – Вася, шкипер какой-то яхты, припарковавшейся тут, в лагуне. Он говорит: "Да, Кирилла Серебренникова арестовали!" Спрашиваю: "Вася, а вы откуда это знаете?" Он отвечает: "Ну как же не знать?! Такая важная, страшная новость!" Видите, даже этот случайный, казалось бы, человек просто вздрогнул от такого невероятного события! С директором "Гоголь-центра" Алексеем Малобродским сложилась тоже чрезвычайно подлая ситуация. Это абсолютно чистый человек, совсем не богатый, честный, порядочный и очень крупный театральный директор с доброй, хорошей биографией и репутацией. Его знают в театральных кругах как очень порядочного, профессионального человека. Я не знаю даже, какие еще слова тут можно подобрать... Но это человек, который имеет огромное число плюсов. И то, что его держат как растратчика за то, что Кирилл якобы не поставил спектакль, а деньги куда-то дел, – бред. Ведь спектакль "Сон в летнюю ночь" до сих пор идет. Все это кажется невероятным! Мы уже привыкли к подобному. Такая же история была с Мейерхольдом, и вы знаете, чем она закончилась. Равно как и знаете, кто именно ее устроил.

– Как вам кажется, почему сегодня жертвой выбран именно Кирилл?

– У него слишком могучая энергия... То он ставит в Латвии, то в Большом театре, сейчас вот должен был ставить в Штутгарте. Он – очень мощная фигура в нашей культуре. Это человек, который хорошо известен во всем мире, несмотря на свою молодость. Он такой работоспособный! Я с ним работала дважды, и делает он это замечательно. Во-первых, Кирилл – профи... Но нет, так про режиссеров не говорят. Он хорошо знает свое дело. Очень хорошо. Большая умница, интеллектуал, а такое редко даже среди режиссеров. Не так много у нас в культуре интеллектуалов. Кроме того, у него есть невероятный талант. Он не боится пробовать. Я видела его спектакли, совершенно не похожие друг на друга. Но главное, чем он замечателен: у него присутствуют мощные "смыслы". Это режиссура, которая "осмысляет" то, что во всем мире сегодня с нами происходит – с человеком, с его взаимоотношениями с властью, как меняется само общество. Все это он очень хорошо понимает и анализирует. Но у него происходит все не напрямую, не грубо и натуралистично, но очень, очень тонко.

В его работах присутствует мощный, как теперь говорят, "месседж", "смыслы", выраженные средствами яркой театральности. Театральный язык Серебренникова – высочайшего класса, его ни с кем нельзя спутать. А уж какие хорошие актеры играют в его спектаклях! И молодежь, которую он вырастил на своем курсе. Ой, как играет Женя Добровольская в спектакле по Некрасову "Кому на Руси жить хорошо"! Она играет женщину, у которой ребеночка свиньи съели. Как она это делает – с ума сойти! Чулпаша наша Хаматова тоже играет у него... Все это – друзья, которые приходят и работают с ним, когда ему требуется, когда действительно надо. А что он сделал с театром Гоголя?! С чего все началось?! Люди из театра им. Гоголя писали Зюганову доносы, где откровенно оскверняли человеческие качества Кирилла. Немыслимая, я считаю, подлость, низость и гадость. Ужасно. Меня всегда возмущают доносы. Даже если они пишутся для того, чтобы, как кажется этим людям, спасти их театр, его традиции от какого-то постороннего, несимпатичного им, чужого человека. Доносы в России всегда дурно пахнут.

– Вы всегда отличались предельной откровенностью в своих высказываниях по поводу ситуации в стране, по поводу власти. Многие иронизируют по этому поводу, кто-то даже считает вас одержимой... С другой стороны, многие ваши коллеги предпочитают просто помалкивать, кто-то, напротив, охотно становится "доверенным лицом президента". А кто-то и вовсе мочит всех подряд "либерастов", обвиняя их в работе на Госдеп и в откровенной продажности. Как вам кажется, чего здесь больше – цинизма, шкурничества, холуйства или же откровенного безумия и веры в мифические национальные "скрепы"?

– Холуйство, чистое холуйство и желание иметь какие-то преференции. А по работам Кирилла мы всегда понимали, что именно он про все это думает. Ну, что вы хотите, интеллектуал! А интеллектуал не может быть холуем. Во всех своих спектаклях он демонстрировал нам какие-то горькие свои прозрения. А коллеги... Я не буду сейчас называть их имен, "закладывать". Конечно, хорошо бы, чтоб искусство существовало исключительно для искусства, актеры занимались бы исключительно своим делом, режиссеры просвещали и утешали народ, но сейчас не то время. Надо говорить. У нас есть главная проблема: человек отравлен страшным ядом пропаганды, и надо лечить этого человека, лечить его мозги.

Я не театральный теоретик, я – исполнитель, и если мне понравится режиссер, то сделаю все, что он попросит. Но дело в том, что мне нравятся определенного рода режиссеры. С тем же Андреем Могучим я работала только один раз, это был "Цирк Амбуланте" (Circo Ambulante) в Театре наций, замечательный спектакль, по которому я тоскую и вспоминаю с большой благодарностью. Конечно, не все его принимали. Но когда этот спектакль уже должен был уйти со сцены, мы собрали журналистов, режиссеров, актеров, всех своих друзей, и это были такие овации стоя! Мы попрощались со спектаклем очень красиво, и нам в этом помогли наши единомышленники, понимающие, что нельзя сидеть на печке, когда мимо порога пронесут труп твоего врага. Когда меня Андрей просил что-то сделать, я могла из кожи вылезти, но именно эту задачу выполнить. И вот такое мое маленькое, честное исполнение того, что хочет режиссер, открывает всю картину, его художественную идею гораздо более полно. Сейчас у него вышел в БДТ спектакль "Губернатор". Что я могу сказать? Друзья мои, поезжайте все в Питер и идите на этот спектакль! Это очень мощное осмысление сегодняшнего дня. И ведь весь театр на сцене, и все работают на мощную художественную идею режиссера.

​Такая же история с Кириллом: его понимают актеры. Даже я со своей маленькой ролью Марселины в "Фигаро", когда меня позвал на нее Серебренников, побежала на нее со всех ног! Это было очень красиво – и подготовка спектакля, и его выпуск. У меня нередко что-то не получалось, и Кирилл надо мною бился. Но теперь я играю ее уже одиннадцатый год, и это для меня очень важная часть моей жизни. Там работают мои любимейшие партнеры, за это время никто не ушел из спектакля, никто. Я очень люблю играть с Женей Мироновым, с которым могу вдруг сыграть все совсем по-другому, и Женя тут же включится, и мы поем одним голосом, одну музыку. У Кирилла всегда очень хороший актерский ансамбль.

– Вы только что сказали мне, что сейчас пришло время публичных высказываний, сегодня надо говорить. Вы в этом смысле позволяли себе многое, начиная еще с ельцинских времен. Но режиссер Александр Сокуров мне как-то признался, что у него в прихожей висит "Памятка о том, как вести себя во время допроса". Вы не боитесь за свою жизнь, здоровье, профессию, наконец? Ведь ситуация с Серебренниковым нам ясно показала, что неприкасаемых людей у нас нет. Это тяжелое ощущение близкой опасности у вас когда-нибудь появляется? И, если да, то что вы с ним делаете?

– Ничего не делаю, выхода нет. Напротив, у меня есть чувство, возможно ложное, что я для них безопасна. Ведь я ничего не могу, меня никто не будет слушать. Могу только поддержать, дать сигнал "я с вами", "я за вас и на все говова, чтоб вам помочь". Что еще от меня можно ждать?

– Мне кажется, вы себя отчасти недооцениваете. Для многих вы – очень значимый в культуре человек, и если сейчас "время говорить", то с этой задачей вы справляетесь прекрасно.

– У меня очень тихий голос.

– Сейчас, когда у нас нет большого дружного хора, любой голос значим.

– Только поэтому я свой голос и подаю. Может, кто его и услышит. Хотя порой все кажется бесполезным. Я дружу с Люсей Улицкой, мы в одну дуду дуем. Пока власти, кажется, еще не до нас. Но может прийти время (и такое уже случалось в истории моей страны), когда им понадобимся и мы. Не зря я сейчас все время вспоминаю Мейерхольда, с ним ведь так поступить не побоялись. Нет, не пожадничали. Ведь можно ж было сказать: "Ребята, этого не трогайте, он – наша ценность, наша валюта". То же самое – с Мандельштамом.

– Но история с Кириллом Серебренниковым предполагает в качестве резонанса большой международный скандал.

– Конечно. Я читала, что Женя Миронов, будучи членом Президентского совета, передал письмо в защиту Серебренникова Самому, а тот ответил на это "дураки". Думаю, все сейчас опять выступят в защиту Кирилла – Женя, Чулпан, Сокуров, Могучий – лучшие люди в нашей культуре. Но, думаю, ответ будет как всегда: "Я не хочу вмешиваться. Это должен суд решить, воры Серебренников и Малобродский или нет". И нет защиты от беспредела буквально никакой.

– А вот совсем интимный вопрос: вы лично надеетесь увидеть Россию другой? Еще верите в совесть и здравомыслие большинства своих соотечественников? Верите в то, что они способны и готовы жить иначе?

– Наши соотечественники в большинстве своем отравлены жутчайшей пропагандой. Та их часть, которая не обладает образованием и высоким интеллектом, опять потянула ручонки к товарищу Сталину. И опять, как грибы, стали возникать по стране памятники Великому Вождю. Памятник Ивану Грозному и князю Владимиру, который ставит мой министр культуры, все это – туда же. А сталинские бюсты уже "мироточат" по всей России. Надеюсь, этим я не оскорбила чувства верующих, хотя и сама – верующий человек. Но в данном случае это просто стеб. Вывод один: мозги населения опять безнадежно отравлены. А отсутствие интеллекта, внутренней необходимости читать, расти, знать привели нас к точке невозврата. Мне кажется, это надолго, – говорит Лия Ахеджакова.

Отсюда

Вы также можете подписаться на мои страницы:
- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy

- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky
- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy
- в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/
- в телеграм: http://telegram.me/podosokorsky
- в одноклассниках: https://ok.ru/podosokorsky

Tags: Ахеджакова, Серебренников, интеллектуалы, интеллигенция
Subscribe

Posts from This Journal “Ахеджакова” Tag

promo philologist june 19, 15:59 3
Buy for 100 tokens
С разрешения издательства "Кучково поле" публикую фрагмент из книги: Берхгольц Ф.В. Дневник камер-юнкера Фридриха Вильгельма Берхгольца. 1721–1726 / вступ. ст. И.В. Курукина; коммент. К.А. Залесского, В.Е. Климанова, И.В. Курукина. — М.: Кучково поле; Ретроспектива, 2018.…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 19 comments