Николай Подосокорский (philologist) wrote,
Николай Подосокорский
philologist

Categories:

Роман Лейбов: "Русофобия – важная часть русской культуры"

Из интервью доктора филологии Романа Лейбова, доцента кафедры русской литературы Тартуского университета Романа Лейбова журналу Jewish.ru. Полностью его беседу с Аленой Городецкой можно прочесть на сайте издания.



- Вы сами себя называете русофобом – почему?

– Если тебя все время обзывают так, в какой-то момент ты должен сказать: «Да, я русофоб». Русофобия – это очень старая русская традиция. Это свойственно русскому интеллигенту независимо от его происхождения. Играть в русофоба смешно, но русофобия – важная часть русской культуры, которая несёт иронию и самокритику иногда объективную, иногда не очень. Да, часто она несёт отчаяние и, может быть, даже страх, и она свойственна не только русским, живущим за пределами России, но и тем, кто является внутренними, коренными представителями русской культуры. Константин Крылов (один из главных представителей русского национального движения. – Прим. ред.) – настоящий же русофоб. Он действительно как-то не очень верит в моральные силы русского народа, он их критикует, искренне желая улучшения. Мне-то ладно, а вот ему действительно сложно. Он хочет, чтобы все русские были, как евреи, как он себе их представляет: все время поддерживали друг друга, строили какие-то страшные заговоры, всюду продвигали своих и свои цели. А русские люди не хотят быть, как евреи, какими их видит Константин Анатольевич, и он от этого испытывает всяческие неприятные эмоции.

- Часто слышу вопрос: почему называть еврея «жидом» некрасиво, если в польском и чешском языках слово «еврей» звучит именно так?

– В русском языке еще в XIX веке эти слова стилистически расподобились и стали означать разное. Слово «жид» закрепилось в ругательной функции. Надо вспомнить, что в России до присоединения Польши за малым количеством евреев такого откровенного жидоедства не было. Слово в принципе было более нейтральным, чем в Польше или Чехии. Особенно активно оно стало использоваться в этом значении, когда стал зарождаться русский антисемитизм в XIX веке. Соответственно, интеллигенция наложила на него табу. Но сегодня видно, что если человеку нужно поругать евреев, то он и слово «еврей» использует как ругательное. В то же время в ряде контекстов «жид» звучит совершенно нормально: там, где мы цитируем старую литературу, Гоголя, Пушкина, где мы иронизируем, изображаем жидоедов, пародируем их. Но в основном тут гораздо больше идеологического. Люди, которые утверждают – «мы будем говорить “жид”», на самом деле имеют в виду, что «мы будем антисемитами». Они хотят ругаться, защищают свое право быть антисемитами. Плюс есть еврейские игры со словом «жид». Я спокойно отношусь ко всем сторонам вопроса и не вижу тут причины для войны.

- История еврейских погромов на Украине вашей семьи как-то коснулась?

– Я слышал только одну историю про прадеда, который героически организовал отряд самообороны. И однажды его отряд разбил наступавшего в целях погрома батьку Шепеля – был такой персонаж Гражданской войны. Шепель этот позднее оказался родственником моей однокурсницы Яси Шепель. Ее старшие родственники очень страдали из-за родства со знаменитым бандитом. Покуда я еще употреблял горячительные напитки, мы временами с Ярославой выпивали за наших героических предков, отмечая победу моего деда над ее.

- А каков ваш профессиональный интерес к графоманам, сосредоточенным на Прозе.ру и Стихи.ру?

– Для исследователя эти ресурсы замечательны! До этого как была устроена культура? Есть каноны, они способны наращивать смыслы, вдохновлять. Какая-то часть из них отмирает и остаётся только в учебниках для университетов, а есть тексты, которые умерли там же, где и родились, и мы о них даже не узнали. То, что мы читаем на Стихах.ру, в XIX веке даже не доходило до записывания. А тут ты садишься за клавиатуру, какую-то дребедень набираешь, нажимаешь на кнопочку, и вот ты уже как бы поэт! Среди этих монстров зарождается жизнь, она обсуждается, и филологу это любопытно. Когда мы описываем это как пространство безнадежных графоманов, это тоже неправда – там довольно людей, которые прекрасно владеют русским языком и техникой стиха, а некоторые из них еще и талантливы. Но основной массив состоит из вот таких монстров – они как глубоководные рыбы. Зато можно видеть, как неопытной и часто безграмотной рукой они трансформируют языковые конструкции, меняют смыслы. Очень любопытно наблюдать, как в этой среде отражается информационная повестка. Как фильм про «Димона» пробивает телевизор, например. Никогда там не было никаких упоминаний про Навального и прочее, а тут вдруг эти темы проступили. Про Крым мы делали статистику. Хорошо видно, как взлетают его упоминания в 2014 году – тогда было очень много стихов, посвящённых Крыму – и как постепенно они ушли вниз. В целом до 2014 года идеологических, исторических, крымских текстов на этих ресурсах было очень мало – в основном про любовь и море. На взлете 2014-го процент произведений про любовь стал минимальным, зато увеличилось количество текстов про патриотизм, «пиндосов» и «укропов». Потом и они сползли, а любовь и море восстановили свои процентные показатели.

- Вы переписывались с Петром Павленским – что вас привело к нему?

– Мне очень нравились его перфомансы. Они крутые, минималистические, очень радикальные в той сфере, где трудно что-то радикальное сделать. И они очень русские, круто вписанные в традиции юродства. Когда Павленского все-таки посадили, я увидел ссылку с призывом писать ему письма. С самого начала мы договорились, что я это дело буду публиковать, поэтому понятно, что он писал не только мне. Я свои тексты не публиковал, а только его – это входило в договорённость. У меня хранится этот архив. Я его одной финской студентке отправил, и она вроде про это что-то собиралась писать. Павленский мне показался совершенно адекватным своему художественно-человеческому образу. Художник без линз, такой трезвомыслящий в одном направлении, но при этом не без самоиронии и не без тонкости. Художники ведь вообще часто бывают безумцами.

- Читала, что французские леваки к нему относятся несколько пренебрежительно. Как вы расценили его парижское «выступление»?

– Я вижу русские выступления в русском контексте, а парижское – не знаю в каком. В контексте предыдущих акций Павленского это не очень интересно, а во французском я просто не понимаю этого. Поджогом банка он о себе заявил, получается, но есть ощущение, что его никто не воспринял. Да и он вряд ли испытывает интерес к французскому левачеству. Леваки – это же субкультура. Как в любой субкультуре, у них свои законы, и я сомневаюсь, что Павленскому эти законы близки. Я был однажды на сходке антиглобалистов в Мюнхене в 2001 году, и то, насколько серьёзно они играют в конспирацию, произвело на меня глубочайшее впечатление. Было ощущение, что попал в «Бесов» Достоевского, и я поспешил унести оттуда ноги.

Вы также можете подписаться на мои страницы:
- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy

- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky
- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy
- в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/
- в телеграм: http://telegram.me/podosokorsky
- в одноклассниках: https://ok.ru/podosokorsky

Tags: Константин Крылов, Павленский, Роман Лейбов, графомания, евреи, литература, русский народ
Subscribe

Posts from This Journal “Роман Лейбов” Tag

promo philologist декабрь 1, 02:08 1
Buy for 100 tokens
Робин Гуд / Изд. подг. В.С. Сергеева. Пер. Н.С. Гумилева, С.Я. Маршака, Г.В. Иванова, Г.В. Адамовича и др. — М.: Наука; Ладомир, 2018. — 888 с. (Литературные памятники). Желающие приобрести это издание могут обратиться непосредственно в издательство. Контакты издательства:…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 20 comments